Пользовательский поиск

Книга Падшие ангелы Мультиверсума. Содержание - ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Кол-во голосов: 0

Пока «Троица» переваривала услышанное, за спиной Глеба вспыхнули реактивные толкатели. Развернувшийся над его головой винт снес лик Дисперсионного Диктатора, размешал его в пыль.

Рыцаря бросило вперед вместе с осколками стены. Падая на стремительно утекающего противника, он выстрелил по нему из огнемета. Диктатор отпрянул, высокие температуры были одним из его относительно слабых мест.

Глеб на струе реактивного пламени поднялся в воздух. Завис под прозрачным кругом винта. Ракета зигзагообразно ринулась вверх, взрыв расширил дыру в потолке. Глеб проделывал запасной выход.

Диктатор, опасаясь, что преступник уйдет, вызвал истомившегося Егорова с остатками кнехтов.

Когда они от избытка рвения взорвали незапертую дверь, Ксана подняла с пола две вещи. Мобильный коммуникатор-«ракушку», выпавший из кармана Глеба. И телеприставку Икари. Ее она поспешно сунула японцу в руки.

– Вытаскивай нас отсюда, – прошипела охотница.

Они ухолили красиво. «Ронин» с охотницей и клоном, уцепившимися за веревочную лестницу. Следом окрыленный «Дедалом» Глеб, растрачивающий боезапас огнемета, чтобы удержать на почтительном расстоянии «Троицу». Кнехтов он милосердно игнорировал. Тем более что при виде своего Диктатора они перестали рваться в бой.

Их можно было понять.

Они поднялись над крышей здания. Икари, вцепившийся изо всех сил в перекладину лестницы, прошипел что-то на японском. По интонации очень походило на ругательство.

Повинуясь его словам, от «Ронина» отделился небольшой цилиндр с яркими иероглифами на боку. И канул вниз. Прямо в здоровенную дыру, через которую вознесся Глеб. И откуда вслед ему тянулись щупальца Диктатора.

«Сдохни!» – вот что сказал Икари.

«Троица» была права в своих опасениях. На борту «Ронина» было оружие, представляющее для нее реальную угрозу. Икари увел вертолет в сторону и вверх. Глеб благоразумно последовал за ним.

Мгновение спустя кластерный боеприпас объемного взрыва, сброшенный «Ронином», смял базу Ордена, как карточный домик. И вместе с ней Чрезвычайного и Полномочного секретаря. Диктатора. Киборга поколения «омега», содержащего в себе первую Электронную Душу и ее надежды на Слияние со всем человечеством.

Позже, но до того, как взорванный склад был окружен тройным кольцом спасателей, бойцов Ордена и журналистов. До того, как ошеломляющая новость о гибели Секретаря была передана по всем каналам.

Он выполз из незаметного люка и, ковыляя на трех ногах, приблизился к дымящимся развалинам. Сейчас его снова вел заложенный в память приказ. И запах погребенного под обломками плаща Глеба. Запах цели.

А может быть, незаметно проявляла себя воля осиротевшего, но все еще активного вестника. В поисках подходящего тела она выбрала разыскного кибера класса «Доберман».

Неуклюже, но без особых трудностей он пробирался среди обломков. А за ним волочилась Тень. Чужая, неправильная Тень. Она колыхалась, как изображение на настраиваемом мониторе. По ней пробегали быстрые полосы помех. В отличие от кибера у Тени было четыре ноги.

Голова «Добермана», болтающаяся на сломанном шарнире, повисла над глубокой щелью. Из щели вроде бы струился дым. Хотя нет, для дыма эта субстанция обладала чересчур большой плотностью. Она текла по земле, как жидкость или сдуваемый ветром песок.

Даже полумегатонному взрыву БОВ оказалось не под силу уничтожить «Троицу» целиком. Да, того, что осталось, не хватало для полного воссоздания несущей структуры. Но вестник был готов довольствоваться малым.

У него был поврежденный, но все еще функционирующий кибер. Начиненный к тому же взрывчаткой. У него была часть прототипа «омега». Достаточно для нового воплощения.

Подвижные наночастицы «Trinity» облепили «Добермана», формируя для него новую оболочку. Трансформация выглядела как распад глыбы песчаника. Запущенный задом наперед и ускоренный в тысячи раз. Она заняла считаные минуты.

Ее результатом стала абстрактная фигура, в которой угадывался силуэт волка. Этот оживший монумент постоял немного, ожидая, пока последние элементы «Троицы» сольются с его «шкурой». И мягко соскользнул вниз, устремляясь в призрачный бег.

Для него настало время последней Охоты,

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Антон смотрит новости.

Изображение взорванной «адской котельни», окруженной машинами экологических служб и блоками поспешно возводимого «саркофага», сменяется картинами обесточенного Форсиза. Комментатор трагическим голосом сообщает, что террористам удалось отключить даже энергонезависимые оборонные комплексы, последствия чего зрители могут наблюдать своими глазами. Скоро для этого им не понадобится новостной канал. Достаточно будет выглянуть в окно.

Изображение волчьей Стаи, передаваемое с беспилотного зонда. Аллегория сегодняшнего Апокалипсиса. Комментатор удивлен – мутантам удается миновать линии бионических ловушек и минные поля. Такое впечатление, что у них есть надежный проводник в Мире Смерти, которым должен был предстать для них Форсиз.

«Прогнозируемое падение фактора поражающей плотности во внешнем контуре составляет около семидесяти процентов, – невнятно пророчествует бородатый эксперт. – Мы никогда не сталкивались ни с чем подобным. В двух словах – это катастрофа».

У катастрофы оскаленная метаволчья пасть. У катастрофы сухое лицо тамплиерского офицера, уверяющего, что скоро проблема с уличными беспорядками будет разрешена. И Орден незамедлительно выставит заградотряды на критических участках.

Офицер не верит своим обещаниям. Наплывом его сменяет подстреленная «улитка», грузно ворочающаяся в облаке токсичных испарений. И прыгающие как кузнечики адепты с раздутыми мешками споровых минометов на огромных плоских спинах. Синклит, усилиями СМИ превращенный в иконографический портрет Врага, ведет отчаянные бои с цеховым ополчением, федералами и теками – один против всех.

Ядро – арена уличной войны, жестокой и, самое главное, бессмысленной. Наступающая «волна» смоет всех.

Комментатор приводит пример Большого Йорка. Из архивов извлекаются документальные кадры – метакойоты на Уолл стрит, статуя Свободы, превратившаяся в гигантское птичье гнездовье. Намек прозрачен, кричащий ястреб врезается в зонд, ведущий съемку. Экран гаснет.

Антон устало снимает head-up монитор «Тошиба» и сквозь прозрачный потолок видит проходящую над ним девушку.

В ней он узнает Марту.

– Можно я задам тебе один вопрос?

Они приземлились во дворе цеховой фабрики, оставленной персоналом и охраной. Беспорядки и надвигающаяся «волна» опустошили целые районы. Беглому рыцарю это было на руку.

– Да, конечно, – вежливо говорит Икари, повернувшись к Глебу,

– На базе у тебя была шикарная возможность избавиться от нас, – Глеб выдавливает из тюбика жидкие бронезаплаты в пробоины, оставленные ему на память «Троицей». Заполнив отверстия, они стремительно твердеют, возвращая «доспеху» полноценную герметичность. – Почему ты этого не сделал?

Ксана с интересом смотрит на японца. Она тоже задавалась этим вопросом,

– Она вернула мне глаза, – Икари кивает на охотницу. – Можно сказать, я чувствую себя обязанным,

«Глаза. Он имеет в виду приставку». Ксана поежилась. Слепота была ее самым глубинным страхом. Охотнице казалось, что она понимает Икари.

Глеба объяснение не удовлетворило. Но он удержался от дальнейших расспросов. Понимал, что они бесполезны. Икари был загадочен и непроницаем. Вероятно, он преследовал иные цели, кроме сохранения собственной жизни.

– Можно теперь я спрошу?

– Пожалуйста.

– Зачем тебе нужен весь этот арсенал? – Икари неопределенно обвел рукой бронированный силуэт рыцаря. – Ты собираешься развязать собственную войну?

Глеб усмехнулся уголком рта. Перед его глазами встало серое лицо Пардуса.

– Война уже идет, – сказал он. – Я собираюсь ее закончить. Ксана положила свою находку на железную ладонь Глеба.

118
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru