Пользовательский поиск

Книга Секира света. Содержание - Глава третья Слово мести

Кол-во голосов: 0

Тот-Апис резко кивнул и нарисовал в воздухе еще один знак, прежде чем произнести суровый приказ.

— Оставьте его в покое! Его жребий уже определила сама Судьба!

Стражники прислушались. Исполненные благоговейного ужаса, они отшатнулись от Джихана. Тот вызывающе ухмылялся им. Чародей жестом стер видение.

— Что нам делать с ним? — спросил он после короткого молчания.

Этот вопрос вырвал Рахибу из задумчивости. Она лениво улыбнулась:

— Я сделаю из него все, что потребуется, Повелитель.

— Как?

— Ну уж не кнутом и не заключением в клетку. Нет, доставьте его в замок Мантикора, умойте, подлечите, оденьте, накормите вкусно и сытно, не забывая о вине. Постелите ему мягкую постель в роскошной комнате со свежим, ароматным воздухом. Когда он как следует отдохнет, я навещу его, и вскоре после этого мы узнаем очень много.

Тот-Апис чуть улыбнулся уголками губ:

— Я уже просчитал эту возможность, Рахиба. Пусть будет так.

И вновь обратился к Рамвасу.

— Вы достойны доверия, — сказал он и добавил почти угрожающе: — по меньшей мере, я надеюсь на это.

Офицер немного отодвинулся, испуганный.

— В любом случае, я буду стараться, мой господин, — ответил он не вполне твердым голосом.

Тот-Апис кивнул:

— Хорошо. И если наказание за ошибку не знает границ, награда в случае успеха стоит любого риска. Наш разговор должен оставаться в тайне, по крайней мере, пока мы точно не узнаем все окончательно. Иначе легко может статься, что какой-нибудь не в меру усердный болван из королевской прислуги встанет поперек дороги. А то и все королевские холуи, которые опутывают государство, как лианы — ствол. Это делает обстоятельства намного опаснее. Поэтому, Рамвас, вы должны стать моим слугой. — Колдун поднял руку, когда его собеседник испуганно открыл рот. — Вам нечего страшиться. Не придется иметь дел с колдовством — или почти не придется. Вы должны понять, что в критическое время мне нужны люди, способные в случае необходимости справиться с любыми неожиданностями. В Луксуре никого нет, кому я мог бы довериться. Но очень легко может статься, что мне понадобится там такой человек — и особенно, если восстание в Тайе (что весьма вероятно) связано с Конаном. Вы уже часто бывали там, вы знаете город и людей, вас там уважают. Одно мое слово — и главнокомандующий отправит вас в Луксур с «особой миссией». Там вы организуете подразделение, личный состав которого получит задание тайно наблюдать за каждым подозрительным местом.

— Нн-но… Но, господин мой, — забормотал Рамвас. — Луксур находится за сотни миль отсюда вверх по реке. Даже если я понесусь, загоняя лошадей, все равно не смогу добраться до города, прежде чем пиратский корабль достигнет наших берегов. И самый быстрый почтовый голубь тут был бы бессилен…

Тот-Апис прервал его:

— Замолчите и слушайте. Вы полетите на борту священной Крылатой Ладьи. Вы, вероятно, еще не слышали о ней. Она доставит вас в Луксур за одну ночь, один день и еще одну ночь. Вас будет сопровождать гомункул, который с быстротой мысли сможет передавать ваши слова мне, а мои — вам.

Рамвас, бесстрашно охотившийся и на львов, и на людей, не сумел подавить охватившую его дрожь.

Тот-Апис заметил это и сказал успокаивающе:

— Если вы поторопитесь, то еще успеете уладить все свои дела здесь, а в Луксуре у вас будет время для приготовлений. Но сначала мы с вами должны поговорить поподробнее. И не забывайте, Рамвас: в минуту опасности отважный имеет случай отличиться, приходит к власти и имя его становится легендой. Не замечали, а, Рамвас?

Рахиба потянулась в кресле, как кошка, и еле заметно улыбнулась.

Глава третья

Слово мести

— Счастье умерло для меня, когда на горизонте показался черный парус, проговорила Бэлит.

Она стояла рядом с Конаном на верхней палубе. Золотая голова оскалившегося льва сверкала под безоблачным небом. Солнечные лучи играли в голубых и зеленых пенистых волнах. Ровный свежий бриз наполнял парус и гнал «Тигрицу» вперед, так что вода вскипала в кильватере. Как грациозный хищник неслась галера, оставив позади себя землю, но чайки все еще сопровождали судно. Смеясь и перешучиваясь на своем родном языке, матросы принимались за привычную работу.

Но душа Бэлит пребывала сейчас далеко, в страшном для нее времени. Она не обращала внимания, что ветер растрепал ей волосы. Она будто бы вглядывалась в прошлое. Когда Конан тронул Бэлит за плечо, она не прижалась к киммерийцу, как обычно.

Она монотонно продолжала рассказ:

— Мне лучше начать с самого начала, какую бы боль ни причинили мне воспоминания. Мой отец — Хоаким из Дан-Марки на Северном побережье Шема, недалеко от границ Аргоса. Дан-Марка — небольшой город, свободный и никому не выплатил дани. Наши леса поставляли древесину для множества кораблей из далеких стран. Чужестранцы приносили в таверны и лавки золото и свежие новости. В храмах царили благочестие и строгость.

Хоаким сочетался браком с Шаафи и увез ее на юг. Незадолго до того был заключен договор с Субой на Черном Побережье, чтобы наладить там торговлю. Такую возможность, молодой человек не мог упустить. Субанцы — рыбаки, земледельцы и охотники. Они торговали с племенами, обитавшими в глубине страны. Товары их весьма разнообразны: меха, драгоценные камни, золотой песок, железное дерево, редкие птицы и диковинные звери. За это они хотели получать оружие, ткани, пряности, лекарства и тому подобное. Мой отец стал торговцем.

В Субе он пользовался большим почетом, поскольку был не только силен, не только превосходно стрелял, но также отличался трезвым умом и честностью в делах. Местные жители приходили к нему со своими заботами и почти на все случаи жизни получали совет. Случалось ему и улаживать конфликты. В плохие времена — когда бушевали ураганы и наводнения, свирепствовал голод, гремели войны — он принимал командование, пусть даже неофициально. Местный вождь никогда не завидовал моему отцу, потому что был, как и все остальные, убежден, что Бангулу наделен свыше великой магией. Бангулу, Высочайшим, называли они моего отца. Туземные врачеватели ничего не имели против моей матери Шаафи, когда она выступала в роли повитухи, целительницы, утешительницы — да просто в роли ангела-спасителя, потому что все видели, какая польза от ее помощи. Она учила женщин и детей: обучала их возделывать сады, готовить овощи и фрукты, знакомила с музыкой, ткачеством, со всем, что облегчает жизнь.

Там родился Джихан, а двумя годами позднее — я. Там мы росли, водили дружбу с субанцами, бегали по лесам, плескались в реках и у морского берега, учились всему, что знали и умели аборигены. Но мы не стали дикарями. Наши родители заботились о том, чтобы мы получили хорошее воспитание, какое принято у шемитов. Они обучали нас читать по старым свиткам, а еще больше — своим примером. Немало кораблей заходило к нам в гавань, они привозили новые товары и забирали те, что мы выменяли у местных жителей. Приставали к берегу и чужеземные суда, которые желали вести меновую торговлю или просто совершали путешествия, и тогда всем было весело и интересно. Мы и в самом деле вовсе не были отрезаны от мира, и жизнь казалась нам прекрасной.

Бутон моего счастья расцвел, когда… когда я вышла замуж. Это случилось во время моей последней поездки в Дан-Марку. Джихану не было смысла спешить с выбором жены, потому что местные девушки из кожи вон лезли, чтобы сделать его жизнь раем. Но я — я была еще нетронутой, девственной и не противилась честному союзу. А родителям хотелось внуков и помощников, ведь торговый форпост становился все больше и дела шли все лучше. Таким образом, в городе они дали поручение свахе, и та скоро нашла для меня подходящего молодого человека. Никому из наших родительских пар не пришлось долго уговаривать нас. Алал и я полюбили друг друга с первого взгляда.

Мой нареченный вернулся вместе со мной. Он оказался способным помощником, и все полюбили его. Мое счастье принесло в следующем году богатые плоды — родился сын, наш маленький Кедрон.

5
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru