Пользовательский поиск

Книга Холм демонов. Содержание - ГЛАВА ВТОРАЯ ПОНЕДЕЛЬНИК — ДЕНЬ ТЯЖЕЛЫЙ

Кол-во голосов: 0

— Совершенно точно. У меня даже создается впечатление, что эту авантюру с женитьбой на царевне, ультиматумами и всем прочим он затеял прежде всего затем, чтобы завладеть Мангазеей. И это не просто догадки — с недавних пор в городе появились подметные письма якобы от имени князя Григория, где он обещает в случае объединения его княжества с Кислоярским царством даровать Новой Мангазее положение вольного города, которого около двухсот лет назад ее лишил царь Степан. И многие верят! — Рыжий немного помолчал, глядя, как солнце медленно опускается за горизонт. — Но вас, Василий Николаич, конечно же, более заинтересует другое событие — а именно убийство воеводы Афанасия, который возглавлял нашу военную дружину в Новой Мангазее.

— Убийство?! — чуть не вскочил детектив. — Но при каких обстоятельствах?

— Увы, об этом я ничего толком не знаю. Кажется, его закололи кинжалом в собственном доме. Ну, то есть, в воеводничьем тереме.

— Стало быть, почерк иной, чем в случае с князем Владимиром, — отметил Василий.

— Подробности вы узнаете от Пал Палыча, — пообещал Рыжий. — Но главное, причины! Никто не может понять, кому и зачем потребовалось убрать Афанасия — он ведь вроде бы честно выполнял свои воинские обязанности, в дела мангазейцев не вмешивался…

— Выясним, — оптимистично заявил Василий. И со знанием дела добавил: — Подобные убийства просто так не случаются.

— Ну и еще третье, — продолжал Рыжий. — Тут уже загадка скорее монетарного характера… Ага, солнышко уже зашло, — перебил он сам себя. И действительно, над поверхностью болот виднелся лишь верхний край солнца, и прямая золотистая дорожка вела от него прямо к подножию холма.

— Ну, пойдем с богом помолясь, — пробасил майор, тяжело вставая и взваливая на плечи здоровенный рюкзак.

— Бог в помощь, — поднялся и Серапионыч.

— Если сам себе не поможешь, то и бог не поможет, — возразил Дубов, вставая следом за ними.

* * *

— Да, так вот насчет монетарной загадки, — как ни в чем не бывало продолжал Рыжий, пока они спускались вниз по склону холма. — До недавнего времени Мангазея расплачивалась с Царь-Городом в основном золотыми монетами, часто заморскими, это не считая натуральных продуктов. А последнее время оттуда стали поступать все больше отечественные деньги, медь и мелкое серебро. Нет, ну есть, конечно, и заморские золотые, но в них повысился процент фальшивости.

— Занятно, — хмыкнул Дубов и что-то черкнул к себе в блокнот.

— И более того, — продолжал Рыжий, — до меня доходят смутные сведения, что наиболее ценные монеты и даже изделия из драгметаллов в Мангазее просто изымаются из оборота и куда-то исчезают, как будто проваливаются в бездонную бочку. На текущей экономике это пока что никак не сказывается, но если данная тенденция продолжится, то это придаст дополнительный стимул к ликвидации Кислоярской государственности.

Серапионыч, слушая разглагольствования Рыжего, только дивился его образованности — в отличие от Дубова и Селезня, доктор еще не знал о происхождении царь-городского монетариста.

— Извините, господин Рыжий, но я не специалист в финансовых делах, — заметил Василий, — и едва ли смогу выяснить, куда уплывают деньги. Это, знаете, посложнее, чем расследовать какое-нибудь убийство.

— Ну, кое-что выяснить вы сможете, — возразил Рыжий. — В этом вам поможет наш колдун Чумичка.

— А кстати, как там Чумичка? — подхватил майор. — Хороший мужик, я его уважаю.

— Сейчас вы с ним встретитесь, — ответил Рыжий. — Глядите туда.

И действительно, за разговорами они спустились с холма и дошли до узкой лесной дороги. Там стояла карета Рыжего, а на месте возницы восседал Чумичка.

* * *

ГЛАВА ВТОРАЯ

ПОНЕДЕЛЬНИК — ДЕНЬ ТЯЖЕЛЫЙ

Василий Дубов проснулся от монотонной тряски и поначалу не мог сообразить, где он находится.

Прошлая ночь вся прошла в делах — сначала добирались от Горохового городища до Царь-Города, затем Василий входил в курс дел, давал последние напутствия майору Селезню и доктору Владлену Серапионычу, сам принимал напутствия от Рыжего и колдуна Чумички, а под утро выехал из столицы в крытой повозке в сопровождении странствующих скоморохов Антипа и Мисаила — они, по мысли Рыжего, должны были оказывать Василию всемерную помощь в его мангазейских расследованиях.

Сквозь разноцветные стеклышки в небольшом окошке проникал яркий свет — стало быть, день уже в полном разгаре. Детектив поудобнее устроился на куче соломы, служившей ему постелью, и извлек из кармана свой незаменимый блокнот. На последней заполненной странице значилось: «Новая Мангазея. 1. Утечка денег. 2. Убийство воеводы Афанасия. 3. Подметные письма».

— Ну что ж, это дело по мне, — пробормотал Василий. — Вот только с чего начнем?

Повозка была разделена на две неравные части: меньшую заднюю, где на соломе проснулся детектив, и более большую переднюю, откуда через полупритворенную дверцу до Василия доносилось лягушачье кваканье, перебиваемое некими драматическими стихами, которые с выражением читал один из скоморохов. Причем, судя по всему, читал он как минимум за двоих персонажей, не пропуская и авторских ремарок:

— Княжна Ольга: «Ах, Григорий, ты меня слышишь? Ты словно холодом нынче дышишь. Будто тебе я и не жена». Григорий: «Я твой супруг навеки, княжна». Ольга: «Господи, что ты сделал со мною? Как я стала его женою? Спала с глаз моих пелена». Григорий: «Теперь ты навеки моя жена». Ольга: «Твои глаза — будто острый нож!.. Нет, меня так просто ты не убьешь. Отыдь от меня, лживая мразь!». Григорий: «Поздно, любимая, теперь я — князь». Ольга: «Убийца ты, кровопивец, сатана!». Григорий: «Довольно! Прощайся с жизнью, княжна». Григорий бросается на Ольгу с мечом, та падает окровавленная. Ольга: «Умираю, не помолясь…». Григорий (с торжеством): «Все, теперь я полноправный князь!».

Василий встал с соломы и, стараясь сохранять равновесие, прошел в переднюю «комнату», наполовину увешанную разными театральными камзолами и уставленную прочим реквизитом — там Антип, высокий светловолосый человек, внешне мало похожий на артистическую натуру, расхаживая по ограниченному пространству, продолжал читать пьесу. Из чего детектив логически вычислил, что лошадьми правит Мисаил.

— Добрый день, Антип, — позевывая, сказал Василий. Антип оторвался от чтения:

— Добрый денек, Савватей Пахомыч! Каково почивал?

«Какой еще Савватей Пахомыч?» — удивился Дубов, но тут же вспомнил, что теперь его зовут именно так. И что в Новую Мангазею он едет отнюдь не как детектив Дубов, имеющий тайное задание от самого Рыжего, а как один из скоморохов, по имени Савватей. Глянув же в осколок зеркала, висевший на стене, он вспомнил, что лишился не только имени, но и привычного облика — и это произошло стараниями колдуна Чумички, выдавшего ему коробочку с чудо-мазью: если помазать ею лицо, то оно менялось до неузнаваемости. А чтобы вернуться в прежний облик, нужно было помазаться еще раз, но при этом произнести некое заклинание, которое Дубов затвердил наизусть.

— Ну как, Антип, скоро приедем? — поинтересовался Василий.

— Уж подъезжаем, — охотно откликнулся скоморох.

— Надо бы опробовать шкатулку, — вспомнил Дубов. — Где она?

— Да там же, где мы ее поставили, — ответил Антип, — за корзиной.

В углу стояла огромная корзина, из которой и доносилось громкое кваканье — в ней сидело с десяток лягушек. Василий достал из-за корзины неприметный деревянный ларчик, поднял крышку, затем вытащил лягушку покрупнее и посадил ее в ларец. Закрыл крышку, потом открыл — там лежала золотая монетка. Дубов вынул монетку, осмотрел со всех сторон, даже попробовал на зуб — нет, никаких причин подозревать ее в фальшивости не было. Однако, поместив ее обратно в шкатулку и открыв-закрыв крышку, детектив вновь извлек оттуда лягушку.

— Здорово! — только и выдохнул Антип. — Откуда у тебя такая?

50
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru