Пользовательский поиск

Книга Сломанный меч. Содержание - Глава 21

Кол-во голосов: 0

Теперь заговорил Асмунд. Печаль была на его лице, горестным был его голос:

Страшна и горька, брат и сестра,
судьба, что Норною вам уготовлена.
Лучше б не знали вы заклинаний,
правды тогда не открыли б ужасной.

Ужас охватил Фреду. Она не могла говорить, она крепко прижималась к Скэфлоку, и они стояли и смотрели в большие печальные глаза Асмунда. Он медленно говорил, пламя белело вокруг его черной фигуры.

Даже для мертвых священен закон.
Вы же в грехе и неведении.
Горькую правду открою я вам:
брат и сестра вы кровные.

Курган с грохотом закрылся. Пламя погасло.

Фреда рванулась от Скэфлока так, как будто бы он превратился тролля. Он пошел к ней, спотыкаясь как слепой. Она простонала и побежала от него.

— Мама, — шептала она. — Мама.

Но курган был пуст. Никогда больше и никто не увидит Эльфриду.

Небо низко нависло над морем, падали редкие снежинки. Фреда сидела на кургане и смотрела перед собой. Она не плакала. У нее просто не было слез.

Скэфлок вернулся из под навеса, под которым стояли лошади. Голос был мрачен, как и наступающий рассвет.

— Я люблю тебя, Фреда.

Она не сказала ни слова. Он снова заговорил.

— Я не могу не любить тебя. Какое нам дело до того, что мы по воле случая оказались одной крови с тобой? Это ничего не значит. Я знаю страны, страны людей, в которых подобные браки — обычное дело. Фреда, останься со мной, забудь этот проклятый закон…

— Это закон Господа, — сказала она тихо. — Я не могу сознательно нарушать его. Мой грех и так уже слишком велик.

— На бога, который встает между людьми, которые так много значат друг для друга, я бы не обращал внимания. Такого бога я бы даже к себе близко не подпустил.

— Да. Ты был и остаешься язычником! — вспыхнула она. — Усыновленный бездушными эльфами, ради которых ты готов даже мертвых поднять из могилы и обречь на страдания. — Она стала мертвенно бледной. — Возвращайся к своим эльфам! Возвращайся к Лиа!

Она встала. Он тоже. Он попытался взять ее за руки, но она с силой вырвала их.

— И нет никакой надежды?

— Нет. — Она отвернулась и пошла от него. — Я пойду в соседнее поместье. Может быть, мне удастся искупить свой грех. — Неожиданно она повернулась к нему.

— Пойдем со мной, Скэфлок! Пойдем, забудь свое язычество, окрестись и примирись с Богом.

Он покачал головой.

— Только не с этим богом.

— Но… Я люблю тебя, Скэфлок, я тебя так люблю. И хочу, чтобы твоя душа попала на Небеса.

— Если ты любишь меня, останься со мной. Я до тебя даже не дотронусь, разве что… как брат. Останься со мной.

— Нет, — сказала она. — Прощай.

Она побежала.

Он побежал за ней. Снег хрустел под их ногами. Когда он догнал, остановил ее и попытался поцеловать.

Он увидел, что она отпрянула от него так, будто он замахнулся на нее ножом.

— Ты даже не поцелуешь меня на прощание, Фреда? — спросил он.

— Нет. — Она смотрела в сторону. Он едва слышал.

— Я не смею.

И она снова побежала.

Он стоял и смотрел, как она удалялась Ее волосы блестели бронзовыми искрами и были единственным ярким цветом в этом серо-белом мире. Она скрылась из виду. Он повернулся и пошел в другую сторону.

Глава 21

Через несколько дней суровая зима начала умирать. В один из вечеров, на закате Гулбан Глас Мак Грики стоял па вершине холма. Южный ветер уже принес первый, неуловимый запах весны.

Он стоял опершись о копье и смотрел, как тающий снег сползал по склонам к морю. Запад краснел закатом. А с востока надвигалась тьма и плыла рыбацкая лодка. Обычная лодка простых смертных, купленная или украденная у какого-нибудь англичанина. В ней сидел человек. Но было что-то странное в нем, и его изорванные одежды были покроя эльфов.

Когда он подплыл и прыгнул на берег, Гулбан узнал его, Ирландские Сиды жили отчужденно от всего Фэри, но когда-то они торговали с Эльфхаймом, и Гулбан помнил как однажды с Имриком приплывал молодой и веселый Скэфлок. Но сейчас он был худым и мрачным, даже более, чем того заслуживало горе его народа.

Скэфлок вошел вверх по холму навстречу вождю, фигура которого чернела под красно-зелено-голубым небом. Подойдя ближе, он узнал Гулбана Гласа, одного из пяти наставников Улстера, и приветствовал его.

Вождь ответил на мрачное приветствие, склонив го лову в золотом шлеме, его длинные темные волосы коснулись его подбородка. Он не смог удержаться и слегка отшатнулся, почувствовав зло завернутой в волчью шкуру ноши, покоящейся на спине Скэфлока.

— Мне сказали ожидать тебя, — сказал он.

Скэфлок устало удивился.

— У Сидов такие длинные уши?

— Нет, — сказал Гулбан, — но они чувствуют, когда что-то, чему суждено случиться, близко. А с чем это еще сейчас может быть связано как не войной эльфов с троллями? Поэтому мы ждали эльфа, который должен прийти со странными известиями. Видимо, это ты и есть.

— Да! — фыркнул Скэфлок. На лице его были глубокие морщины, глаза налиты кровью; он не следил за своими одеждами, как когда то он делал это в Эльфхайме даже в самые тяжелые времена.

— Пойдем, — сказал Гулбан. — Луг Длинной Руки должно быть считает, что это что-то очень важное, поскольку он позвал все Племя Богини Дану, а также господ других народов страны Сид на совет в пещере Круахан. Но ты устал и голоден. Сначала мы пойдем в мой дом.

— Нет, — сказал человек с грубостью не свойственной эльфам. — Я не могу ждать, не устал и не хочу есть. Я должен спешить. Проводи меня на совет.

Вождь пожал плечами. Он свистнул, и две красивые быстрые лошади страны Сид подскакали к ним. Они заржали, пятясь от Скэфлока.

— Им не нравится твоя ноша, — сказал Гулбан.

— Мне тоже, — коротко ответил Скэфлок. Он поймал лошадь за шелковую гриву и запрыгнул в седло. — Быстрее!

Лошади понеслись, почти так же быстро, как скакуны Эльфхайма, пролетая мимо холмов и долин, полей и лесов, прудов и замерзших рек. В сумерках Скэфлок различал мелькающую мимо него страну Сид: всадников в сверкающих латах, со страшными копьями в руках, угловатого лепрехуна, стоящего у входа в свою нору, странное лицо человека с клювом, гигантского, завернувшегося в мантию, с серыми перьями вместо волос. Ветер носил по воздуху легкий туман. Постепенно наступала ночь. Зажглись звезды, яркие, как глаза Фреды… Нет! Скэфлок гнал от себя подобные мысли.

Вскоре всадники достигли Пещеры Круахан. Четверо часовых подняли свои мечи, приветствуя их. Они взяли у них лошадей, и Гулбан ввел Скэфлока в пещеру.

По-морскому зеленый цвет заполнял большую, увешанную коврами, сводчатую пещеру. Ярко сверкающие сталактиты свисали с потолка, их свет отражался от щитов висящих на стенах. Хотя в пещере не было костра, было тепло. Пол был услан камышом. Его хруст под ногами был единственным звуком, который слышал Скэфлок подходи к столу совета.

Вокруг него стояли вожди народов Лупра, низкие, сильные, грубо одетые; Удан Мак Аудайн, король лепрехунов и его танист Бег Мак Бег; Гломар О. Гломрах с могучими мускулистыми руками; вожди Кону Мак Рихид, Гэрку Мак Гайрд, Метр Мак Митнан и Езирт Мак Бег, одетые в шкуры и золото.

Но во главе стола стояло Племя Дану, дети матери земли дану, пришедшие из Тирнан-Ога Золотого на совет в пещере Круахан. Они сидели молча, они были красивы, на них было приятно смотреть, в них чувствовалась необычайная сила. Они были богами Ирландии до того как Патрик принес туда Святого Христа, и хотя они вынуждены были бежать от Креста, они по-прежнему обладали могучими силами и жили в роскоши, как и в прежние давние времена.

Луг Длинной Руки сидел на троне во главе стола, по правую руку от него — воин Агнус Ог, а справа от него — морской король Мананнан Мак Лир, другие представители Племен Богини Дану тоже были здесь: Эохаид Мак Элатан Дагда Мор, Дав Берг Яростный, Кас Коррах, Колл Солнце, Кехт Плуг, Мак Грайна Орех и многие другие не менее достойные; вместе с господами пришли их жены, дети, арфисты и воины. Славное зрелище они представляли собой.

36
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru