Пользовательский поиск

Книга Тени киновари. Содержание - Глава 4

Кол-во голосов: 0

— Я жду Лорда Хаману, — медленно ответила она, собрав все свое мужество.

— О, все ждут Хаману. Тебе скорее всего придется ждать очень долго.

Он повел ее к скамье, на которую она и уселась, но он не сел рядом с ней.

— И что бы ты сказала ему, когда он будет здесь — если он будет здесь.

— Если я скажу тебе, ты расскажешь мне о твоих создателях?

Молодой мужчина вскинул голову и уставился на нее выпуклыми желтыми глазами, но Матра не дала себя обмануть. Она знала, что это честная сделка; он мог ответить на ее вопросы. Он был совершенным творением своих создателей, его не гоняли по пустыне, а сразу отправили к королю Урика.

— Мои создатели, — медленно сказал он через несколько мгновений, подтверждая ее подозрения и надежды. — Это было давно, очень давно, но я расскажу тебе то немногое, что помню о них… после того как ты расскажешь мне то, что хотела рассказать Хаману.

То, что он сказал ей, уже было достаточно: очень давно. Сделанные создания не растут. Она не изменилась за эти семь лет, которые могла вспомнить. Они были не такие, как Отец и августейшая эмерита; они не старели.

Матра начала свою историю с того же момента, как и у августейшей эмериты и это похоже удовлетворило ее сделанного компаньона, хотя он часто прерывал ее, но не потому, что что-то не понял, а вопросами: Сколько времени Гомер продает бусины из киновари? Знает ли она, что за обман охранного заклинания положено ужасное наказание — смерть через расчленение?

Она не знала и решила не спрашивать, что такое расчленение. Он не стал объяснять ей, однако, и это убедило ее, что он не выуживает слова из ее головы, а понимает ее речь, как это делал Мика.

Когда она закончила, он сказал ей, что водяные пещеры — главное сокровище Урика. — Всю силу и могущество Хаману сдует ветром, если кто-нибудь испортит запасы воды Урика. Он хорошо вознаградит тебя за предостережение.

Вознаградит? Разве Матра хотела награды? Отец и Мика ушли. Теперь ей нужно заботиться только о себе, а для этого не надо никакой награды. — Я хочу убить их, — сказала она, сама поражаясь силе ненависти в своем голосе. — Я хочу убить Какзима.

Темные брови слегка изогнулись, давая возможность Матре отчетливо разглядеть темно-желтые глаза, похожие на драгоценные камни. Его лицо было особенно выразительно, намного более выразительно, чем лица тех, которые родились, и в очередной раз она посмотрела на то, что могли бы сделать создатели, если бы они не ошиблись с ней.

— Ты действительно этого хочешь? Милосердие Хаману может принимать много форм. Если ты выберешь месть, Хаману сможет устроить и это.

И элегант усмехнулся такой совершенной, полногубой улыбкой, что у Матры по спине пробежала холодная дрожь, и она подумала, что пожалуй ей лучше взять награду, которую ей предложит Король-Лев, а месть оставить другим. Его улыбка растаяла, и она попросила его выполнить его часть сделки.

— Расскажи мне о твоих создателях — ты обещал.

— Они очень старые; они уже были старые, когда родился Дракон, и стали еще старше, когда его сделали.

Потрясенная Матра вздохнула за своей маской: одна жизнь, рожденная и сделанная!

— Да, — сказал он бысто, почто зло, дернув подбородком. — Они не сделали новую жизнь, они изменили старую, и их ошибки невозможно исправить. — Он коснулся кожи на ее маске. — Но есть маски, которые не видны глазом. Ты сможешь говорить совершенно отчетливо благодаря волшебству. Хаману даст тебе это в подарок. Но я должен уйти. Он сейчас придет, и я не хочу быть рядом с ним.

И он ушел прежде, чем Матра успела спросить его имя или что он имел в виду, когда говорил о невидимых масках. Она не видела, как он вышел, точно так же как она не видела, как он вошел. Только один порыв ветра дунул с того места, где мгновение назад он стоял, и второй от золотых ворот за ее спиной.

Матра опять уселась на скамью и сидела там, пока не услышала сумятицу за дверью: звук тяжелых ударов в пол кожаными сандалиями, резкий звук ударов о камень наконечников копий, резкие и низкие слова людей, отдающих приказы и приглушенные ответы других. Потом через золотую дверь ясно донеслись слова:

— Король-Лев шествует по этому миру. Склоните ваши головы! Склоните! — и хотя в этот момент Матра предпочла бы спрятаться за черным камнем, она мгновенно распростерлась на полу перед дверями.

Дверь открылась и тяжело стуча сандалиями и копьями по каменному полу вошли темплары, выстроенные в две шеренги. Они приветствовали своего абсолютного повелителя криком без слов, потом дружно ударили сжатыми кулаками правой руки в ребра над сердцем. Матра слышала каждый шаг, каждое приветствие, каждый удар кулака по кожаной броне их доспехов, но продолжала прижимать голову к полу, особенно когда почувствовала как холодная тень упала ей на спину.

— Я прочитал послание Зерак, августейшей эмериты высшего ранга. Я слышал признание Матры — женщины, сделанной в Башне Пристайн — и нашел, что она полна страха и правды, это понравилось мне и совершенно удовлетворило меня. Моя благодарность. Встань, Матра и проси все, что пожелаешь.

Самое первое, что заметила Матра, когда с опаской встала на ноги, что Король Хаману был выше самого высокого эльфа и шире в плечах, чем самый сильный мул. Во вторых, хотя он во многом походил на свои бесчисленные портреты, развешанные по всему городу, все-таки его лицо было больше человеческое, чем львиное. А третья вещь, на которую обратила внимание Матра, и которая заставила ее затаить дыхание, была парой черно-желтых глаз, похожих на драгоценные камни, которые смотрели на нее из-под красиво изогнутых бровей.

Мщение? Маска, которую не видят? А может быть вообще ничего, она услышала как голос Отца говорит ей, что это было бы самое мудрое. Улыбка — полногубая, совершенная и жестокая — появилась на лице Короля Хаману. На один удар серца она почувствовала жар и оцепенение, как если бы ее внутренная защита отреагировала на грозящую опасность, потом она опять стала холодна, как вода в пещере. Король вытянул сведенные вместе руки над ее головой. Она услышала звук, как будто разбилось яйцо. Магия, более мягкая чем ее шаль, опустилась ей на голову и распространилась по всему телу. Магия не сделала ничего, что она могла бы увидеть или почувствовать, но когда она попыталась заговорить, несмотря на то, что у нее не было и двух подходящих мыслей, из ее рта вышли приятные и нежные звуки.

— Маска, которую никто не сможет увидеть, — сказал король с легким поклоном. — Чары вечны, так что ты сможешь сделать все, что мне от тебя нужно. Ты принесла мне послание от Зерак, а я даю тебе другое послание, которые ты пронесешь через песок и соль. Там есть мужчина — грубый, уродливый человек — высший темплар, который должен мне за мою помощь. Ты передашь ему мое послание, и вместе вы отомстите Какзиму.

Глава 4

Павек оперся о рукоятку своей мотыги и с тяжелым вздохом оценил свою утреннюю работу. Примерно год назад он снял с себя желтую одежду. В его памяти все, что было больше года назад, вся его старая жизнь расплылась и утонула в тумане. Изолированная от всего мира обшина Квирайта стала его новым домом, и не было никакой необходимости использовать десятидневную рыночную неделю Урика или административные пятнадцатые части года. Судя по тому углу, с которым солнце обрушивалось на его плечи, он решил, что начался сезон высокого солнца над Пустыми Землями, следовательно начался новый год, но не был уверен, так как его это больше не беспокоило. Он был дальше от места своего рождения, чем любой уличный червяк-темплар из гражданского бюро мог себе представить; он родился заново как друид-новичок.

Все эти дни он мерил время по растениям, сколько времени им нужно, чтобы вырасти и сколько времени им нужно, чтобы умереть. Всюду в Квирайте растения, которыми он занимался все утро, высаживая их совершенно неровными рядами, назвали бы сорняками и не разрешили бы им расти. Дети фермеров общины вырывали сорняки из земли и бросали из в силосные ямы, где они гнили вместе с остальными отходами, пока не наступало время посадки новых растений, и они возвращались на поля в виде полезных удобрений.

15
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru