Пользовательский поиск

Книга Сердца и моторы. Содержание - 34

Кол-во голосов: 0

34

~# run console 3

@comment: turn

Раньше Аурел пребывал в уверенности, что умеет ездить быстро. Но то, что вытворяла со своим «Квантумом» Тири даже ему показалось безумием. Они неслись через степь, как болиды, лишь по глупому недоразумению природы не обгоняя звук собственных моторов. Их путь не был абсолютно прямым, потому что перегона еще не достигли, и Тири то и дело виляла вправо-влево, объезжая рыхлые кустики перекати-поля и едва заметные неровности почвы.

К вечеру Аурел вымотался совершенно и когда Тири притормозила, а затем слезла с мотоцикла, он ощутил немедленное облегчение. Спина ныла, а ноги стали словно деревянными.

– Умаялся? – спросила она. Насмешливо, но беззлобно.

Аурел кивнул.

– Ну, ты горазда за рулем! Никогда бы не подумал.

– Мужчинам вообще не свойственно думать, – ответила Тири. – Как правило.

– Ну-ну, не обобщай. Некоторым очень даже свойственно, – хмыкнул Аурел.

Тири, опуская «Квантум» на землю, ехидно заметила:

– Если ты имеешь в виду себя, то я не согласна. Ты такой же пень, как и остальные.

Аурел обиделся:

– Да, ну тебя… Тоже мне – феминистка.

– Реалистка, – поправила Тири.

– Злая ты.

– А ты добрый?

– Ну, уж не такой, как ты.

– А с чего мне быть доброй? С того, что меня вынуждают убивать? Меня, женщину? Я рожать должна, а не убивать, понял?

Аурел остыл.

– Неужели тебя вынуждали убивать?

Тири не ответила. Пнула монтреевским ботинком шершавый мотоциклетный скат и полезла в бардачок.

– Давай, шевелись, – мрачно сказала она несколько позже. – Есть охота.

Аурел тоже уложил мотоцикл, чтоб не так издалека был виден посреди равнины, и выгреб из бардачка сумку и спальник.

Через каких-то десять минут, разгоняя сгущающиеся сумерки, весело потрескивал костер, на треноге чернел закопченный котелок, а внутри котелка многообещающе булькало. Аурел плотоядно принюхивался, Тири с ложкой в руке колдовала у посудины с варевом. Звезды, единственные обитатели небес, молча глядели на них с высоты.

Аурел чувствовал, что спутница готова выговориться. Нужно только поестественнее подвести ее к монологу. Черт возьми, чем больше Аурел размышлял над этой историей, тем менее понятной казалась она. Логики не было – вот главное, что лишало внутреннего равновесия. Аурел не любил отсутствия логики. Точнее, не отсутствия, а неочевидности, потому что логика присутствует во всем, нужно только суметь вытащить ее на поверхность. Получалось не всегда, у Аурела, по крайней мере. И вот эта-то загадочная глубинная логика и грызла постоянно, и донимала, словно настырный комар над ночной постелью: жужжит, кружится, и сколько руками не маши – не улетает.

Проглотив обжигающий ужин, почти не почувствовав вкуса, Аурел с довольной ухмылкой извлек из сумки припасенное в Трое пиво. «Пенная прохлада» – самое то после дня в седле. Легкое, сладковатое питье, источник спокойствия и вечернего умиротворения. Аурел, застонав от удовольствия, опрокинулся на спину. Тири с завистью взглянула на него.

– Поделился бы, что ли… Джентльмен…

Аурел сунул руку в сумку и показал ей вторую бутылку. Девушка вопросительно подняла бровь.

– Пора бы и объясниться, – предложил Аурел. – А?

Тири пожала плечами. Тогда он метнул ей бутылку. Коротким выверенным движением Тири поймала продолговатый прохладный снаряд. Свернула пробку и сделала первый глоток.

– Я – твой ангел-хранитель, – тихо сказала она потом. – Ты ведь ходишь в сеть без мнемоюстов, слайдер. И думаешь, будто это страшная тайна.

Аурел смутился. Он и вправду считал это своей главной тайной. Не единственной, разумеется, но главной.

– Ты, конечно, считаешь, что ты один такой. Так?

И Аурел начал кое-что понимать. «Сюда чуть не прорвался один из псов Лощинина. Мне пришлось его сжечь…» Святая вода, неужели она тоже? Неужели она тоже умеет общаться с сетью напрямую, в двоичном коде? Инстинктивно? Как он, Аурел Чогоряну, кибертелепат, способный считать данные с терминала даже при отключенном питании?

– Ты… Ты тоже?

– Да.

Тири глядела ему в лицо и в звездочках-плексах отражались крохотные язычки пламени. Она была очень грустной.

– И… тебе это не нравится? Не нравится этот дар?

Она усмехнулась.

– Дар? Скорее уж – проклятие.

Аурел поперхнулся пивом.

– Проклятие? Почему, елы-палы? Это же золотое дно!

– Потому что я ненавижу сеть. Я ненавижу терминалы, клавы, диалы, диски, я ненавижу все это равнодушное железо.

Она говорила негромко и без каких-либо эмоций в голосе, словно давно смирилась со своей ненавистью.

– За что можно ненавидеть сеть? – глухо спросил Аурел.

Тири пожала плечами:

– А за что ее любить? За то, что она отнимает у нас подлинные чувства? За то что пичкает нас суррогатами и психотропщиной? За то, что она не позволяет мне заниматься делом, которое я люблю? За что?

Аурел не ответил. Ему нечего было ответить – просто нечего. Ведь он любил сеть. Точнее даже не любил – он был частью сети и не мыслил себя без киберспейса. Собственно, он жил там – а в реальном мире только отсиживался. И скучал при этом. Единственное, что интересовало его вне сети – это скорость. Это мощь мотора, бьющегося в унисон с сердцем и мыслями, это ветер в лицо и бесконечность равнины, бесконечность впереди, за спиной, справа, слева… Только это. А она говорит – проклятие…

– Каким делом не позволяет тебе заниматься сеть? – спросил он наудачу.

Тири дернула плечом и отвела взгляд. Теперь она неотрывно глядела в костер.

– Не все ли равно?

– Не все.

– Давай не будем об этом, Ури, – попросила она. – По крайней мере, сейчас.

Когда она называла его Ури, возражать просто не хотелось. Чисто женский подход, но какой действенный…

И он не стал. Просто молча пил пиво и размышлял.

Значит, она тоже уникум. Но если она ненавидит сеть, почему столько умеет? Аурел, например, смутно догадывался о способе, посредством которого можно сжечь чужой мозг. Во всяком случае, его догадки нуждались в серьезной проверке. Если собрать примитивный психоусилитель со стандартным селективным портом input/output, задача упростится, но насколько? Можно только догадываться.

57
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru