Пользовательский поиск

Книга И прольется свет. Содержание - —43-

Кол-во голосов: 0

— Я тебя прощаю, Антифрикцио. Ты был мальчиком — стал мужчиной. Надеюсь, ты меня не разочаруешь.

Он увел упирающуюся дочь от Антифрикцио с Селеной, которые не сводили глаз друг с друга.

Казалось, они только встретились, увидели друг друга и… полюбили. Идиллию нарушил Верзун, вернувшийся с охоты. Небрежно бросил на землю тушку кабана.

— Готовьте.

— Старик, Гее, Тлж, разделывайте кабана. Селена, Антифрикцио, собирайте хворост. Да оторвитесь же друг от друга. Есть время для любви, а есть время для обеда.

— У меня имя есть, — недовольно проворчал дед. — Все старик да старик. А раньше кликали Солпо.

— Пойдем, Солпо, кабана разделывать, -хлопнул его по плечу Гее, стрельнул глазками. Молодой тролль больше не препятствовал Веселуну, и тот постепенно начинал терять интерес к «веселым» выходкам. Он любил дух борьбы, когда два ума пытаются контролировать одно тело, а Гее демонстрировал практически полное безразличие к нему. Сидел себе в комнатке подсознания перед портретом Авра, Веселуну даже поговорить было не с кем.

— А вот твою руку на своем плече я чувствовать не хочу, — огрызнулся старик.

— Тогда ощутишь мою ногу, — прорычал Тлж. -Только не на плече, а чуть пониже.

— Не ругаться, — оборвала спор Корделия. — За работу. Мы с Линой разожжем огонь.

— Ну вот, как всегда, — Лина возбужденно размахивала руками. — Как кабана разделать, так мужчины. А когда дело посложнее, так сразу Лина.

— Ты боишься крови, — коротко ответила Корделия. — Чем тебе не нравится разжигать огонь?

— Да не-чем е-го раз-жи-гать, — по слогам ответила русалочка. — Ни кремня, ни огнива, ни-че-го.

Корделия беспомощно посмотрела на Верзуна, он вздохнул:

— Молния подойдет?

—43-

Молнии метались по небу, прицельно паля по определенной точке. Иган поежился, слишком близко. Потом пришла разумная мысль, что раньше неба видно не было. Вывод напрашивался сам собой, он находился не внутри дерева, а где-то в другом месте. После того как зеркало разбилось, золотистый вихрь подхватил его с Члеркой, словно былинки, понес. Он кричал, рядом летела Члерка, била по голове, причем не по своей голове. Невдалеке кружилась неизвестная фигура, она то визжала, то выла. Щуря глаза, парящий мужчина пытался рассмотреть неизвестный элемент, но у него ничего не получилось. Тогда Иган просто закрыл глаза и отдался на милость ветра. Когда воздушная пружина раскрутилась, летающих со всего размаху швырнуло на землю. Иган долго стоял на четвереньках, мотал головой, боясь открыть глаза.

Но пора было осмотреться, понять, куда их занесло. Иган нерешительно приподнялся, сел, посмотрел налево, взгляд наткнулся на пустые глазницы, справа оказалось полусгнившее лицо. Слева лежала грузная женщина, при ярком солнечном свете он не сразу узнал Члерку. Морщинистая кожа, розовое пятно на лбу, толстые ноги безвольно раскинуты. Рядом полулежит незнакомая молодая девушка. Спиной мужчина ощущал теплый ствол сосны, на миг ему показалось, что он слышит торжествующий смех. Явно сосна злорадствует, теперь она свободна.

Мертвецы стали приближаться маленькими шажками. Иган затрясся мелкой дрожью, жить хотелось со страшной силой. Решив защищаться, он схватил булыжник под рукой. Вместо камня рука ощутила теплоту кожаного переплета. «Все-таки успел ухватить, пронеслось в голове». Размахивая книгой, он вырвался из смердящего круга.

Члерка тупо смотрела на происходящее, даже не пытаясь вернуть свое имущество. Она не могла понять, как ее жизнь, такая размеренная, полная восхищения ее красотой и грацией, претерпела столь резкие изменения. В этом явно была чья-то вина. Женщина посмотрела на улепетывающего со всех ног молодого льстеца. Для того чтобы доказать его вину, надо было сначала догнать труса, потом еще книгу отбирать. Нет, на такие физические усилия благородная Члерка была не способна. Она только чуть-чуть порадовалась, глядя на мертвецов, их костлявые руки тянулись к Игану.

Жертвы одновременно повернулись к убегающему убийце, потрусили следом. Словно собачки на поводке. Рано или поздно негодника догонят, можно считать, что он труп. Внимание привлекла лежащая рядом девушка, ее тело было полу присыпано землей. «Ничего особенного, — подумала Члерка, завистливо оглядывая стройное тело, молодое лицо, густые волосы — простушка».

— Простушка? — повторила уже вслух. — Простушка, считающая себя прекрасней и совершенней меня. Я королева красоты и докажу это всему миру. Она навалилась на неподвижно лежащую девушку, охватила короткими толстыми пальцами ее шею.

Тхара медленно приходила в себя. Когда закружился золотой вихрь, дерево прокричало, чтобы она убиралась прочь. Девушка попыталась ответить, в рот, нос посыпалась земля. Каким-то чудом она выбралась наружу, потом силы оставили ее, Тхара потеряла сознание.

Тело девушки затрепыхалось в безжалостных руках душительницы, руки разжались. Тхара отползла от Члерки, хрипло дыша. На смуглой шее остались синие следы пальцев. Обрюзгшие руки поднялись к заплывшим глазам, женщина не веря посмотрела на пальцы. Один из ногтей был безобразно обломан.

— Ты… ты нарушила священную красоты Члерки. Негодяйка! Я убью тебя.

— Нет, — попыталась сказать полузадушенная девушка, но изо рта вырывались только нечленораздельные звуки. Прилагая нечеловеческие усилия, она ползла подальше от страшной женщины.

Члерка с трудом приподняла грузное тело. Золотистый туман, постоянно пребывающий в стволе дерева облегчал передвижение, создавая подобие невесомости. Теперь же приходилось привыкать к обычной жизни человека. Без легкой ходьбы, большого зеркала и колдовской книги. Колдовская книга! Члерка остановилась. О ней постоянно говорил человек. Что может книга? Теперь, оказавшись вне замкнутого пространства, память женщины могла удержать события дольше часовой давности. Больше того, она стала вспоминать, какой была раньше.

Давным-давно на свете жил колдун. Он был некрасив. Мрачный карлик, уродливый как смертный грех, он вызывал ужас. Но сам был уверен в своей привлекательности. Однажды он полюбил красивую девушку, высокая стройная фигура, тонкие черты лица, кроткий нрав. Девушка, была дочерью пастуха. Долгими днями колдун наблюдал за девушкой, и с каждым днем в его сердце все сильнее полыхало от любви. Девушка заметила горбатого некрасивого старца и пожалела его. Колдун вспылил. Он хотел не жалости, а любви. Ведь он прекрасен! Как могла несовершенная девушка жалеть его. И тогда он подарил красавице зеркало, в полный рост, в золотой оправе. Девушка не смогла устоять перед соблазном, она приняла зеркало, решив никогда не смотреться в него. Но как-то всего разок посмотрелась в зеркало, потом еще и еще. Вскоре красавица уже не могла отойти от своего отражения, любуясь своими глазами, лицом, статью. Бедный отец забил самого жирного барана и пошел к колдуну. Он упал перед ним на колени, умоляя расколдовать дочь. Колдун только посмеивался, зеркало было самое обыкновенное. Красавице не давало отойти от зеркала не колдовство, а женское тщеславие. Бедный отец был безутешен, он вызывал знахарей, обращался к ведьмам. Никто не мог помочь. Тогда отец разбил злосчастное зеркало, звонко разлетелось оно на тысячу кусочков. Но вернуть дочь пастух уже не смог. Девушка прокляла отца за бессердечие и сбежала к лесным ведьмам. Пока она училась колдовству, бедный отец умер от горя. Но его смерть не тронула жестокую. Красавица стала ведьмой, создала волшебное зеркало, которое светилось золотистым светом. Зеркало показывало девушку такой, какой она хотела себя видеть. Но видели ее такой только собственные глаза. Став ведьмой, девушка перестала быть прекрасной. Злоба и жестокость на славу потрудились над ее лицом и фигурой, сделав их непривлекательными. Даже колдун, увидев ее, отвернулся. Он отомстил за свою обиду. Красавицу звали Члерка.

Члерка поднесла руки к лицу, толстые пальцы, морщинистые руки, неприятно серого цвета. Словно впервые она ощупывала свое лицо, чужое, обрюзгшее тело было толстым и неповоротливым. Дышалось с натугой, легкие сипели и хрипели.

42
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru