Пользовательский поиск

Книга Небесные врата. Содержание - ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Кол-во голосов: 0

– Оставь это мне, принц Таючит. Я твой хан.

Представители кланов услышали только добродушное предупреждение юному родственнику по поводу того, что ему следует с большим почтением относиться к новому статусу дяди. Для Льешо слова Мергена прозвучали как обещание.

Тай смутился: на его лице отражались и надежда, и горе. Он ждал, на кого опустится топор.

От госпожи Чауджин никто и не ждал ничего, кроме оскорбления.

– В восточных кланах брат предложил бы вдове место у своего очага и отцовскую любовь ребенку покойного. Я не жду утешения от человека, который готов жениться на анда, но прошу дать мне шатер и служанку до окончания срока. Когда появится на свет истинный наследник моего покойного супруга, я надеюсь, мне позволят выбрать мужа среди мужчин клана!

Мерген-хан помрачнел. Госпожа Чауджин проявила явное неуважение. Гарн, особенно высокопоставленный, заключал множество разных союзов, но союз анд – самый прочный. Кровные братья на всю жизнь, скрепленные дарами и влечением сердца. Анда – лучший друг. Иногда больше, чем просто друг, но все же не для мужчины, который содержит жен и выполняет супружеские обязанности. У Мергена не было жены, а его анда, Очигин, погиб в сражении с каменными гигантами мастера Марко.

Госпожа Чауджин пригрозила гражданской войной с нерожденным сыном Чимбай-хана в качестве зачинщика, но Льешо показалось, что Мерген ее не понял. Она назвала погибшего анда трусом и вором!..

Глаза хана побелели от ярости.

– Лучше анда, чем змея, навсегда усыпившая моего брата, – проскрежетал Мерген и замахнулся на госпожу Чауджин.

Она отпрянула, но это не помогло. По условному сигналу охранники покойного брата хана вышли вперед. Двое старейших и лучших друзей Чимбая крепко ухватили вдову под руки, а мечник-телохранитель Мергена встал позади.

– Задушите ведьму, – приказал Мерген, и мечник схватил госпожу Чауджин за горло.

– Ты еще пожалеешь, – прохрипела она, потом дернулась и неожиданно превратилась в изумрудную змею.

Гадина обнажила клыки, словно в ухмылке, и впилась в руку своего палача.

– А-а!.. – закричал мечник, судорожно задергался и выпустил змею. Стражники попытались удержать пленницу, однако ничего не смогли сделать.

Госпожа Чауджин юркнула в щель между коврами, устилавшими пол ханского шатра.

– Всем выйти! – приказал Мерген. Потом повернулся к охранникам:

– Найдите ее и прикончите немедля!

Хан взял из сундука у очага кубок и поднял его над головой.

– Этот драгоценный кубок достанется тому, кто принесет ее мертвое тело – змеиное или человеческое, не важно. Только найдите ее!

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Мечник Мерген-хана истек кровью, пока гарнские женщины перетряхивали шкуры, выбивали ковры, а потом скручивали их, будто готовились к переезду. Мужчины разворошили очаг, перевернули сундуки и лари, прочесали окрестности вокруг белых палаток. Ханский шатер разобрали, проверили все решетки и возвели на другом месте. Затем пришлось передвинуть остальные палатки, чтобы все стояли на положенном по статусу в улусе месте.

Госпожа Чауджин исчезла. На огромной равнине не осталось и следа принцессы Тинглута, пусть даже и в обличье изумрудной бамбуковой змеи.

В минуту затишья Льешо и принц Таючит решили поразмять коней и немного встряхнуться. За ними увязались две гончие – черный кобель с вечно высунутым языком и рыжая сука с ясными умными глазами.

– Я не знал, что вы держите собак.

– Госпожа Чауджин говорила, что ее пугает лай, и гончих сослали в овчарни. Наверное, она решила, что собаки могут распознать ее истинную природу.

Принц посмотрел на гончих. В глазах его промелькнула нежность. Похоже было на то, что у Таючита гора с плеч свалилась после исчезновения госпожи – одна из многих перемен в лагере со времени их приезда, всего одна из деталей, о которых приходится задумываться.

Когда принцы достаточно удалились от лагеря, Льешо неуверенно спросил Таючита, что тот думает по поводу слов госпожи Чауджин.

– Каких слов?

– Об анда Мерген-хана…

Отряд Льешо двигался позади, вместе с охранниками Таючита. Ни те, ни другие ничего не слышали, но все видели и запросто могли бы расстрелять бы из луков возможного неприятеля.

Гарнский принц мог ответить на вопрос в разговоре с другом, если бы захотел, но Тай предпочел сменить тему.

– Это не твое дело, да и не мое тоже, – махнул Таючит рукой.

– Я не осуждал хана…

Льешо оглянулся на Бикси и Стайпса.

– Я лишь пытаюсь понять, чего добивалась госпожа Ча-уджин, когда говорила об Очигине и твоем дяде.

– Это все чушь и наветы. Как Мерген мог желать смерти хана, своего брата? – недовольно произнес Тай.

Льешо выдерживал тяжелый взгляд принца, пока тот не смягчился.

– Очигин и Мерген выросли вместе и стали лучшими друзьями, – сказал Таючит, отводя глаза. – Когда моего отца назвали ханом, а Мерген занял место вождя клана, Очигин принес ему дары, поклявшись в верности и самому Мергену, и народу Кубала. Они вместе посвятили свои жизни хану…

Тай на секунду умолк, потом нехотя продолжил:

– Госпожа Чауджин хотела убедить вождей, что Мерген ставил личные отношения выше политических… Она намекнула, что мой отец собирался заключить соглашение, но Мерген отказался жениться во имя интересов Кубала. Кланы должны были заподозрить, что Чимбай-хан послал Очигина на смерть, чтобы у дяди больше не осталось причин к неподчинению. А дальше несложно убедить вождей, что Мерген убил хана из мести.

Таючит невесело усмехнулся.

– Ей даже не пришлось бы ничего доказывать. Если появятся сомневающиеся, Мерген просто потеряет доверие кланов… Потом госпожа могла потребовать провести процедуру избрания хана заново – и стала бы править от имени своего ребенка. Дядя, конечно, опередил ее, хотя, думаю, мачехина затея не сработала бы в любом случае. Есугей всегда поддерживал Мергена, но он скорее выставил бы свою кандидатуру, чем позволил бы разжечь войну между кланами.

– Никто не предполагал, что мастер Марко устроит засаду, – возразил Льешо. – Это ведь была безобидная исследовательская экспедиция…

Но тут юноша подумал: а зачем поручать столь несерьезное задание Очигину, не последнему человеку в ханстве? Да, теперь на это можно посмотреть по-другому…

– Да, никто не думал, – согласился Тай недовольным тоном, не позволяя себе следовать за мыслью Льешо. Черный пес, бежавший у его стремени, зарычал, недовольный резкой переменой хозяйского настроения.

– Да и незачем Чимбай-хану прибегать к таким средствам. Мерген выполнял любую прихоть моего отца. Хан сам решил, что дяде не стоит жениться.

– Неужели все отношения гарнов завязаны на политике? – не сдержался Льешо.

Он надеялся на дружбу между равными по положению ровесниками и сиротами. Перед смертью хана Льешо предложил Таю место у себя в отряде. Теперь же ему казалось, что принц видит в нем лишь некую политическую силу – как в несуществующих женах дяди.

Ответ Тая радости не прибавил.

– В ханском шатре – да. А как же иначе?

– Иногда люди просто симпатичны друг другу.

Льешо сам почувствовал, как глупо это прозвучало, и понял, что скажет принц Таючит, прежде чем тот открыл рот.

– Принц никому не нравится просто так, и сам он – или брат хана – не заводит друзей, которые бесполезны для него, как для правителя…

Тай, наверное, решил, что они все еще говорят о Мергене, потому что вернулся к обсуждению дядиного положения, саркастически рассмеявшись.

– В любом случае Секхул очень удивилась бы, скажи ей кто-то, что Мерген питал особую привязанность к Очигину…

– Кто такая Секхул? – Льешо мог и сам догадаться, но догадки иногда заводят в тупик даже принца снов.

Тай криво усмехнулся.

– Женщина из клана Есугея, мать двоих из «одеяльных» сыновей Мергена, рожденных вне шатра. Сейчас они едут позади нас, среди других моих охранников.

– Двоих из?..

– Брак, даже неофициальный – политическое дело. Но кому какая разница, если мужчина заглядывает в одну юрту чаще, чем в остальные?

7
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru