Пользовательский поиск

Книга Тени сумерек. Содержание - Глоссарий

Кол-во голосов: 0

Диор посмотрел прямо ему в глаза, потом перевел взгляд на Нимлот и снова на посланника. Потом встал.

— Рохир Ильвар, — сказал он, и голос его раскатился в общем безмолвии, как голос набата. — Я также не хочу войны, тем паче между эльфами, да еще в такие времена, когда затемнен весь Белерианд, от Великого Моря до Синих Гор, и лишь одинокие крепости, подобные Гондолину, Гавани в устье Сириона или Дориату стоят, как островки среди потопа. Но я смотрю на тебя и думаю, что сказал бы тебе мой отец, Берен, сын Барахира, который своей рукой вынес Камень из Ангбанда и заплатил за его обретение собственной жизнью. Я думаю, что сказала бы тебе моя мать, своими чарами повергнувшая Моргота в сон, и ушедшая по пути Смертных ради отца. И, слушая мой ответ, считай, что моими устами говорят тебе они. Если бы все дело было лишь в том, чтобы вернуть драгоценный камень потомкам его создателя — я отдал бы его без колебаний. Но это не просто камень, а вместилище первозданного Света, и если руки сыновей Феанора не удержат его, он вновь попадет к Морготу. А ваши лорды не смогут его удержать, я знаю это.

— А ты — сможешь? — почти сквозь зубы спросил глава посольства. — Ну что ж, если ты сможешь удержать его против Моргота, тем паче сможешь против наших лордов. Готовься же к войне, король Диор. Когда наступит весна, ты пожалеешь о своих словах.

Послы Феанорингов развернулись и не видели горькой усмешки на лице Диора. Плечом к плечу они покинули зал, и стук их подкованных сапог был как грохот обвала в горах. Они шагали навстречу еще одной братоубийственной резне, и еще одной, навстречу тщете этой бесконечной и пустой погони — «пока не прекратится охота, до конца» — и в конце концов навстречу гибели.

Когда дверь за ними закрылась, Диор обратился к подданным.

— Вы все слышали, друзья мои. Я поступил так, как я поступил, потому что не мог поступить иначе. Я не желаю вводить вас в обман: мы не удержим Дориат. Силы сыновей Феанора больше наших, они собрали вокруг себя почти всех, кто уцелел в Нирнаэт Арноэдиад. Что ж, они хотя бы предупредили нас. Отправляйте семьи на юг. Уходите, если не хотите сражаться — я не могу удерживать никого против его воли. Тот, кто останется со мной — погибнет.

Он закончил речь и вновь сел на свой трон.

Аргон оставил скамью, где сидел вместе с прочими военачальниками и главами родов, опустился перед Диором на колено.

— Я буду с тобой, — сказал он.

Еще несколько эльфов последовали его примеру. Потом — еще и еще… И когда в конце концов Диор обвел глазами зал, он увидел, что только женщины остались на своих местах, мужчины же все выступили вперед и преклонили колено.

— Встаньте, — сказал он, и голос его чуть дрогнул. — Благодарю вас, друзья мои. Мне нечем будет вознаградить вас за вашу верность и нечем утешить ваших близких в их печали — кроме той надежды, что мне завещали отец и мать, а им — государь Финрод. Надежды на «вечное настоящее, где могли бы жить эльдар, совершенные, но не завершенные, жить и бродить по земле, рука об руку с Детьми Людей, своими избавителями, и петь им такие песни, от которых звенели бы зеленые долы, и вечные горные вершины пели, словно струны арфы, даже в том Блаженстве, превысшем всех блаженств».

Он увидел изумленные лица своих сыновей, слезы в глазах друзей и вассалов — и улыбнулся. А те, кто помнил Берена, узнали его лукавую улыбку.

— И все-таки, друзья мои, я слегка покривил душой, когда сказал сыновьям Феанора, что отвечаю им так, как ответил бы отец. Думаю, отец дал бы им такой ответ: Наугламир дорог мне как осязаемая память о государе Финроде, а если Сильмарилл вынуть из него теперь — некрасивая получится дырка.

382
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru