Пользовательский поиск

Книга Превращение. Содержание - Глава 26

Кол-во голосов: 0

Глава 26

Наконец-то я нашел правду. «Открытие», о котором знал половину своей жизни. Александр порадовался бы тому, как легко он сумел угадать истинное положение дел, которое я старался переосмыслить, истолковать иначе, перелицевать в памяти. Правду о предательстве друга и… Исанны. Она была там с ним. Она видела. Она ничего не сделала.

Я сел на край утеса, свесив ноги в долину.

Как же мне теперь поступить? Я привел Александра к эззарийцам, надеясь найти у них так необходимую нам помощь. Прав ли я, веря, что предательство ведет к настоящей испорченности, которая поразила эззарийцев, чего мы всегда боялись?

— Ты уже готов к испытанию физических сил?

К счастью, я крепко держался за выступ скалы, поэтому не свалился вниз от неожиданности:

— Катрин! Как ты меня нашла?

— Принц сказал…

— Принц?

— Невья разбудила его и заставила поесть, часа два назад. Он очень слаб. Он сказал, что ты пошел прогуляться после волнующей беседы со старым другом. — Она склонила голову набок, ветер растрепал ее длинные темные волосы, оставив на голове подобие короны. — Ты всегда забирался куда-нибудь вверх, когда переживал что-то.

Я покачал головой и засмеялся, глядя на сияющую под полуденным солнцем долину:

— Ты что, в детстве занималась только тем, что шпионила за мной?

Катрин посмотрела вниз, потом села рядом со мной, держась подальше от края:

— Нет, я успевала сделать кое-что еще. Не думаю, что ты когда-нибудь замечал мое присутствие. Насколько я помню, ты никогда не отказывался ни от миндальных пирогов, ни от слов утешения. Всегда был таким гордым и неприступным в своем одиночестве, но ни разу не отказался выслушать слова восхищения. Ты даже не перебивал меня, если я ничего не путаю.

— Я всегда надеялся, что это твой дед послал тебя сказать мне, что он был не прав. Что я не самый невежественный из всех его учеников, которые у него когда-либо были. Кроме того… я рассчитывал, что ты унаследовала его дотошный взгляд, и увидишь то, чего он не пожелал разглядеть. — Я улыбнулся ей. — А как сегодня? Сейчас мне нужны и слова ободрения, и мудрый совет.

— Ты обдумал его предложение?

— Конечно, я поразмыслил над ним. Хотел бы я верить, что во мне еще есть мелидда или, например, пять дней тренировок могут вернуть ее.

— Тебе понадобится несколько недель. Необходимо поработать…

Не было нужды выслушивать доводы Галадона еще раз. Она не понимает.

— Ты знаешь, что они делают во время этих Обрядов Балтара, Катрин?

— Сейонн…

— Они начинают с того, что запихивают тебя в каменный ящик, гроб, в котором воздуха едва хватает, чтобы дышать. Потом они помещают тебя под землю. Ты лежишь там в собственных нечистотах, полный ужаса, не способный пошевелиться. И думаешь, что они не оставят тебя здесь надолго. Ведь им нужен раб. Они просто хотят напугать тебя. Но проходит час… день… тебя начинает мучить жажда, ты ощущаешь, как на тебя давят стены. Ты используешь свою силу, чтобы отогнать страх, делаешь свет, пытаешься заставить тело не замечать жажды, не ломать пальцы, стараясь выбрать на свободу. Через некоторое время ты больше не можешь терпеть. Пока ты лежишь там, в темноте, подступает безумие, они начинают мучить тебя видениями…

Она зажала мой рот рукой, утихомиривая мою ярость, вызванную воспоминанием. Моя нареченная невеста и мой лучший друг загнали меня в этот гроб. Я знал это, я использовал малейшие капельки мелидды, чтобы отогнать воспоминание, перед которым погребение заживо было ничем. Три дня я молил богов о смерти, но этого не допустили мои мучители. Умерли только мое сердце и моя сила.

— Мы знаем, что они делают, — сказала Катрин. — Они считают, и ты тоже считаешь, что так они истощают твою мелидду, пока она совсем не исчезает. Они заставляют тебя использовать ее, и они сами используют боль и страх, чтобы не дать тебе прикоснуться к ней, пока она совсем не испарится. Но дедушка считает, что они разрушают не твою мелидду, а веру, которая привязывает твои чувства к силе. Сила остается. Твой разум и тело тоже остаются. Тебе надо просто заново связать их. Лучший способ — идти теми путями, которыми ты уже шел однажды, когда ты открыл себя для веры, был готов на все, чтобы доказать, что ты сможешь противостоять демонам.

Я покачал головой. Она верила в то, что говорила, но что могла знать эта девочка о настоящем отчаянии? Я не хотел разочаровать ее. Так же как я никогда не отказывался от сластей, которые она приносила мне в детстве, но у меня не было выбора.

— Больше нет веры. Я не знаю, где я могу найти ее.

— Ты можешь начать с занятий с дедушкой. Он всегда верил в тебя.

— Но он не сказал мне правды. — Галадон знал, что сделали Рис и Исанна. Он знал, что они откажутся помочь Александру. Вот почему он так настаивал на своем плане. Но он ничего не сказал мне о них. Она помедлила, прежде чем ответить.

— Вера в тебя не обязывает его рассказывать все, что он знает. Никогда не обязывала. Он поступает так, как, по его мнению, будет лучше.

— От этого еще сложнее, особенно когда все идет не так, как хочется.

— Тебе, наверное, странно это слышать, но мы решили, что ты все же нашел во что верить, пока был в Дерзи. Когда-нибудь, в самый отчаянный момент, ты сам поймешь это. Но не теперь.

— Похоже, ты не сомневаешься, что я соглашусь.

— Если ты хочешь, чтобы дерзиец превратился в Воина с Двумя Душами, тебе лучше начать как можно скорее.

— Так твой дедушка поверил мне?

— Нет. Но он считается с тобой, к тому же очень обеспокоен. Времени почти не осталось. Королева объявит свое решение, как только принц придет в себя. Она отправит его обратно.

— Как я могу снова стать кем-то, когда моей мелидды не хватает, чтобы создать для себя свет? — произнес я, все еще смущенный тенями прошлого. — Тренировать меня — только зря тратить время. Лучше сразу с этим покончить, шагнуть с утеса и посмотреть, сколько продержит меня в воздухе моя вера.

Румянец схлынул с ее лица, черные глаза, расширенные от испуга, смотрели вниз, в долину.

— Вердон, помоги! Ты не должен…

— Нет, нет. Я не имел в виду ничего такого. Я бы никогда… Прости меня. — И о чем я только думаю? Она чистая, искренняя, невинная девочка… а не циник раб, все шутки которого носят погребальный характер. Я взял ее озябшие руки в свои.

93
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru