Пользовательский поиск

Книга Медный гамбит. Содержание - Девятая Глава

Кол-во голосов: 0

Она дала предложению повисеть между ними. Было мало сомнений, что большинство этих давно-скрытых свитков написала она сама, очень давно. Когда-то и она была гордым ученым, и много заплатила за свою гордость. Драгоценное знание Павека не искушало ее. Он переиграл сам себя, и это идеально подходило для ее целей. Он будет передавать свое знание старых заклинаний, а она тем временем решит, что ей делать с этой появившейся на свет после тысячелетнего забвения алхимией халфлингов.

— И какую цену ты просишь за свои заклинания?

— Место, где можно спать, еду, которую можно есть, и воду, которую можно пить.

— И как долго? — спросила она тем же самым тоном, какой она использовала, когда говорила с Руари. — А что ты хочешь на самом деле? Ведь ты хочешь произносить заклинания, держать их на ладонях твоих рук, ведь ты не просто так собирал и запоминал их, не правда ли?

Это было совершенно логичное предположение: почему еще этот мужчина — весь в шрамах, оборванный, с горящими глазами — мог хранить бесполезное знание в своей памати. Она усмехнулась под своей вуалью. Ну что ж, она будет учить его, как когда-то пыталась учить Йохана, если он ответит правду. Она использует его для своих целей и неважно, что он ответит.

* * *

Павек отдал бы все золото, если бы оно у него было, только бы увидеть выражение лица под маской. Но у него не было золота. И вообще не было ничего, кроме правды. Подумав, он рискнул и сказал правду, чистую правду.

— Да, — ответил он достаточно громко, чтобы услышали все, даже Руари на другом конце площади. — Да. Дай мне заклинания в руки. Сделай меня друидом.

Волна нервного смеха прокатилась среди жителей Квирайта, напомнив ему улыбку на лице Оелуса, когда он захотел примерно то же самое. Но он удержал себя в руках, сжав кулаки, проигнорировал насмешки и только впился взглядом в старуху без лица, стоявшую перед ним, которая склонила голову как безглазая птица и только прищелкнула своим невидимым языком по зубам.

— Ты думаешь, это так просто сделать, Просто-Павек? Быть может ты помнишь маленькое заклинание, которое превратит тебя из паразита в друида? Наклонись и прошепчи мне его.

Он остался стоять, как стоял. Не было такого заклинания. Похоже, он рискнул всем и промазал. Опять. Почему он все время мечтает о магии, а ведь вся его жизнь, самые малейшие события убеждают только в одном: это не дано ему, оно ускользает у него из рук, хватит мечтать. — Свитки говорят только то, что должен быть преподаватель и студент, который хочет научиться. Я хочу.

— Замечательно, — хохотнула она и ударила в землю своим посохом. — Приходи в мою рощу. Мы начнем немедленно.

На какое то мгновение посох зацвел, стал зеленым, потом он и Телами ушли. Исчезли. Остались только слова — Не подведи меня, Просто-Павек. Иди за ветром из центра, — прошептал умирающий ветерок.

— Земля, вода, огонь и дождь! — воскликнул Руари, превращая заклинание в ругательство. — Темплара пригласили в личную рощу Бабушки!

Остальные жители Квирайта собрались вокруг пустрого места, где только что стояла Телами. Они отводили глаза, не соглашаясь с полудурком, но и не торопились одернуть его или вообще сказать хоть что нибудь.

— Давай, ступай, темплар. Бабушка ждет тебя, — продолжал Руари. — Тебе лучше попрощаться и начинать двигаться, темплар. Но ты никогда не найдешь ее, даже если будешь искать вся оставшуюся жизнь. Твои кости будут двигаться, пока не рассыпятся в прах.

— Ты всеобщее посмешище…

— Хватит, Руари, — жестко сказала Акашия, глядя на него озабоченными глазами, а когда он посмотрел прямо на нее, она отвела взгляд. — Бабушка ждет тебя. Ты должен найти ее. Ты не можешь оставаться здесь.

Они уже стояли в центре Квирайта, и никакого ветра не было вообще, так как слабый ветерок, возникший после исчезновения Телами, давно умер. Он отбросил свои потные и жесткие волосы со своего лица.

Язык распух, губы потрескались и кровоточили. Он с удовольствием посидел бы в тени со стаканом воды, но эти друиды, которые считали себя намного выше темплара Короля Хаману, хотели чтобы он убил сам себя, отправившись в пустыню.

— Холодный ветер дует из центра, из центра рощи, — заверила его Акашия, как если бы прочитала его мысли. — Почувствуй его на своем лице и иди в рощу.

Он повернулся на месте, не ожидая почувствовать на своем лице ветер, и действительно ничего не почувствовал. Зато он заметил Йохана, который, как и Руари, стоял немного в стороне от остальных с руками сложенными на груди, а потом указательный палец его правой руки коснулся локтя левой.

Один раз, два, три и пауза. Потом опять: один, два, три и пауза.

Сигнал. Павек был благодарен за этот жест, но не имел ни малейшего понятия, что это означает.

Руари опять набросился на него, — Ты что, вообще не можешь ничего чувствовать, темплар? — Улыбка, перекосившая губы полуэльфа, была вполне достойна Элабона Экриссара, тоже полуэльфа. — Может быть ты предпочитаешь умереть на месте, вместо того, чтобы двигаться?

Он распрямил плечи и пошел, прямо к насмехающемуся юнцу. Один шаг. Два шага. Третий, и Руари на расстоянии вытянутой руки. Если он все равно собрался умирать, тогда почему бы не захватить этого полудурка с собой? Большое искушение. Но он справился с собой и просто улыбнулся полуэльфу своей улыбкой, той самой кривой улыбкой, которая затавляла пульсировать его шрам и обнажала зубы по углам рта.

Насмешка на обеспокоенной мордочке Руари мгновенно умерла, он отпрыгнул назад и вытянул перед собой свой посох. Павек сузил глаза так, что шрам побагровел. Потом он отодвинул Руари в сторону и прошел мимо.

Он был уже прилично за пределами оазиса, когда его измученное тело слегка пришло в себя, а нервы успокоились.

И тогда холодный ветер ударил ему прямо в лицо.

Девятая Глава

— Здравствуй. Я ждал тебя. Садись и располагайся поудобнее. Нам надо много обсудить, тебе и мне. Нам надо побольше узнать друг о друге. Ты голоден? Хочешь пить? Только попроси, твои желания будут немедленно выполнены.

Звайн робко шагнул в полумрак завешанной коврами комнаты. Он осмелился взглянуть на ее хозяина, одетого в простую, даже блеклую одежду и сидящем на такой же бесцветной подушке.

Хозяин этого места был человек без определенного возраста, с бледной кожей и бесстрастными чертами лица, его длинные волосы отливали желтым. Руки он сложил на коленях. Его лицо было узкое и угловатое, лицо эльфа или полуэльфа. Разрез глаз был больше, чем у человека, зато брови были густыми, как у обычных людей, и отбрасывали тень на его глаза.

Звайн не сумел определить цвет глаз, и, что важнее, их настроение.

Он тем более хотел видеть эти глаза, так как, хотя голос их владельца был мил и сердечен, а комната казалась очень уютной, его привели сюда из значительно менее комфортного места, где его желания, если даже он осмеливался высказать их, приносили ему только насмешки, побои и ругательства.

— На колени прежде чем отвечать, мальчишка!

Мул со шрамами на обеих щеках ударил его между лопатками. Он пошатнулся, но сумел удержаться на ногах, и сохранить равновесие, когда его голая нога коснулась ковра. Вообще то он, как любой свободный человек, жалел клейменых рабов, но этот вооруженный, грубый бандит, который вел его по длинным пустым коридорам, как канка или эрдлу, и непрерывно избивал, руками и ногами, явно не стоил таких чувств.

Если бы его желания действительно могли быть исполнены, он знал, чего он хочет. — Отошли его, — глухо сказал он своим распухшим языком и показал пальцем на мула. Его горло горело от слишком частого плача. — Это мое желание.

Тень подо лбом белокурого мужчины стала глубже. Он мигнул, потом сказал, — Тердукон, ты свободен.

— Как пожелаете, милорд.

Бесчисленные заостренные чешуйки его панциря зазвенели, ударившись одна о другую, когда мул отдал честь и резко повернулся на кожаных каблуках своих кожаных сапог. Звайн был впечатлен, но не полностью убежден. Он достаточно повидал на улицах, и хорошо знал, что хозяин, который набирает себе телохранителей из отъявленных бандитов, сам является еще худшим бандитом, и внутри его еще больше злобы и гнева, несмотря на его показную мягкость и благородство.

38
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru