Пользовательский поиск

Книга Принц снов. Страница 69

Кол-во голосов: 0

Каду была ненамного старше принца и тем не менее выступала в качестве наставницы и капитана его собственного отряда. Несколько раз она спасала Льешо жизнь и много раз заставляла нервничать; короче говоря, со времени ухода с Жемчужного острова девушка прочно вошла в жизнь принца. Он не хотел изменений, но понимал, что воительница служит госпоже Сьен Ма, которая распоряжается ею, используя в качестве посредника отца. А сейчас вот появились и еще одни оковы – на сей раз на сердце.

К счастью, Динха из Акенбада вручила эти оковы не кому-нибудь, а ему, Льешо, ну а он уж постарается с ними справиться.

Поймав взгляд Харлола, принц сделал решительное движение головой:

– Не смей из-за нее умирать!

Слова прозвучали как приказ.

Каду взглянула так, будто товарищ лишился рассудка.

– Ты слушаешь, что я рассказываю? – спросила она. – Или сам болтаешь какую-то ерунду?

Льешо виновато потупился. Да, он действительно не слышал ни единого ее слова. Но Харлол смотрел внимательно, он понял предсказание Динхи. Пустынники принадлежали Льешо, и принц имел право рисковать их жизнью; больше того, толкователи снов считали, что они непременно погибнут.

– Невозможно изменить судьбу, – ответил Харлол.

– Возможно! – Ради убедительности Льешо стукнул по луке седла. – Это испытание и послано мне для того, чтобы я изменил судьбу.

– Может быть, ты и прав, – заметила Каду. – Но сейчас тебя ждет мастер Ден. Он в грузовой повозке.

Льешо рассеянно кивнул.

– Никто не должен погибнуть, – взглянув на Харлола, подчеркнуто повторил он и вывел лошадь из ряда.

Никто из товарищей не последовал его примеру.

Однако Есугей тоже вывел коня, при этом знаком приказав остальным оставаться на местах. Двое всадников в ожидании остановились чуть в стороне от колонны. Ждать пришлось совсем не долго. Карина, не прерывая беседы с Баларом, на ходу улыбнулась Льешо, однако сам Балар проехал мимо, как будто и не заметив его. Льюка, напротив, пристально уставился на гарна Есугея и даже повернулся в седле, что выглядело совсем уж некрасиво.

– Вот это неприятный тип, – кивнул вождь в сторону Льюки.

Льешо пришлось согласиться:

– Да, гарнам он может показаться неприятным. На самом деле этот человек просто глубоко переживает потерю родной страны и семьи.

– Предупреди его, что вас мало, а армия северного хана велика. Тем более что ни его правителю, ни мертвым родственникам ничем не поможет война с улусом, который не сделал ничего плохого.

Как раз в это время мимо проходил Шокар во главе крошечного отряда фибских воинов, и Льешо воспринял слова гарна особенно остро. Да, пока действительно ничего не произошло, но кто знает, насколько силен улус Есугея и чем ответит хан даже на столь слабую угрозу, как этот отряд.

Хозяин тут же пояснил свою позицию.

– Ни одна армия не имеет права перейти границу улуса Чимбай-хана, – заметил он. – Однако почетного гостя может сопровождать соответствующая его титулу свита.

– И сколько же соответствует титулу правителя?

Хитро улыбнувшись, вождь назвал цифру, равную численности отряда Льешо:

– Пятидесяти будет достаточно.

– А если бы мне вздумалось явиться к хану с тысячей?

– Ну что же, правителю к лицу такой размах. Но всех остальных попросили бы подождать на другой стороне границы.

Льешо мог судить о могуществе хана по той численности войск, которую он считал угрозой своей безопасности, однако толку от этих цифр не было никакого. У принца давно не было армии в тысячу человек, с тех самых пор, как на границе с провинцией Шан он столкнулся с силами мастера Марко. А ведь эта битва принадлежала не столько ему самому, сколько императору Шу. Что бы он делал без поддержки империи? Ничего, особенно принимая во внимание те войска, которые мог выставить мастер Марко. Оставалось лишь надеяться, что силы каким-то неведомым способом окрепнут. Если это не так, то зачем боги волочили его почти на край света? И зачем понадобилось бы уничтожать прорицателей Акенбада, если бы они не предсказывали убедительную победу принца?

Льешо отвернулся, чтобы вождь не заметил захлестнувшего душу отчаяния, и в некотором отдалении заметил мирно пасущиеся в неярких лучах заходящего солнца стада овец и лошадей. Их охраняли вооруженные всадники – они словно статуи возвышались на своих сильных скакунах. Пастухи же ловко пробирались между животными, собирая отставших с такой же ловкостью, с какой это делали каратели, во время Долгого Пути гнавшие своих пленников на невольничий рынок.

Трава в этих местах была короткой – такое маленькое стадо не могло ее съесть. Невольно вставал вопрос – какая же армия ожидала прихода неизвестного отряда, если лошади успели почти до основания оголить землю в округе на целый ли? Льешо с такой силой сжал поводья, что побелели пальцы. Нервы напряглись до предела. Гарнский вождь, разумеется, заметил внезапный накал эмоций спутника, но предпочел его не комментировать.

Принц же не стал объяснять, что боится вовсе не того, что происходит сейчас; просто неожиданно, порою в самый неподходящий момент, приходят воспоминания – они-то и вызывают страх.

Вскоре показалась грузовая повозка вместе с привязанным к ней верблюдом карлика-музыканта. Поклажу охраняли два ташека, наемник и фибский воин. Знакомыми среди них были лишь Цепор и Данел. В дальнем конце открытой повозки, в своем обычном наряде, служившим верой и правдой и в прачечной, и на марше, восседал мастер Ден. Спиной он удобно уперся в гору красных тюков, а ноги спустил вниз, причем носки едва не волочились по земле. Явно не представляя всю живописность картины, рядом с великаном примостился Собачьи Уши. Он сидел на мешке с чистыми тряпками для перевязки, спиной к высокому борту повозки. Музыкант играл на флейте известный своим неприличным текстом походный марш, что вовсе не мешало мирно спать устроившемуся на его коленях Маленькому Братцу. Судя по веселым лицам и усмешкам, охранявшие повозку воины прекрасно знали слова марша.

– Мастер Ден.

Льешо выровнял лошадь рядом с учителем. Отпустив поводья и расслабив ноги, юноша, сам того не замечая, скопировал позу лукавого бога.

– Мастер корыта, насколько я понимаю. – Есугей характерным жестом гарнов повел плечом в сторону тюков. – Не знал, что в Фибии прачка ставит себя выше принца.

Тон этого замечания предполагал, что подобное распределение рангов объясняет, каким образом на фибском троне оказался бандит из Гарнии.

Оскорбление возмутило Льешо, и он уже приготовился ответить колкостью на колкость, однако мастер Ден похлопал его по ноге, словно успокаивая разыгравшуюся лошадь. Удивительно, но столь простой прием подействовал. Принц почувствовал, что злоба отходит. Многое изменилось в мире, но мастер Ден продолжал оставаться тем солнцем, по которому Льешо планировал свои времена года. Во всяком случае, до того момента, пока учителю не приходило в голову выдернуть из-под ученика седельную попону. Чи-Чу, лукавый бог, вполне мог это сделать – такова была его натура. Точно так же, как натура гарнского вождя побуждала его выискивать слабые места потенциального противника.

– Даже принц может многому научиться у толковой прачки, – заметил мастер Ден.

– Ну да, например, стирать рубашки. Для принца-воина это самое необходимое умение, – съехидничал Есугей, однако в глазах его читался вопрос.

Он сидел на очень высокой лошади и должен был бы оказаться выше мастера Дена. Голова Льешо маячила на уровне колена вождя, и в то же время сидящий на повозке мастер Ден смотрел ему прямо в глаза своим лукавым, полным секретов взглядом.

– И это тоже, – ответил мастер Ден. – Когда враги продали принца в рабство, ему пришлось испытать кое-что пострашнее, чем стирка рубашек.

Например, опробовать на себе приготовленные жестоким магом яды, подумал Льешо. Он промолчал, потому что неожиданно застыдился времени, которое провел в прачечной мастера Дена, закованный в цепи.

Но лукавый бог с хитрой улыбкой продолжал:

69
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru