Пользовательский поиск

Книга Королевства Ночи. Содержание - Глава 17 КОЛДУНЬЯ И КОРОЛЕВА

Кол-во голосов: 0

Но с течением лет мы утратили это знание, мы сами помогли ему затеряться, также пропала сама идея победы над демонами, и все погрузилось в спячку.

Джанела склонилась вперед.

– И тут появляются Янош Серый Плащ и Амальрик Антеро, – вдруг сказала она.

Принц, казалось, был удивлен ее догадкой. Он улыбнулся.

– Да, именно тогда демоны… вновь начали проявлять к нам интерес. Здесь, в Тирении, должен сказать, все почувствовали себя увереннее оттого, что наши братья и сестры в родных землях постепенно сбрасывают с себя покров варварства. Мы приходили в восхищение от успехов Ориссы и особенно Вакаана – там открывали старые книги и начинали тянуться к знаниям старейшин. Это давало Тирении надежду полагать, что мир вновь станет таким, каким он был прежде. Но мы не осмеливались показать вам себя, не желая привлекать к происходящему внимание Баланда.

Когда познакомились Серый Плащ и Антеро, у нас было ощущение, словно освободилась какая-то великая сила. Наши маги говорили, что даже в эфире пробудились какие-то непонятные им силы. Некоторые утверждали, что Янош Серый Плащ, судя по всему, находится на грани великого открытия. Но он погиб, не успев совершить его. Затем Рали, сестра Амальрика Антеро, совершила свое великое путешествие на запад. И вновь в эфире поднялось неистовое волнение магической энергии, когда она, преследуя архонта, оказалась в тех мирах, где повелевают демоны.

Король Баланд очень рассердился, поняв, что произошло. Но по каким-то причинам он не смог или устрашился предпринять нападение на ваши края, как он сделал это в свое время с нами. И он пустился на хитрости, проникая в Ориссу и Вакаан и заключая сделки с людьми, склонными к сотрудничеству со злом, подобно принцу Равелину или архонту Ликантии. Вновь его стало страшить наше присутствие здесь, в Тирении.

Принц побледнел и разволновался. Он налил себе вина, опустошил бокал, налил еще и вновь выпил.

– Он явился к моему отцу и пригрозил большой войной. Он сказал, что сокрушит нас и изгладит даже саму память о нас. Мой отец поначалу не сдавался. Но тут началась чума, унося многие жизни, в том числе – и моей матери. Участились небольшие, но кровопролитные нападения на наши оборонительные позиции. Постепенно мой отец… начал сдавать. Он перестал лелеять давно выношенные планы о том, чтобы вновь раздвинуть границы королевства до Восточного моря. Он только отдавал.

Принц с болью посмотрел на Джанелу.

– Когда вы явились, подхватив эстафету прадеда, к Амальрику Антеро и убедили его отправиться в это путешествие, король Баланд вновь прибыл к отцу. И в то время как вся Тирения радовалась вам, а во всех тавернах распевали песню о танцовщице, отказавшей королю демонов, мой отец и пальцем не шевельнул, чтобы хоть чем-то помочь вам. Более того, он сделался раздражительным и стал поносить имена Антеро и Серый Плащ.

Соларос вытер набежавшую слезу.

– Я делал, что мог, – сказал он Джанеле. – И потихоньку использовал магию, чтобы хоть чем-то помочь вам.

– Я знаю, – ласково сказала Джанела. – Время от времени я чувствовала чью-то помогающую руку. И именно тогда, когда мы больше всего в ней нуждались.

Принц благодарно кивнул.

– Мое мнение таково, что сейчас самое время схватки. Мы должны атаковать демонов всеми силами, как они сделали это много веков тому назад. Большая часть армии разделяет мое мнение. И я верю, что того же хочет и народ. Я надеюсь, что с вашей помощью мне будет легче убедить отца в моей правоте.

– Можете рассчитывать на нас, ваше высочество, – сказал я, прекрасно понимая, что он еще слишком зелен для войны.

Все-таки я ощущал растерянность. Проехать и пройти столько лиг, столько вынести, почти потерять собственного сына в Поисках королевского легендарного величия. А на самом деле орех оказался внутри пустым.

Видимо, Соларос понял, какие чувства обуревают меня. Поэтому он сказал:

– Мой отец не всегда был таким. В юности он был великим мечтателем. Но Баланд капля за каплей выжал из него ту кровь.И теперь отец боится, что Тирения балансирует на краю пропасти. Ведь мы сражались с демонами много веков. И эти нескончаемые битвы требовали постоянного величия духа. Вы должны знать это, чтобы понять дилемму, стоящую перед моим отцом.

Он встал и пошел к дальней стене, жестом приглашая нас следовать за ним. Стену закрывала плотная портьера. Принц потянул за шнур, и портьера отползла в сторону.

– Смотрите, – сказал он.

И мы увидели, что вместо каменной стены за портьерой находится огромное магическое окно, из которого открывался вид на земли, расположенные далеко от Тирении.

Мы словно заглянули в другой мир. С затянутого холодной серой пеленой неба смотрели незнакомые звезды, сверкая глазами голодных хищников, собирающихся ночью вокруг лагеря путешественников. Над голыми холмами висела унылая луна. Но это была не та луна, изящная богиня, которую мы знали в нашей стране. Луна краснела, словно налитая кровью, и я ощущал, как из уголков памяти, где я прятал самые мрачные мысли, вырывается все спрятанное мною. Я изо всех сил напрягся, не давая выплеснуться волне кошмаров. Равнину, открывшуюся перед нами, покрывали бесчисленные шрамы от прошедших войн. Ветер нес над нею облака пепла, похожие на беззвучно кричащих призраков.

Зрелище было настолько ужасным, что я не выдержал и отвернулся. Я посмотрел на Джанелу. Она выглядела столь же ошеломленной. Принц задернул портьеру.

– Теперь вы, наверное, понимаете, откуда пошло название «Королевства Ночи», – тихо сказал он.

Глава 17

КОЛДУНЬЯ И КОРОЛЕВА

Говорят, что небеса – обитель верховных богов. И утверждают, что боги – это такие блаженные всезнающие существа, которым неведомы боль, желания или страх. Многие из них благосклонно взирают на наши дела, дела простых смертных, и милостиво разрешают нам поклоняться им. Однако же наша суетность, должно быть, иногда доводит их до чесотки, как дикаря, осыпанного вшами, и, чтобы снискать их доброту, мы вынуждены приносить на их алтари многочисленные приношения.

Но отставим последнее замечание в сторону, ибо в прошлом я не был таким циником. Когда Янош начинал высказывать сомнения относительно богов, мое школьное образование приводило меня в смятение от услышанного. Подобно большинству богобоязненных мужчин и женщин, я хранил в уме небольшой храм, четырьмя столпами которого были Вера, Страх, Миф и Невежество. И я представлял себе Божественную Обитель столь же прекрасной, как и мифические Далекие Королевства, разве что тайна придавала ей больше величия.

Но когда мы прибыли в Тирению и увидели этого трусливого короля, этого мужественного, но глуповатого принца и их смазливых подданных, столпы моей религиозности обвалились один за другим, кроме последнего – Страха. Янош некогда говорил мне, что всю жизнь искал мудрых людей, но каждый раз, когда ему казалось, что нашел, выяснялось, что они отнюдь не мудры, и он погружался в глубочайшее разочарование. Это приводило Яноша в отчаяние, поскольку, как мудрейший человек, по крайней мере своего времени, он лучше всех представлял, насколько мелок может быть колодец человеческого знания.

Увиденное в Тирении заставило меня вспомнить то самое отчаяние, которое, возможно, и являлось загадочной причиной трагедии Яноша. Драматическая мольба принца приподняла ту завесу, о которой он и не подозревал. Я внезапно подумал, что в мире нет ничего, кроме хаоса. И нет никаких богов, а если и есть, то они столь же никчемны, как и ушедшие в неизвестность старейшины. И нет никакого величественного небесного дворца, приготовленного богами для пребывания там наших душ, как в конечной инстанции.

Я никогда не считал себя человеком чересчур религиозным. Я делал свою работу, оставляя богам традиционные дары, и полагал, что это все-таки приносит какую-то пользу. И, когда этот костыль из-под меня вышибли, я с удивлением увидел, что приходится напрягать все силы, дабы удержаться в равновесии. В последующие дни удерживать это сомнительное равновесие становилось все труднее.

93
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru