Пользовательский поиск

Книга Кошка, которая умела плакать…. Содержание - 6. ВЕРНОСТЬ И ПРЕДАТЕЛЬСТВО

Кол-во голосов: 0

Аниаллу, дикой кошкой озираясь по сторонам, сбегала в библиотеку и перенесла оттуда вещи Анара и особо заинтересовавшие алая книги и свитки, которые можно было собрать на скорую лапу. Упаковав всё это в его рюкзак, Аниаллу быстро собрала свой и поставила оба у выхода из комнаты.

Она намеревалась уничтожить Камень. И искренне верила, что ей это по силам. Но несмотря на эту уверенность, Аниаллу было страшно – слишком невероятной казалась ей вся эта история, в которой она невольно оказалась и в которую втянула Анара Сая. Глядя на усыплённого алая, Аниаллу подумала, что оставляет его совсем беззащитным. Поразмыслив мгновение, она сотворила заклятье, которое должно было разбудить ее друга, если к нему приблизится кто-то кроме неё. Или если она не вернётся через два часа…

Наложив на дверь самое мощное из известных ей защитных заклинаний, Аниаллу быстрым шагом направилась к скрывающему путь в тюремные подземелья гобелену, намереваясь бросить вызов исказившей сознание её соплеменников силе. Оставалось только молиться о том, чтобы Тиалианна не ошиблась в ней, и долгая подготовка к этому экзамену была не напрасной.

Блеснули тёмным серебром двери зала, и вот Аниаллу шагала по уже знакомой дороге к Камню. Страха уже не было – он истаял, растворился в её решимости.

Аниаллу снова ощущала, как тьма вокруг неё переходит в качественно новое состояние: она не была уже просто энергией, она становилась чем-то материальным, как туман или пар. Алу невольно ускорила свой шаг, почти сбиваясь на бег, хотя понимала, что эта излишняя поспешность может стоить ей жизни.

И вот он вновь перед ней. Во всём своём величии. Казалось, зловещий артефакт стал светиться ещё больше, ослепляя чувствительные к магическому излучению глаза алайки. Но она не прикрывала глаз, лишь зрачки её превратились в узенькие вертикальные щёлочки. Она должна видеть всё и ко всему быть готовой.

Аниаллу твёрдо знала, что делает. Каждое движение её было чётко просчитано и продумано заранее. Она замерла на мгновение, касаясь указательным пальцем правой руки переносицы, а средним левой – ямки между ключицами. Потом алайка резко развела руки в стороны, словно с силой раздвигала что-то очень тяжёлое. Тьма разом отхлынула от неё и затаилась, поджидая подходящего для атаки момента. И Аниаллу с отчаяньем сознавала, что момент этот скоро настанет – ей не выстоять перед этой мощью, мощью неведомого врага, посягнувшего на самые священные для всех алаев ценности.

Перед Аниаллу соткалось из воздуха зеркало. Оно было видимым даже в этом средоточии мрака. Точно такое же волшебное стекло появилось и за спиной алайки. Перед Аниаллу открылся бесконечный коридор отражений, созданный двумя парящими друг против друга зеркалами. Она не отрываясь смотрела на своё отражение. Зеркала помогали не только сберегать силы, что происходит всегда, когда произносящий заклятие стоит перед отражающей поверхностью, но и получать дополнительную энергию из недоступного другим расам источника. Она черпала силу из отражения собственного лица, из своей красоты, которая была даром Аласаис, частью её благодати. Так Аниаллу открывала особый канал, связывающий её с её богиней, позволяющий получать поддержку и подпитываться силой наэй.

Тьма быстро сгущалась. Она клубилась у стен, словно живая. Казалось, сотни огромных чёрных змей ползают по стенам зала, извиваясь, спускаются вниз по колоннам и, сплетясь по нескольку сразу, сгустками мрака падают с потолка. Руки Аниаллу замелькали ещё быстрее, не теряя четкости движений.

Чёрный в обычном спектре, живой туман в магическом сиял нестерпимо ярко. Что бы это ни было и кем бы оно ни было создано, это призрачное нечто было наделено чудовищной силой. И сила эта росла с каждой секундой, неотвратимо прибывала, а Аниаллу никак не могла ускорить процесс уничтожения ненавистного Камня.

Наконец, закончив сложнейшие и вместе с тем не заметные неискушенному взгляду приготовления, Аниаллу остановилась. Спина девушки чуть выгнулась, подбородок поднялся вверх, придавая ей горделивое выражение. Алайка ощущала, как сила наполняет её. Казалось, что её грудь сейчас разорвётся от клокочущей, как зелье в котле, энергии. Вот-вот и Алу уже не сможет контролировать её…

Почувствовав, что момент настал, она резко вытащила из висящих на поясе чехлов два ослепительно сияющих кинжала и вонзила их пылающие лезвия в Камень, вложив в этот удар большую часть накопленной силы. По закрытым глазам резануло светом, белым, ослепительным, шедшим словно изнутри век, а не откуда-то извне… выждав мгновение, наслаждаясь тем, как тело её расслабляется после чудовищного напряжения, Аниаллу открыла глаза.

По зловещей глыбе побежали светящиеся трещины. Но затем Тьма вновь взяла верх над магией Света – она заполнила трещины, залила их, словно смола, затем подобралась к сияющим кинжалам и стала медленно ползти вверх по их лезвиям. Несколько мгновений – и мрак поглотил изобретение могущественного мага Хейна.

Аниаллу закусила губу. Всё пошло совсем не так, как она рассчитывала. Оружие, выбор которого был подсказан самой Тиалианной, оказалось бессильно. Оставалось надеяться на чудо и постараться сотворить его собственными руками и разумом…

6. ВЕРНОСТЬ И ПРЕДАТЕЛЬСТВО

Дивно красивое и небывалое это зрелище, когда по прихоти Бриаэлларских магов солнце садится на фоне двух полных Глаз, больших, ярких, висящих низко над самыми крышами домов. Алия Аэн ан Элиатан стояла у одного из высоких арочных окон зала Высшего Совета Бриаэллара и смотрела на яркие небесные краски в приоткрытую витражную створку. Она могла любоваться закатами до бесконечности, а такими, особенными, и подавно.

И всё же взгляд Алии, первейшей мастерицы иллюзий в Бриаэлларе, то и дело отрывался от трёх встретившихся на небе светили обращался к длинной веренице всадников, выезжающих из голубоватого сияния огромного портала далеко внизу, во внешнем дворе замка. Величественные, высокие, куда выше своих соплеменников из Руала и алаев, с изумительно правильными, аристократическими чертами лица и горделивой осанкой, они между тем выглядели сломленными и подавленными. Для Алии, разумеется, или иного существа, способного видеть чувства, а не лица, за которыми их умело прятали.

– Эльфы… – задумчиво проговорила алайка. – Неужели всё уже зашло так далеко? – багровые отблески заката заиграли на её рыжих волосах, когда она немного повернула голову к подошедшему патриарху Малауру.

– Боюсь, что это так. Часть их осталась в Солнечных Холмах, Алия, – подтвердил он, – но большинство приехало сюда. Мы попытаемся их как-то разместить на первое время. Много скорби принесли они с собой в наш город. И кто знает, справится ли он с ней.

– Только не говори сам как эльф, Малаур! Разместите их, пожалуйста, поближе к нашему дому! – воскликнула пепельноволосая девушка, сидящая в одном из кресел у стены. Она перекинула ноги в высоких сапогах на шнуровке через один подлокотник и опиралась на другой спиной. Её звали Эйтли Тинойа, она была дочерью Наола Чутколапа, патриарха дома Теней. Её семейство промышляло в основном воровством, шпионажем и иными делами, где необходимы бесшумная и ловкая лапа, цепкий коготь, хитрость, острый глаз, ум и красноречие. Ставшие пепельными из рыжих от рождения волосы девушки говорили о том, что она во всём этом достигла высокого мастерства.

Ни Алия, ни Малаур не удостоили её ответом. Недовольно фыркнув, Тинойа потянулась, выпустив когти, и так резко тряхнула головой, что её уши издали характерный щелкающий звук. «Надо больше спать…» – девушка широко зевнула и, чтобы отвлечься от заманчивых мыслей о сне, скользнула взглядом по скудному убранству зала. Но оно было слишком бедным и тусклым, чтобы уцепиться взором хоть за что-нибудь, поэтому Эйтли стала изучать наложенные на покой заклятья. Зал окружала защитная магия, призванная сохранить планы алаев в секрете от тех, кому, обычно не зная об этом, придётся быть в эти планы вовлечёнными. Для чувствительных к магии глаз пепельноволосой алайки он представлял собой роскошную картину. Мягко переливались волшебные щиты, мерцали ловушки для неосторожных шпионов, способные сотворить с их разумом самые невообразимые вещи, вереницами алых огоньков перемигивались по периметру оконных стёкол замершие в ожидании вторжения атакующие заклятия боевой магии. Правда, большая часть богатого арсенала охранного волшебства была сокрыта от взоров так искусно, что даже острое зрение Эйтли не было в силах её распознать.

81
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru