Пользовательский поиск

Книга Рудная черта. Содержание - Глава 48

Кол-во голосов: 0

Валил, пока вскочивший на ноги Олекса не вступил в схватку.

Глава 48

Два Шоломонара рубились как всегда – яростно и безжалостно. И от того, что ни на одном из них нет черных лат, и от того, что оба звенящих клинка – прямы, светлы и блещут серебром, ничего не менялось. Властители, не замечая ничего и никого вокруг, исступленно бились за власть и за кровь.

Проклятый проход был достаточно широк – гораздо шире тесной извилистой расщелины меж мутными озерными водами. И места для доброй драки здесь хватало не только Черным Князьям, но и их дружинам. Неживые воины Олексы одолевали умрунов Бернгарда и зажимали в кольцо самого тевтонского магистра, сражавшегося со старцем-воеводой русской Сторожи. Бернгард и его рыцари сопротивлялись, как могли.

Густой темно-коричневый, со ржавым оттенком, осиновый взвар и бесцветная серебряная водица хлестали из разрубленных тел. А посеченные мертвецы, выполняя волю своих владык, махали мечами, секирами и булавами, покуда это было возможно. По второму, по третьему, по десятому разу убивая друг друга.

Конечно, очень долго это продолжаться не могло. Но на некоторое время Всеволод все же оказался предоставленным самому себе. И воспользовался обретенной свободой.

В бой вступать не имело смысла. Сражаться с одним Черным Князем – значит помогать другому. А с двумя сразу… нет, биться с обоими противниками – с ТАКИМИ противниками не под силу даже обоерукому.

Смысл был в другом.

Остановить темных Властителей можно было иначе. И этих двух, и прочих, что придут за ними с той стороны.

Бернгард говорил, что потомок Срединного Дитя способен проходить через закрытые границы сам и проводить других без пролития крови, и без произнесения магических заклинаний – благодаря одной лишь силе желания. Но о возможности закрывать подобным образом уже открытые границы князь-магистр не упомянул. Значит, следовало закрыть порушенную рудную черту старым добрым способом. Испытанным. Проверенным. Надежным.

Кровью. Той частью Смешанной крови, в которой кроется сила Изначальных.

И – еще – словом. Древним, действенным…

Всеволод вертел головой. Ему нужен был меч. Любой. Первый попавшийся под руку. Выпавший из чьей-нибудь мертвой руки.

Ага, вот оно! В двух шагах бесформенной кучей лежит порубленный в капусту тевтон-умрун. А рядом… Пальцы Всеволода цепко сжали холодную рукоять, забрызганную жидким серебром.

Второй клинок Всеволод искать не стал. Время дорого, а для задуманного достаточно и одного.

Теперь – рывок назад. В зияющую брешь на кровавой стене. Падение-взлет. Низ и верх, меняющиеся местами…

Всеволод снова стоял по ту сторону рудной черты. По свою сторону, откуда пришел не по своей воле, откуда его впихнули в Проклятый проход. Стоял под…

Под нависающими сверху студенистыми водами Мертвого озера, под плотной зеленоватой пеленой клубящегося тумана, под темным расколом предзакатного неба.

И стоял над…

Над пульсирующим багрянцем разорванной кровавой линии.

Стоял, чтобы сомкнуть этот разрыв, похожий на разверстую пасть.

Вязкой, запекшейся уже крови из надкушенной шеи для этого недостаточно. Но – неважно. Будет другая кровь. Свежая. Текучая. Много крови. Сколько нужно.

Все готово. Кольчужный рукав – задран. Левое предплечье – обнажено. Чужой меч занесен над рукой. Бритвенно-острое лезвие в серебряной отделке легко и быстро рассекает кожу и вены от запястья до локтевого сгиба. Раз рассекает, два, три…

Боль почти не чувствуется.

Кровь струится, течет. Горячая живая кровь алым водопадиком низвергается вниз, разгоняя зеленую пелену. Смешанная кровь, в которой, помимо всего прочего, заключена и сила Изначальных. Сила, способная закрыть открытую границу.

Всеволод перекладывает меч в окровавленную руку, наспех вспарывает правое предплечье. Отбрасывает оружие. Теперь меч не нужен.

Нужно – время. Хотя бы немного.

Кровь струится, течет…

По дланям, по перстам.

Из раскинутых в стороны рук.

На рваную рудную черту.

Кровь на кровь, слова на слова…

Кровь есть. Сильная кровь. Подходящая кровь. А слова…

Всеволод произносит и их. Древнее заклинание, которого никогда не слышал своими ушами. Но которое ему открыла память Эржебетт.

– А-ун-на…

Кровь стекает, слова звучат.

– Гу-хать-яп-паш…

И с правой руки стекает, и с левой.

– Пакх-тью-эф-фос…

Зеленый туман, почуяв неладное, встревоженно клубится, завихряется, покидает этот мир, маленькими смерчиками стремительно втягивается в Проклятый проход. Багрянец рудной черты становится ярче. Окропленные красным и пробужденные к жизни края разорванной границы, отчаянно пульсируя, тянутся друг к другу. Брешь становится меньше, уже… Шум битвы, доносящийся из Проклятого прохода, – тише.

Потом – громкий вскрик с той стороны, заглушивший все прочие звуки. Крик боли? Отчаяния? Ненависти? Видимо, один Черный Князь наконец одолел другого. Что ж, победитель долго праздновать победу не станет. Сейчас увидит, на что тратится бесценная кровь и…

И?

Всеволод торопливо говорил заветные слова, стараясь четко произносить каждый звук, каждый слог неведомой магической формулы. Стараясь не думать о том, что времени больше нет. А дыра между мирами – есть. Да, сжимающаяся, да зарастающая, но – все еще есть. И в нее вполне может протиснуться человек. И нечеловек – тоже. Может…

Олекса вывалился из зияющей бреши, будто с коня сверзился на полном скаку.

Обрушился на Всеволода, оборвав заклинание на полуслове. Оттолкнул, отпихнул прочь от рудной черты.

Кровь больше не текла на взломанную преграду. И нужные слова больше не звучали. Дело было сделано, но лишь наполовину. Однако оставлять все как есть Всеволод не собирался.

Он поднялся сам – так быстро, как мог.

Поднял клинок, лежавший рядом.

Обе длани держали одну рукоять. Изрезанные руки немели, холодели… А меч, казалось, наливался свинцом, меч тянул к земле.

Смешанная кровь струилась теперь через перекрестие по серебрёному лезвию. Та самая кровь, что помогала крушить броню темного Властителя. Возможно, она поможет и в этой схватке, когда Черный Князь – без черных лат, когда Шоломонар – в облике человека. В таком знакомом облике. Только на это сейчас и была вся надежда. Ибо вместе с вытекающей кровью быстро уходили силы. Слишком быстро. И меч, которым Всеволод прежде легко управился бы и одной рукой, теперь тяжел даже для двух.

Олекса тоже уже стоял на ногах. И тоже – с клинком в руках. Спиной к сузившейся, сжавшейся, но не закрывшейся бреши. Стоял и неодобрительно качал головой:

– Глупец! Ты ведь все равно не сможешь меня одолеть. И никогда бы не смог.

– Я попытаюсь, – прохрипел Всеволод. – Ты хорошо учил меня.

– Да, я многому тебя обучил, – согласился старец-воевода.

Делая первый шаг…

– Но я никогда не обучал тебя настоящему бою с Властвующим.

Второй шаг – осторожный, мягкий, кошачий…

– Мне не нужен был столь опасный ученик.

Третий шаг. Олекса замер в боевой стойке, готовясь к последней решающей атаке.

Не обучал? Не нужен? Быть может. Очень даже может быть. Всеволоду уже доводилось мериться силой с Черными Князьями. И с Бернгардом, и с парой других Властителей. Победы он не добился ни разу.

– Тогда тебе придется просто убить меня, Олекса…

Меч в окровавленных ладонях тяжелел с каждой секундой. Влажная от теплой крови рукоять так и норовила выскользнуть из деревенеющих пальцев. Всеволод старался, очень старался, чтобы противник не заметил его слабости.

– Именно убить. Ибо испить себя там, за чертой, я не позволю. Тебе уже не овладеть иными мирами. Тебе придется иметь дело лишь с этими двумя. Хочешь ты того или нет, но ты обречен и впредь защищать людское обиталище от Властителей с той стороны. И испивать ты будешь лишь по одному человеку в месяц. И…

От молниеносного удара старца-воеводы Всеволод уклониться не успел. Подставиться под клинок Черного Князя – не сумел. Впрочем, Олекса целил и не во Всеволода вовсе – в его меч.

64
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru