Пользовательский поиск

Книга Пожиратель тени. Содержание - 5. ПРИЗРАК

Кол-во голосов: 0

Задолго до того, как среди каменистых круч показалась огромная преграда, стал слышен налетающий из пропасти ветер, шумящий как прибой. Бройдо вынул амулеты из мешка и обернул себя их Чармом. Навеянное ими спокойствие загасило его страх при взгляде на неровные утесы, громоздившиеся вдоль стены Края Мира, насколько хватало глаз.

Спуск оказался проще, чем они опасались. Тропа паломников взбегала на крутые скалы, а в самых опасных местах путешественники к святыням вырубили ступени. Вскоре путники вошли в облака, и ничего не стало видно. Здесь Бройдо пошел впереди, находя путь в густом тумане с помощью крысиных звезд.

Спустившись ниже облаков, эльф с кобольдом оказались на скалистом серпантине, уставленном религиозными надписями и вращающимися молитвенными колесами. Несколько богомольцев в тщательно подобранных блестящих одеждах приносили своим богам жертвы сожжения. Рик заметил у них в глазах страх при виде его раны и прикрыл стрелу покрывалом из мха, которое использовал на болотах вместо одеяла. После этого паломники перестали замечать эльфа и кобольда, идущих мимо развевающихся флагов над алтарями в выветренных скалах.

Внизу раскинулся Хелгейт — мозаика серных выходов, красных и зеленых окислов, черных завихрений сажи. На горизонте сгрудились вулканические горы, и шлаковые башни их полыхали синим, почти невидимым пламенем.

— Благодарение богам, что нам не туда, не в эту пылающую землю, — с облегчением произнес Бройдо. — Там живут великаны, и хорошо, что нам так далеко не надо. — Он показал на щебеночную тропу, ведущую в город, состоящий из приземистых обгорелых домов. Это была цель путешественников во имя веры — входная дверь Светлого Берега. Отсюда паломники начинали путь к Краю Мира, чтобы поклониться своим богам на диких склонах наверху, в прямом сиянии Извечной Звезды.

В доталисманические времена паломничество было более распространено, и сейчас поселок из обугленных храмов и ветхих домов приходил в упадок. По широким улицам бродили нищие, и немногие пилигримы в своих одеждах с блестками казались кричаще неуместными среди грязных и оборванных попрошаек.

Небесная гавань тоже знавала лучшие времена. Многие из стеклянных окон пассажирской станции были заколочены досками, а внутри воняло затхлым дымом жертвоприношений, тлевших в многочисленных нишах. Бройдо, разинув рот, оглядывался на статуи богов всех религий — боги-звери, боги-смертные, абстрактные символы, а Рик тем временем выменял амулеты на билеты до Ирта.

В отличие от билетного агента большинство скопившихся на станции пассажиров не были людьми. Кучка суровых огров с окрашенными чернотой крохотными лицами возвращалась в Чарн-Бамбар после вахты в шахтах Хелгейта. А большинство собравшихся на Ирт паломников были носителями звериных меток, людьми с лисьим мехом — и никто вообще не замечал кобольда и эльфа.

Эфирный корабль выглядел странно, как исполинская платиновая жаба, припавшая на потрескавшийся бетон посадочного поля. Серый корпус покрывали вмятины и пятна с потеками клея на местах столкновений в полете со звездным мусором. Стеклянные гондолы были поцарапаны и непрозрачны, у морды сфинкса, выдавленной на носу, был обломан нос и выщерблены крылья. Но экипаж держался дружелюбно и не возражал против того, чтобы Бройдо пронес на борт меч змея при условии, что он будет надежно храниться в ящике его кресла.

Рик Старый вжался тощим телом между глубокими алыми подушками сиденья, насколько позволяла торчавшая стрела. Когда кончилась тряска набора высоты, и пятнистая поверхность Хелгейта стала лишь уродливой язвой в черноте космоса, кобольд позволил себе глубоко и облегченно вздохнуть.

— Мы спаслись от гномов.

Бройдо не ответил. Его заворожил вид, открывшийся сквозь прозрачные стенки гондолы. В клубах планетной пыли пульсировали звезды, кометы развевали длинные шарфы холодного огня. Эльф никогда не видел небесной панорамы и почти весь многодневный полет просидел у иллюминатора, глядя на проплывающие мимо планетоиды и солнца, пылающие всеми Цветами радуги в фейерверках горящего газа.

К концу полета, когда в паутине звезд постепенно стал расти голубой шар Ирта, Рик Старый вдруг стиснул плечо Бройдо и резко оттащил его от иллюминатора.

— Эй! — возмутился Бройдо, но крик тут же застрял у него в горле, когда он увидел, куда показывает кобольд.

У огров, глушивших мед в нише зала, не было теней. Они еще не заметили этого и продолжали весело праздновать.

— Он на борту! — догадался Бройдо, и сердце ударилось о ребра, будто желая выскочить.

— Надо предупредить экипаж, — объявил Рик и поспешил из салона к выходу.

— Но как? — недоумевал бегущий за ним Бройдо. — Как мог Азофель попасть на борт?

— Он — создание света, — ответил кобольд. — Что ему не под силу — если он достаточно окрепнет?

Передняя часть корабля пустовала. Каюты с распахнутыми дверями были свободны. Бройдо ахнул и задохнулся, увидев зеленую одежду, разбросанную по коридору — форму корабельных стюардов.

Рик бросился к трапу, ведущему на мостик, и люк распахнулся. Приборные доски под полукруглым панорамным окном светились огоньками. Казалось, что в кокпите кто-то есть, но впечатление было обманчиво — в креслах пилота и штурмана были только осевшие пустые мундиры.

— Корабль никто не ведет! — в панике завопил Бройдо. За открытым люком что-то пошевелилось, и Рик с Бройдо с опаской вошли, ожидая худшего.

— Я веду корабль, — произнес густой глубокий голос. Худшее подтвердилось — это был Азофель в кителе пилота и сапогах с квадратными носами, а угловатое лицо светилось как фонарь.

Рик Старый загородился от света ладонью.

— Азофель, что ты сделал?

— Я взял свет у всех, кто был на борту, кроме вас двоих. — Темные глаза удлинились — они горели ликованием. — Я взял себе свет этого сна. Мне еще не хватает сил выйти из сна, поэтому я остался пока в этой форме.

— А почему ты нас не съел? — простонал Бройдо.

— Рик Старый нужен мне, чтобы найти создание тени, — ответил Азофель. — А тебя я пощадил, потому что ты — его друг. Видишь, я не жесток, хотя ты меня таким считаешь.

— Жесток? — пискнул Бройдо из-за спины Рика, щурясь от невыносимого света Лучезарного. — Мы не говорили, что ты жесток, хотя с виду это определенно так.

— Я должен брать свет этого сна, чтобы восстановить силу, — просто сказал Азофель, отворачиваясь к широкому иллюминатору. — Вся моя сила понадобится мне, когда мы встретимся с тем, что ждет нас там — на Ирте.

Ни эльф, ни кобольд не шевельнулись. От Лучезарного шел запах утра, уменьшающего отчаяние и страх до беспомощного смирения, и они просто стояли и смотрели, как Азофель берет на себя управление и ведет корабль навстречу их общей судьбе.

5. ПРИЗРАК

Риис спал в гамаке, и блики дневного света играли на умиротворенном лице. Вдруг затрепетали цветы на шпалерах под налетевшим ветерком, и по длинному коридору до Рииса гулко донеслось его имя. Свет полудня окружил изящный силуэт, выступивший из тени деревьев во внутренний дворик.

Фигура остановилась, не отводя от Рииса пристального взгляда темных глаз, и вдоль тела ниспадали и развевались собольи пряди волос прозрачно-воздушного цвета.

Со стоном выругавшись, Риис заставил себя проснуться, прервать сон, чтобы избавиться от видения. Он выкатился из гамака и вскочил, одетый в сморщенные со сна коричневые штаны и белую рубаху без ворота.

Он не сразу заметил на краю двора Лару с откинутым капюшоном и чистым лицом. Сквозь прозрачные резкие очертания ее силуэта просвечивали кусты.

Наконец разглядев Лару, Риис неуверенно шагнул навстречу, раз, другой — и остановился. От изумления у него пропал голос, он подумал, действительно ли она явилась ему или это какая-то иллюзия, созданная в усталом мозгу остатками волшебства.

Фантом приблизился, и на лице его блестели слезы радости.

— Обнимаю тебя душой, молодой хозяин, потому что не могу обнять руками.

26
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru