Пользовательский поиск

Книга Принц снов. Страница 79

Кол-во голосов: 0

В знак уважения к гостям она скромно опустила глаза, однако юноша снова успел поймать холодный пустой взгляд, отчаянно напоминающий взгляд кобры.

Нет, это, конечно, не госпожа Сьен Ма – Льешо знал точно. Но сходство с богиней войны казалось неоспоримым. Услышав, как она назвала себя первой женой, хан твердо сжал губы, словно напоминание вызвало в его душе боль вновь открывшейся раны.

А телохранитель тем временем продолжал представление.

– Таючит, старший сын великого хана, – объявил он.

Молодой человек в это время как раз сосредоточенно отправлял в рот очередной сочный пирог – рвение его говорило о неизбывном аппетите юноши, который за ночь сумел подрасти как минимум дюйма на четыре. Знакомство он подтвердил милостивым кивком, который, впрочем, тут же потерял часть привлекательности, так как юноша тут же засунул в рот большой палец и с аппетитом облизал его. То же самое он проделал и с остальными пальцами. Решив, что этим мытье рук можно и ограничить, наследник устремил на Льешо заинтересованный взгляд живых глаз.

– Все говорят, что ты исполняешь миссию и должен убить южного волшебника.

– Да, мы идем именно на юг.

Льешо усомнился, стоит ли раскрывать планы подробнее, а потому исполнился благодарности к телохранителю, который жестом попросил не прерывать его.

– Мерген, – произнес он, тыча себя в грудь. – Любимый брат хана, опытный военачальник и самый покорный и надежный слуга.

Свободная поза, которую говоривший позволил себе в присутствии императора, впрочем, ставила последнее утверждение под сомнение.

Словно желая подтвердить слова Мергена, хан положил руку на голову брату и погладил его так, как обычно гладят преданную собаку. Льешо постарался представить, что он так же гладит Шокара, но, увы, не смог. Брат не стерпел бы подобного унижения. И все же даже эта картина могла оказаться частью продолжающегося урока, поскольку и сам хан, и его брат внимательно наблюдали за реакцией гостя. Не зная, что делать, принц опустил голову на поднятое колено и взглянул на госпожу Борту, которая обратилась к Карине:

– Что тебе известно об этих людях, претендующих на то, чтобы стать принцами облаков?

– Об этих двоих, принцах Баларе и Льюке, я знаю очень мало – лишь то, что они похитили младшего брата Льешо, а другого брата, Адара, оставили на произвол карателей.

С этими словами девушка бросила на спутников яростный взгляд, который встретил соответствующую реакцию.

– Мы вовсе не хотели причинить зла.

Балар сидел в характерной гарнской позе и теперь, попытавшись вежливо поклониться, не справился с задачей и скатился с подиума. Льюка же сидел по-фибски, скрестив ноги и засунув ступни под колени. Ему удалось поклониться, но в то же время он не преминул выразить свое возмущение. Хан склонил голову, пытаясь сдержать улыбку, – он с интересом наблюдал, как Балар пытается сохранить остатки собственного достоинства. Льешо решил, что картина точно отражает суть их проблем. Брат, обладающий достаточной силой, чтобы подчинить себе весь мир, не мог удержать равновесие, а брат, наделенный даром предвидеть будущее, оказался не в состоянии правильно оценивать собственные действия. Принц вздохнул и легким, привычным жестом скрестил руки вокруг поднятого колена. Эту позу он изучил еще во время Долгого Пути. Она сразу вызвала в душе целый рой воспоминаний и чувств, однако тело отнеслось к ним совершенно спокойно.

Впрочем, даже такая мелочь, как поза, тут же привлекла внимание наблюдательной Карины.

– А вот что касается самого принца Льешо, то мне довелось лечить полученные им раны, а потом вместе с ним пройти весь путь от столицы до границ империи Шан. И все же я не осмелюсь сказать, что хорошо знаю этого человека. Ясно лишь одно: Бикси говорит правду – злобный волшебник объявил ему кровавую войну, и каждый, кто оказывается на пути, по меньшей мере умирает.

Льешо понял, что означало это «по меньшей мере». Карина имела в виду судьбу императора Шу. Однако Долгий Путь показал ему, что целительница ошибается.

– Живых можно вылечить, а вот мертвым придется начинать жизнь с самого начала, – заметил он.

Опустив глаза, Карина показала, что согласна с упреком.

– Но действительно ли этот юноша – принц снов?

Хан отодвинул от себя остатки трапезы и наклонился, пытаясь как можно лучше рассмотреть гостя. Одновременно он поднял руку, приглашая девушку продолжать.

Льешо отдавал себе отчет в том, что хан вряд ли собирается после завтрака прикончить одного из своих гостей. Но логика не отразилась в мгновенной реакции на воздетую над его головой руку. Юноша автоматически как можно ниже склонился, тем самым приняв характерную гарнскую позу повиновения и одновременно пытаясь удержать равновесие. Все присутствующие в шатре моментально заметили движение. Ближние затаили дыхание, и напряжение нашло выход в изменившихся позах охранников, которые, впрочем, тут же взяли себя в руки.

Реакция воинов показала, что они осознают присутствие врага, и вопрос заключается лишь в том, когда и как его предстоит уничтожить.

– Твое спокойствие впечатляет, принц Льешо, – заметил хан.

Юноша поднял голову, удивленный мягкостью тона, и посмотрел властителю прямо в глаза. Ах, лучше бы он этого не делал! Его встретили то же тепло и участие, которые сквозили в глазах отца, когда мальчик болел или ему доводилось пораниться во время занятий с оружием. Казалось, отец готов был забрать себе всю боль сына, лишь бы не видеть страданий ребенка. Но ведь гарнский хан – не отец, а отец давно погиб от рук гарнов, так что в сочувствии этого человека он, Льешо, вовсе не нуждается. И тем более не хочет, чтобы кто-нибудь увидел те слезы, которые вот-вот потекут из его глаз.

Проницательный Чимбай-хан понял чувства гостя и тут же отвел взгляд, снова став холодным и далеким, как горы. Ответа на свой вопрос он так и не получил.

– Ну а этот? – продолжил он, меряя Шокара взглядом с головы до ног.

– Этот человек мне нравится, – уверенно ответила Карина, встряхнув волосами и застенчиво улыбнувшись. Улыбка моментально ослабила вызванное недовольством хана напряжение. – Он старший из семи принцев Фибии.

– Но не правитель страны?

– Я не обладаю никаким даром, ваша светлость.

Шокар, который сидел вполоборота, опустив ноги вниз, как будто подиум – это стул, умудрился повернуться еще больше и даже в такой позе сумел изобразить поклон. Он не заметил едва заметного движения в том углу, где сидели целительница Карина, мастер Ден, шаман Болгай и музыкант Собачьи Уши вместе со своими флейтами. Такие разные, эти люди сидели вместе, поскольку между ними было немало общего. Ни национальность, ни пол, ни обычаи и манеры не могли разделить двух занимающихся исцелением и гаданием знахарей; точно так же не приходилось сомневаться, что хотя рост и цвет кожи во многом диктовали противоположность мастера Дена и карлика, общность между ними не ограничивалась л ишь повозкой, на которой они путешествовали. Кто такой мастер Ден, Льешо хорошо знал; а теперь его начинало все больше и больше интересовать, кем же на самом деле может оказаться музыкант со странным и обидным именем Собачьи Уши.

– Этот человек скромничает, – возразил Болгай, сморщившись точно так, как делает нюхающий воздух горностай. – У него немало даров, и один из них – верность. Он прекрасно служит своему господину.

Услышав подобную характеристику, Льешо вздрогнул:

– Принц Шокар никому не доводится слугой, а уж меньше всех – мне.

Брат хана Мерген взглядом попросил разрешение говорить и тут же получил это разрешение – тоже взглядом.

– Брат правителя должен быть самым верным его слугой. С кого же еще, как не с него, брать пример всем другим?

С этими словами верный брат хана бросил презрительный взгляд на Льюку – брата Льешо, который явно позволял себе слишком многое.

Путь укажут монахи, мудрецы и колдуны, хотел возразить Льешо, вспоминая Кунгол и Храм Луны. Но, посмотрев на скрючившегося в углу Болгая, у которого изо рта капал мясной сок, передумал. И все же мысль о том, что братья должны ему служить, тревожила, и одна из причин состояла в том, что он хотел не опекать, а сам чувствовать опеку и заботу.

79
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru