Пользовательский поиск

Книга По закону перелетных птиц. Содержание - ГЛАВА 3

Кол-во голосов: 0

– Да, можно, – и повернулся к ничего не понимающему цыгану: – Скажите, у вас нет какой-нибудь ее вещи? Желательно с собой.

Тот торопливо охлопал себя по карманам и бессильно развел руками:

– Нет, ничего… Разве что перстень. Но она мне его просто подарила.

– Покажите.

Инцар ловко скрутил с пальца перстень-печатку и подал Григу. Неширокое золотое кольцо образовывали две переплетающиеся ветви, распускаясь выгравированным на печатке клубком шипов.

Да, она его, конечно, не носила. Не согревала теплом пальцев, не шептала просьбы, словно отгоняющему все беды амулету… Но с другой стороны – ведь выбирала, покупала, дарила…

– Годится, – кивнул графу Григ, решительно надевая перстень на безымянный палец. Великовато, но ничего, не спадет. – Кого выставим на острие?

– Тебя, – помедлив, решил тот. – Я ее вообще не знаю.

Чертить на песке гораздо проще, чем корябать кинжалом по земле, так что впитывающая в себя силу схема была построена в рекордные сроки. Круг – защитное поле телепортации, вписанный в него треугольник – символ трех участников обряда: телепортирующегося Грига, отдающего для этого силу графа и искомой цели – Рансаны.

Цыган следил за манипуляциями магов со стороны, отойдя на пару шагов и не вмешиваясь. Григ осторожно ступил ровно в центр треугольника, помолчал, сосредоточиваясь, и медленно кивнул, закрывая глаза. Перед глазами ярко и пластично встал образ по-кошачьи грациозной и непредсказуемой цыганки с яркой нитью красных бус на шее.

– Laviss edzar menberg… – напевно завел маг.

Когда ты телепортируешься сам, то сила уходит из ауры и накапливается в треугольнике постепенно, словно прибывающая в озеро вода… Когда тебя телепортиру-ет кто-то другой, то о плавности и неизбежности говорить не приходится: есть только пустота, голос…

И сорванная оглушающим потоком силы плотина…

ГЛАВА 3

Темнота. Тяжелая, мутная, живая, обволакивающая сетью беспомощности со всех сторон… Не видно ничего, даже поднесенной к глазам ладони.

На мучительно долгие несколько мгновений Григу показалось, что он вообще уже на другом свете, а потом впившийся в шею комар вернул его к действительности и заставил с руганью буркнуть заклинание ночного зрения.

Только теперь стало ясно, что дисцитий стоит… на берегу все той же реки.

Вот только костер остался где-то безумно далеко – даже мельчайшей искры не горело ни с одной стороны от Грига. Река холодно овевала незваного гостя размеренным дыханием волн.

Рансана, неподвижная, словно окаменелая, сидела на огромном («И наверняка ледяном!» – ужаснулся Григ) покатом валуне возле самой воды. Ветер небрежно трепал распущенные по плечам волосы. Шаль валялась рядом на песке, но цыганка словно и не замечала пробирающего до самых костей холода. Она неотрывным невидящим взглядом смотрела на мирно и равнодушно вздымающиеся волны, сыто облизывающие выровненный ими за годы берег. Во всей фигуре девушки отрисовалась такая неизбывная обреченность, что пробрало даже равнодушного к женскому нытью Грига. Захотелось смущенно кашлянуть и удалиться.

– Ну и в честь чего мы зарабатываем себе воспаление легких? – нарочито небрежно поинтересовался он, подходя и набрасывая ей на плечи свою нагретую теплом тела куртку.

Рансана испуганно вздрогнула, поднимая на него глаза.

– Вы? Откуда вы здесь?

– Материализовался силой мысли, – полушутя-полусерьезно признался Григ.

– Зачем?

– Спасать тебя от радикулита.

На лице цыганки отразилась искренняя обида, и Григ поспешил объяснить:

– Тебя отец ищет.

– Я же его предупредила…

– Ага. Три часа назад. – (Девушка удивленно вскинула брови, а потом виновато потупилась.) Дисцитий тяжело вздохнул, предлагая ей руку. – Пойдем, красавица, страдать можно и дома, причем с куда большим комфортом! С чашкой чая в руках и у теплой печки, например… А еще лучше вообще не страдать. Было бы из-за чего.

– Значит, было из-за чего, – тихо, но твердо ответила Рансана, сползая с камня и поднимая шаль.

– Ну-ну… Из-за какого-то хорька недобитого.

– Откуда вы знаете?!.

– Нет, что ты! – рассмеялся Григ. – Я, разумеется, ничего не знаю. Я вообще просящийся в могилу старичок, который ничего не видит и не слышит! Особенно того, что происходит у него под носом.

Девушка отвернулась, пряча глаза, подернутые дымкой слез.

– Глупость, – продолжал увещевать ее Григ. – Мало ли кто что по злобе брякнул – так что же, всех слушать, что ли?

– Но ведь он прав! – расстроенно крикнула Рансана, вырывая руку. – Кто станет выбирать в жены цыганку?! Кому я такая нужна?

Григ оглядел девушку с искренним сочувствием и укоризненно покачал головой:

– Смешная.

– Почему?

– Потому, что выбирать должна ты. А не тебя.

– Ага, куда уж там…

Рансана так и не поняла, почему Григ вдруг перестал спорить и резко оттолкнул ее подальше от воды, а сам подскочил почти к самому берегу.

Впрочем, поначалу этого и сам Григ не понял: интуиция мага – странная штука, заставляющая его порой вести себя крайне странным образом и не дающая никаких объяснений. Только результат – еще одна несостоявшаяся смерть.

Вода вздыбилась горбом и рухнула на берег, вылепляясь в огромную паукообразную тварь с огромными острыми жвалами. Медленно, зловеще хрустя сочленениями ног, тварь поднялась и угрожающе заскрежетала зубами.

А может, и не зубами: присматриваться Григ не стал, а идентификации по классическим канонам нежитеведения она не поддавалась. Согласно магическим учебникам, подобного чудища в пределах Семи Королевств не существовало. Только кто бы намекнул об этом самому чудищу, а?

Дисцитий торопливо материализовал в руке меч и осторожно, по дуге стал обходить членистоногую заразу. Не нанести удар со спины, так хоть заставить ее развернуться и оставить без внимания пораженно застывшую на берегу соляной статуей Рансану.

Хотя девушку можно было понять: если уж его, мага с почти высшим образованием, так пробрало, то что говорить о какой-то селянке?..

Странное подобие гигантского паука с непропорционально большой головой, закупоренное в слой хитинового покрова, медленно поворачивалось из стороны в сторону, не зная, откуда ждать нападения. Маленькие глазки на ростках-стебельках слепо вращались, мало что различая в кромешной тьме.

Григ, продолжая медленно менять диспозицию, мысленно выругался. Черт бы побрал этого Линемера! Иметь под боком такую сволочь и заставить мага весь день потратить на какие-то дурацкие зеркала! Теперь вот разбирайся с ней на общественных началах…

Тварь тем временем заподозрила неладное и неожиданно резко для такой махины развернулась мордой к Григу. Заметила отблеск серебра в свете не вовремя выглянувшей луны, злобно зашипела и кинулась в атаку.

Оказывается, вскидываться на четыре задние лапы, используя передние в качестве оружия, она умела просто превосходно! Григ, опасно проскочив под взрывающими воздух ногами, вслепую полоснул наотмашь по брюху и, кажется, попал. Во всяком случае, тварь обиженно взревела и опустилась на землю, злобно шевеля жвалами.

Григ мрачно усмехнулся, поудобнее перехватывая меч. Надо было не вскользь бить, а загонять сразу поглубже – глядишь, чего бы и выгорело. А так только разозлил. Причем что-то подсказывало дисцитию, что второй раз ему вряд ли удастся так легко подобраться к уязвимым точкам твари.

Огненный сгусток молниеносно прочертил сияющую полосу в темноте, бесславно срикошетил о хитиновый покров и с унылым шипением рассыпался хвостатыми искрами.

«Браво. Магия эту заразу не берет», – мысленно поздравил себя Григ, увеличивая дистанцию на несколько шагов.

Положение становилось если и не безвыходным, то не внушающим лишних надежд. В темноте, имея один только меч, да еще и перепуганную до смерти цыганку за спиной… люди наглеют. Окончательно и бесповоротно.

Иначе чем объяснить этот безумный героизм, с которым дисцитий, плюнув на все и вся, поднырнул под передние лапы гадины и вогнал меч под горло по самую рукоять?

50
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru