Пользовательский поиск

Книга Жажда мести. Содержание - Глава восьмая. ПОКЛОНЕНИЕ ХЕЛЬ

Кол-во голосов: 0

Все равно это были нелегкие воспоминания, однако она сумела пройти через смерть, и теперь у нее появилась надежда, что удастся справиться с магией Хель.

Она ткнула носком сапога в вороненую кольчужную рубаху, которой должны были быть прикрыты кости скелета. Броня лежала пустая, ничего не осталось от жуткого воина. Рядом находился меч с вороненым лезвием. Она наклонилась и подняла его. Набалдашник на рукояти представлял собой серебряный череп с черными глазницами и опущенной — ухмылявшейся — нижней челюстью.

Когда-то и она носила такую же кольчугу и держала в руках такой же меч — тогда она сражалась против Нидхегга на стороне Владычицы Смерти. Задумчиво смотрела воительница на скомканную груду брони, лежавшей у ее ног, здесь же валялись кожаные штаны, тоже пустые, поодаль откатился черный шлем. Неожиданно Песнь Крови подцепила острием меча кольчугу, подняв ее повыше. Сплетенная мастерами царства Мертвых стальная рубаха обвисла до земли, в солнечном свете особенно зловеще поблескивали ее металлические кольца.

Она поднесла бронь поближе к костру, на котором догорали тела погибших ульфбьернов. Некоторое время держала рубаху в пламени, потом отбросила в сторону и подождала, пока она охладится.

Гримнир с интересом следил за ней.

Песнь Крови вернулась к останкам и так же внимательно изучила щит всадника Смерти.

В центре черного, круглого доспеха была выгравирована серебряная руна «бьёрка», заключавшая в себе тайны подземного царства Хель. В те дни, когда Песнь Крови сражалась с Нидхеггом, и она держала в руках такой же щит.

Носком сапога воительница приподняла его, перевернула наручным ремнем наружу, затем взяла кожаные штаны, принадлежавшие скелету, встряхнула, оглядела с обеих сторон и положила их в чашу щита. Туда же полетели черные сапоги, поясной ремень, на котором крепились ножны для меча и кинжала. Сняв ножны, подняла и бросила в кучу шлем воина Смерти, потом швырнула снаряжение в огонь.

Затем положила доспехи на землю, сама уселась сверху. Устроилась как раз возле остывающей кольчуги. Металл уже достаточно охладился, тогда Песнь Крови, не обращая внимания на удивленный взгляд Гримнира, начала облачаться в кольчугу всадника Смерти.

Глава тридцать вторая. КЛЯТВА ВЕРНОСТИ

Тёкк едва сумела скрыть раздражение.

— Не надо прикидываться, Гутрун. Ты далеко не глупа, — резко проговорила служительница Хель и, сложив руки на груди и о чем-то задумавшись, принялась расхаживать по маленькой комнатенке, в которой томилась дочь Песни Крови. Успокоившись, ведьма спросила:

— Почему ты так настаиваешь на этом союзе? Зачем требуешь, чтобы я уничтожила его?

Гутрун горько рассмеялась:

— Я удивляюсь тебе, Тёкк. Ты же сама требовала, чтобы я поклонилась тебе и Хель. Теперь, когда я наконец решилась, ты спрашиваешь, зачем мне это нужно? Неужели так трудно понять, что я хочу жить! После того как ты отдала меня в лапы твоему драгоценному Локиту, после того, что он сделал со мной, у меня не осталось выбора. Этот мертвец, этот зверь в конце концов убьет меня. Он и тебя хочет убить. Мы обе находимся в страшной опасности, потому что он видит в нашем существовании угрозу себе. Удивительно, что ты, такая проницательная, такая расчетливая, и не видишь того, что творится вокруг. Ты, верно, лишилась рассудка? Как ты могла оставить меня с ним наедине? Сколько я провела в его темнице? День? Два? Три? Сколько?

— Ты совершенно здорова!

— Только потому, что он излечил меня, когда я уже была при смерти. Он сам говорил, что убьет меня, когда решит, что я ему больше не нужна. Так же, впрочем, он собирается разделаться и с тобой, своей благодетельницей. Ты столько лет растила его, вдыхала в него собственную колдовскую силу, чтобы он уничтожил тебя?

— Я ни в коем случае не причиню ему вреда. Ты, верно, решила, что я не понимаю, к чему ты клонишь…

— К чему же я клоню? — усмехнулась Гутрун и пожала плечами. — Ты же всегда запросто читала мои мысли. Неужели твое искусство отказало тебе на этот раз? Загляни в мое сознание, разве я таю какие-то коварные мысли? Разве то, о чем я предупреждаю тебя, вздорные выдумки?..

Наступила тишина. Наконец Тёкк резко заявила:

— Повторяю, у меня нет оснований не доверять ему. Я не представляю для него угрозы. Если же он…

— Но ведь не ради меня ты оживила его. Ведь у тебя была цель. Ты мне не веришь, ладно, тогда прочти его мысли, ведь это для тебя пара пустяков.

Тёкк не ответила. На лице Гутрун отразилось откровенное замешательство.

— Разве ты не можешь прочитать, что творится в его голове? — спросила девчонка.

Ответа не последовало.

— Ты не в состоянии проникнуть в его мысли? — Гутрун схватилась за голову. Она прижала руки к груди, голос ее понизился до шепота:

— Клянусь зубами Фрейи, ты создала мертвяка таким, что не в силах контролировать его сознание?!

На этот раз пауза оказалась долгой, безнадежной. Первой подала голос Гутрун.

— Тогда мне несдобровать, — обреченно проговорила она. — Радует, что и тебе тоже. Чем же ты наградила его, Тёкк? Какой мощью поделилась? И ты предлагала поклониться тебе, учиться у тебя. Учиться у той, кто в упор не замечает смертельной опасности? Повторяю, скажи, какой силой ты его наградила? Я знаю, он способен видеть в темноте, умеет исцелять раны. Что еще? Какого рода магией он овладел? Ты сама-то знаешь?..

Тёкк промолчала и на этот раз.

Гутрун прикрыла рот ладонью.

— Значит, это правда? Ты бессильна против него…

— Хватит! — почти выкрикнула Тёкк.

Она вновь принялась расхаживать по комнате. Подошла к кровати, на которой сидела Гутрун. Девчонка тоже поднялась, глянула прямо в глаза ведьме.

— Мне неизвестно, — тихо произнесла она, — что ты замышляла в отношении меня и Локита, Тёкк, только не верится, что твоя цель — держать меня в этом закутке, откуда ты боишься выпустить меня, до конца моих дней. Ты расписывала прелести, что ожидают меня, если я соглашусь стать служительницей Хель. Тогда я отказалась. Теперь я тем более укрепилась в этом решении, потому что рассчитывать на твою защиту, на покровительство богини Смерти не приходится. Мне нет спасения, тогда какой смысл кланяться и усугублять мучения. Ты что-то говорила о темных силах, что спят во мне и рвутся на свободу. Я этого не допущу, хотя, возможно, в этом мое единственное спасение. Действительно, что-то шевелилось во мне, когда я умирала в лапах у этого зверя.

Зверя, Тёкк, и ты знаешь об этом. Я уверена, что его сила сродни моей. К тому же я точно знаю, что он хочет уничтожить меня, а заодно и тебя. Я полагала, что вдвоем нам удастся справиться с ним прежде, чем он разделается с нами, но, видимо, я ошибалась.

Тёкк уже не могла сдерживать раздражение. Сначала ее забавлял рассказ Гутрун, потом что-то подспудно-тревожное родилось в мыслях у ведьмы. Она решила, что все это полная чушь, однако было одно обстоятельство, от которого ей не трудно было отмахнуться. Конечно, это пустяк, не способный оказать какое-либо существенное влияние на ее планы, но все же. Мысли Гутрун были для нее открытой книгой, и там черным по белому было написано, что девчонка говорит правду. Ее слова могли оказаться искренним заблуждением, но не сознательной и коварной ложью. Действительно, девчонка до смерти боялась Локита. Она на самом деле верила, что мертвец уже решил расправиться с ними обеими. Смущало и другое обстоятельство — то, как Локит поступил со своей сестрой. Это было зверство, да и ладно бы с ним, с этим зверством, если бы оно оправдывалось какими-нибудь практическими соображениями. Ничего подобного! Это была жуть, необъяснимая, ненужная, а вот этого Тёкк никак не ожидала от Локита. Теперь девчонку не заставишь добровольно служить Хель, и за это ее, Тёкк, в Нифльхейме по головке не погладят. Страх — великая сила, а Гутрун напугана. Тёкк по опыту знала, что сломить ужаснувшегося нельзя. Он может и поклониться, и клясться в верности, только все это пустые слова, к верности они никакого отношения не имеют. Зачем тогда нужна Гутрун, если к тому же в ней действительно проснется сила, равная мощи восставшего из праха Локита.

65
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru