Пользовательский поиск

Книга Тень Аламута. Содержание - МЕЛИСАНДА НА РАЗВЕДКЕ

Кол-во голосов: 0

– О Аллах! Это же Зейд!

И действительно: в кувшине прятался лекарь Балака. Удар Сабиха был очень силен. Коротышку пригвоздило к стене, как жука булавкой.

Как же найти Габриэля? Хорошо хоть, теперь Рошан знал, куда отправляться.

Его ждала Антиохия.

МЕЛИСАНДА НА РАЗВЕДКЕ

Из осторожности мессир де Пейн расквартировал рыцарей в северной части города, неподалеку от Собачьих Ворот. Башня Двух Сестер располагалась на юге. Между храмовниками и ассасинами лежал целый город, и это его успокаивало.

Новый дом понравился всем. Гуго даже подумывал, не переехать ли в Антиохию, если дела пойдут совсем плохо. Но больше всех радовался Годфруа: он давно хотел посмотреть на Святое Копье, а церковь Святого Петра находилась всего в нескольких кварталах от храмовничьего жилья.

Утро началось с возвращения блудного брата. Сир де Сент-Аман попытался незаметно прокрасться в свою комнату, но магистр был настороже:

– Эй, Аршамбо, – позвал он.

– Да, мессир.

– В этот раз мы ждали тебя трое суток. Ты выполнил задание?

– С блеском, мессир. Я был скромен и незаметен, как врач святой Варвары.

– И каковы результаты? – Заметив Мелисанду, магистр жестом подозвал ее: – Пойдемте, сударыня, прогуляемся. Думаю, вам тоже интересно будет послушать.

Мелисанда с радостью согласилась. Предложение магистра попахивало приключением. Грех не воспользоваться таким случаем! Два рыцаря и принцесса двинулись в сторону ворот Святого Георгия. Аршамбо начал свой рассказ.

Нужное место он нашел сразу. Побродил вокруг, осмотрелся. Дом, о котором говорил магистр, стоял пуст и заброшен. По всему было видно, что покинули его недавно и в страшной спешке. Аршамбо видел туфлю, потерянную Исааком. Туфля выглядела почти неношеной: лет пять-шесть, не больше. По доброй воле иудей ни за что такую не бросит.

Всё это показалось рыцарю странным. Поэтому вместо того, чтобы вернуться к магистру и доложить результаты, он решил продолжить разведку.

– В доме напротив живет магометаночка, – рассказывал храмовник. – Достойная женщина. Мужа нет, сама восхитительна, как триста ангелочков. Смуглых ангелочков, конечно. И с ней ребенок – проныра и мошенник. Мы с Фатимой довольно близко познакомились.

– Надеюсь, – заметил Гуго, – не настолько близко, чтобы появился второй проныра и мошенник?

– Обижаете, мессир! Я же так, для пользы дела. – Аршамбо надулся.

На самом деле, заметил он, все его старания имели целью возвеличить орден, не более. Христианским женщинам сарацинки в подметки не годятся (он покосился на Мелисанду). И ему, то есть Аршамбо, достаточно свистнуть, как возле него закружится хоровод прекрасных дам. Так что магометанки ему не нужны, и если он общается с Фатимой, то исключительно из деловых соображений.

– Ну-ну, – усмехнулся магистр. – Прости, друг. Никак не хотел тебя обидеть.

Аршамбо успокоился и продолжил рассказ. На самом деле магистр де Пейн был несправедлив к нему. Если закрыть глаза на мартовско-кошачьи замашки Аршамбо, более полезного человека трудно было найти. Он снял дом Фатимы на две недели за смешную цену и предупредил, что в любой момент может вернуться, да не один, а с приятелями. И возможно, среди этих приятелей будет женщина. И очень возможно, что они будут вести себя… мнэ-э… несколько шумно.

– Интересно, – перебила его Мелисанда. – А у мусульман бывают святые?

– Бывают, – озадаченно посмотрел на нее Аршамбо. – Их зовут пророками. К чему это вы, Ваше Высочество?

– Понимаете, сир… Сдать дом проходимцу, которого видишь первый раз в жизни. Не взять денег. Вы ведь, сир Аршамбо, обещали заплатить денька через два, не так ли?

– Три.

– Вот-вот. Согласиться, что на две недели дом превратится в ад, свинарник и кобелярню, вместе взятые. Эта Фатима – святая.

– Вы забываете две вещи, сударыня, – улыбнулся магистр. – Аршамбо дьявольски обаятелен. Этораз.

– А два?

– Два… Хм… Сколько лет твоей пассии, Аршамбо?

– Около тридцати.

– Тридцать лет. Без мужа и с ребенком на руках. Думаю, мы не очень стеснили бы эту Фатиму.

Всё это Гуго произнес ровным голосом, без малейшего намека на превосходство. Мол, сударыня, мы всё понимаем. Дворцовое образование одно, а это жизнь. Рано или поздно все с этим сталкиваются.

Мелисанду его объяснения нисколько не удовлетворили. В Иерусалиме она тоже не в хрустальной башне жила и, как одинокие вдовушки ловят мужчин, вполне представляла.

В истории с Фатимой пряталась какая-то загадка.

– А мы можем посмотреть на эту Фатиму? – неожиданно для самой себя предложила принцесса.

– Конечно.

– Тогда идем.

Для начала путешественники двинулись к церкви Святого Петра. Дома взбегали по склонам горы. Шпили княжеского дворца возвышались над крышами, указывая путь. Невозможно заблудиться, пока путь тебе указывает такой прекрасный маяк.

Мелисанда всё не могла привыкнуть к многолюдью Антиохии, Иерусалим не шел ни в какое сравнение. Торговцы, рыцари, ростовщики, менялы – глаза разбегались от многообразия одежд и лиц. Отец нынешнего князя, Боэмунд I, сделал всё возможное, чтобы византийцы держались подальше от города. Но достичь этого удалось лишь наполовину: не мечом, так монетой, не копьем, так хартией… Узнай Боэмунд I, сколько в городе румийских купцов и какие они ломят цены, перевернулся бы в могиле.

Мелисанда беспрестанно вертела головой, стараясь запомнить всё, что видит. Она твердо решила, что, когда станет королевой, устроит в Иерусалиме всё так же, если не получше.

Оружейные лавки, посудные, каморки портных, пекарни… От ароматов еды кружилась голова. Аршамбо не выдержал первый. Он поторговался с пирожницей и вскоре вернулся с добычей – колобком, жаренным в оливковом масле. Гуго и Мелисанда купили медового снега, а потом принялись сравнивать достоинства греческого и испанского вин. Магистр охаял греческое. Мелисанда оказалась не в восторге от испанского. Аршамбо пришлось выступить в качестве третейского судьи, так что победила Франция.

Возле княжеского дворца мелькнул знакомый рыжий чуб. Принцесса ойкнула и дернула магистра за рукав. Одного взгляда магистру хватило, чтобы оценить обстановку.

– Де Бюр, – сквозь зубы процедил он. – И сюда добрался, мошенник. А ну быстрее!

Все трое нырнули в арку, ведущую в маленький дворик. Как раз вовремя: коннетабль Иерусалимский, сир Гильом де Бюр спускался по ступеням дворца. Оруженосец, до того скучавший подле рыцарского коня, бросился навстречу хозяину. Гильом принял поводья и со смехом потрепал юношу по плечу.

– Симпатичный мальчишка, не правда ли? – шепнул магистр принцессе. – А что это вы так вздрогнули, Ваше Высочество?

– Он мерзавец и предатель. Такой же, как и его хозяин. Но я не понимаю, сир. Они же ехали в Триполи собирать войска! Что им здесь-то понадобилось?

– Вероятно, то же, что и там. Убедить князя выступить против Тира.

– А король – в Халебе, – с горечью промолвила Мелисанда. – В зиндане сидит. У, сволочи! Как я их ненавижу!

«Я – будущая королева, – напомнила она себе. – При мне предателей, вроде Гильома, будут вешать. Им даже меча не достанется».

– А знаете, сударыня, – вдруг сказал Аршамбо. – я вот что подумал. Антиохией правит Боэмунд, а он мальчишка. На вашем месте я бы потолковал с ним. Думаю, он скорее послушает красивую девчонку, что предлагает ему подвиг, чем старого лентяя, бормочущего о пошлинах и откупах.

– Нет.

– Но почему?

– Сударь, я вас умоляю! Я помню Боэмунда десятилетним сорванцом. Мерзкий, противный мальчишка! Он дергал за косы мою сестру Алису. И подглядывал за нами, когда мы купались.

– Но с тех пор прошло шесть лет. Думаю, он изменился.

– Вряд ли.

Мелисанда накуксилась и молчала до самого дома Фатимы. Мысль о том, что ей придется строить глазки малолетнему (на три года ее младше!) нахалу, возмущала до глубины души. Но от правды не уйдешь, именно такой Боэмунд – безрассудный, вспыльчивый сорванец – мог отправиться с нею на Халеб. И та Мелисанда, что мечтала стать королевой, не могла не признать это.

57
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru