Пользовательский поиск

Книга Падшие ангелы Мультиверсума. Содержание - ГЛАВА ШЕСТАЯ

Кол-во голосов: 0

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Их везли в кузове ремонтного фургона. Сопровождение – четверо неразговорчивых ребят с «ехиднами» в черно-желтых форменных комбезах. Оперативники «Глобалкома». Еще там был валяющийся без сознания японец, на чью простреленную шею была заботливо наложена повязка. Его лицо казалось Антону знакомым. Но так, как если бы он видел его не на улице, а на обложке журнала или книги.

Гораздо сильнее память хакера будоражила физиономия сидящего в дальнем углу мужика с нашивками майора. Единственный из всех черно-желтых, он не был вооружен и, по всей видимости, чувствовал себя неважно. Еще хуже Антона.

Антон получил по морде от охотника и мог сгореть заживо.

Он насмотрелся таких чудес в исполнении двух «одержимых», Юргена и Тэньши (ныне спокойно лежащих под стеночкой), что:

а) считал глюком большую часть увиденного;

б) никогда бы не решился кому-нибудь, даже Марте, рассказать о случившемся.

Уж слишком все эти прикладные экзорцизмы выходили за рамки его повседневного опыта и даже навеянных галлюциногенами видений. Пережить такое еще раз – увольте. Он не был трусом, но не хотел закончить свои дни, стучась лбом в мягкие стены палаты-одиночки.

Так же, как проделывает это с железными стенками фургона майор, рвущийся из рук своих коллег.

Еще о галлюцинациях.

Одним из неприятнейших эффектов длительного приема «бархата» были так называемые «погружения». От обычных bad trips они отличались в худшую сторону так же, как легкая воспитательная порка отличается от прохода через строй с батогами, когда кровавые пласты кожи отслаиваются от спины и раны не заживают неделями. То же самое «погружения» делали с мозгом человека, принимающего «бархат».

На первый взгляд в них не было ничего особенного.

Ты засыпаешь. Тебе снится кошмар. Нечто совершенно обыденное, но наделенное чертами глубинного, трудно описуемого ужаса.

Антону, например, все время являлась черная собака с длинным гладким телом и вислыми ушами таксы. Ее вытянутая морда переходила в безволосое человеческое лицо. Два темных глаза пристально следили за ним. И в их влажной глубине было нечто такое, что заставляло его просыпаться мокрым и с бешеным сердцебиением. А может, это случалось позже, когда «собака» улыбалась мягкими человеческими губами, открывая острые клыки.

Но если ты думаешь, что на этом твое «погружение» заканчивается, ты ошибся. Это только начало.

Тебе кажется, что ты проснулся в своей постели, рядом с любимым человеком. Окружающая обстановка точно воспроизводит картину твоего быта, но она имеет в себе некий выверт. Изъян. На который ты совсем скоро наткнешься.

В первое свое «погружение» Антон, спустив ногу с кровати (мучительно пересохло в горле и хотелось пить), наступил в разлитую по полу воду. Воды было так много, что она доходила до щиколотки. Кроме того, она была очень холодная, и все тело хакера сразу покрылось мурашками. Ничего не понимая, он встал с постели…

И провалился вниз. Его рука, комкая, потянула за собой простыню. Вода с плеском сомкнулась у него над головой. Тут же ему вдавило барабанные перепонки, как на очень большой глубине. Чтобы прервать стремительное погружение, Антон изо всех сил взмахнул руками. И почувствовал – что-то мягко, но с неодолимой силой удерживает его за ногу.

Опустив взгляд, Антон увидел мясистое щупальце, обвивающее его щиколотку. Он не запомнил тогда ни его цвет, ни были ли, к примеру, на нем присоски. Он с тупым оцепенением скользнул по щупальцу взглядом.

И то, что он увидел, преследовало его еще очень долго. Даже когда он набирал воды в ванну, чтобы искупаться.

Из зеленой глубины поднимался гигантский клубок сплетенных щупальцев. Непонятно было, откуда они вырастали, – глаз не мог зацепиться за хоть отдаленное подобие тела. Но ужасно было не это. И даже не их хищное стремление вверх, к смутно мерцающей поверхности.

В узловых сплетениях змеевидных тел можно было разглядеть обвитые ими человеческие фигуры. Некоторые синие и распухшие от воды, некоторые почти нетронутые. Другие бились в агонии, вместо воздуха хватая кричащими ртами воду.

И Антон, захлебываясь, кричал вместе с ними. Просыпался, судорожно кашляя и царапая грудь. Иногда на своей настоящей постели, рядом с напуганной Мартой. Иногда в новом кошмаре.

В реальности вся цепочка «погружений» длилась не больше нескольких секунд. Количество измерений кошмара, через которые проходил невольный «ныряльщик», могло измеряться десятками. В зависимости от того, как давно и с какой частотой он принимает «бархат».

Рекорд Антона составлял двенадцать. Двенадцать кругов личного ада, и каждый из них был хуже предыдущего. Видения большинства из них заставляли его сутками не спать, принимая лошадиные дозы стимулирующих «бустеров».

Там была и собака с человеческим лицом, и щупальца, утаскивающие Марту прямо из их постели. И слепые карлики с бледной кожей, выходящие из огромных кротовых нор, чтобы превратить Антона в одного из них. И много чего еще.

К чему это все?

Еще не раз сегодня Антону будет казаться: все, что с ним происходит, – это еще одно, самое сильное его «погружение». А он никак не может вынырнуть.

Фургон остановился. Оперативник прислушался к шепоту в своем шлеме и сказал:

– Вот мы и дома. – Нагнулся, трогая немного утихшего майора за плечо. – Майор, как вы? Идти сможете?

Майор поднял голову, глядя на дверь фургона, и тихонько завыл. От этого звука у Антона поднялись волоски на руках.

– Что там такое? – оперативник заозирался, его коллеги нервно взялись за «ехидны». – Майор?

– Там Смерть, – раздался голос совсем с другой стороны. Антон подскочил. Говорил «одержимый», которого Оракул называл Тэньши. Оказывается, он пришел в себя и лежал, распахнув свои удивительные глаза. Шевельнуться ему не давали такие же наручники, как у Антона. Он не очень-то и пытался – просто таращился на дверь.

– Заткнись, – нервничая, сказал оперативник.

Но Тэньши продолжал: – Он видит ее, как всякий, к кому она прикоснулась. А Смерть была его правой рукой.

Майор опять завыл. В рвущихся из его глотки звуках была такая безнадежность, что хотелось пальцами проткнуть себе барабанные перепонки, чтобы их не слышать. Так выли бы последние из собачьего рода, если бы луна пропала с небес, а их ждала близкая живодерня.

Лица оперативников побледнели.

– Он слышит ее шаги, – составляя безумный контраст с произносимыми словами, тон «одержимого» был абсолютно ровен. – Она уже рядом. И вот-вот постучится сюда.

– Что за дерьмо? – один из оперативников встал. – Тебе же велели заткнуться!

В дверь гулко замолотили снаружи.

Даже бывалые оперативники в этот момент вздрогнули. А из-за двери раздался приглушенный голос:

– Вы сколько там еще собираетесь сидеть, а? Особое приглашение нужно?

Все сразу расслабились. «Сейчас!», – крикнул один из оперативников, ухмыляясь. Антон почувствовал, как улетучивается неприятное чувство, навеянное словами Тэньши. Ну и шуточки у этих «падших».

И только майор продолжал смотреть на дверь расширенными от ужаса глазами.

– Сначала этих, – оперативник кивнул на Юргена и японца, – пусть их сразу принимают. А белобрысому и болтуну снимите ножные «браслеты», сами потопают. Давайте, давайте, в темпе.

Двери фургона распахнули, и в руки тех, кто ждал снаружи, передали расслабленные тела Тиссена и раненого азиата. Вытолкнули Антона с Тэньши и вытащили майора, который упирался и норовил отползти обратно на четвереньках. Трое оперативников замешкались в кузове.

– Ну вот и все, – сказал их начальник, выбираясь наружу.

– Да, теперь точно все, – ответил ему человек, одетый в точно такую же черно-желтую униформу. Но с одной бросающейся в глаза деталью на лице. Крошечным листиком марихуаны, вытатуированным прямо над переносицей. Антон не смог сразу вспомнить, где и при каких обстоятельствах он видел точно такую же наколку,

109
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru