Пользовательский поиск

Книга Дом на холме. Содержание - Глава 8. Колыбельная для чудовищ

Кол-во голосов: 0

Она знала, что обязана выйти из дома не как-нибудь, а именно через дверь! Словно чумная, мисс Уиквилд спустилась по лестнице, миновала сжавшегося в комок на полу Томаса, пересекла холл...

Ручка, жалобно скрипнув, поддалась. Подняв голову, Дайна шагнула через порог и замерла: больше десятка Танцоров стеной стояли перед ней. Форменные мантии, черная ткань вместо лиц, безмолвие... Дайна отлично понимала, для чего все они здесь, и постаралась подготовиться. Танцоры – семья... части целого. Один умирает – остальные мгновенно узнают об этом.

Тени шли сквозь нее, шли прощаться, а мисс Уиквилд всем своим существом чувствовала их скорбь, такую же черную, как сами полупризрачные фигуры. Вскоре улица опустела.

Открыв глаза, Дайна увидела ту единственную, кто смогла бы поддержать и помочь. Что-то навсегда изменилось внутри. Наверное, именно сейчас исчезла наивная тринадцатилетняя девочка.

– Как теперь жить? – мисс Уиквилд буквально бросилась к жемчужной мантии.

Леди Александра крепко обняла ее, как не обнимал никто и никогда. Дайна вдруг по-настоящему сделалась маленьким напуганным ребенком, которым не имела права быть много лет.

– Ты справилась. – Из янтарных глаз катились слезы, они срывались и падали... срывались и падали...

Глава 8.

Колыбельная для чудовищ

Остро требовалось время подумать, вот почему не вызвало нареканий предложение «прокатиться с ветерком». Удивительные крылья пегаса мягко несли прочь... Жаль, что им не под силу заставить забыть.

Упругие струи воздуха гладили ее по бокам, а платиновые волосы щекотали лицо сквозь черную ткань. Дайна жутко боялась высоты, но сегодня это не пугало. Она просто обеими руками держалась за сидящую впереди, прижимаясь к жемчужной мантии.

Наконец взорам открылась ставшая знакомой школьная площадь, белый заборчик, темно-зеленая дверь. В особом приглашении не было нужды.

Оказавшись внутри, женщины направились прямиком на кухню. Найджел исчез из дома мисс Уиквилд, как и велено, даже воду за собой убрал. Дайна опустилась на стул и уронила лицо в ладони.

Ядовитая саможалость отравляла каждую клеточку. Меньше всего на свете она хотела сейчас быть собой. Выполнять пресловутый долг, как выяснилось, слишком трудно, Дайну раздавило осознание произошедшего.

– Я понимаю тебя, – мадам Бонмонт уселась напротив. – И их тоже понимаю. Майкл и Эрика мои ровесники. Знаешь, милая, у меня нет детей еще и потому, что наше проклятое бессмертие не передается.

– Бедный Томас. – Вспомнились отблески свечи в слезах на слипшихся ресницах.

– Эгоист, – фыркнула Леди Алекс. – Что бы о нас ни думали умники из Зала Призм, Танцоры такие же люди. Двести лет – очень долго...

– Он остался один! – Казалось, женщины говорят на разных языках.

– Мальчишка! Человек живет слишком мало, чтоб знать хоть что-то об одиночестве, – отмахнулась блондинка. – Мы еще дружили, когда он родился.

Леди Александра закрыла глаза и запрокинула голову.

– Первыми умирают институтские приятели. – От того, насколько спокойно рассуждала о смерти мадам Бонмонт, становилось не по себе. – А ты живешь. Потом гражданские сослуживцы... А потом уже не хочется заводить знакомств, чтоб не терзаться снова...

Завораживающий голос гулко отдавался в душе. Слушать гораздо проще, чем говорить, поэтому хозяйка дома не проронила ни слова.

– Лет сто назад, – продолжала мысль гостья, – не было недели, чтоб не погиб Танцор. Мы встречали смену, учили на ходу, а через пару месяцев прощались и с ними. Раз в год я «навещаю» товарищей: покупаю цветы, беру короткий отпуск. Теперь на цветы придется тратить еще немного больше.

– Но ты же продолжаешь жить, – возразила мисс Уиквилд.

– Хм, – блондинка загадочно улыбнулась. – Начнем с того, что мне не пришлось хоронить детей и... внуков. У меня их просто нет. Я не горю желанием жить вечно. Однажды ты придешь и за мной.

Дайна побледнела. Заметив это, Леди Александра поспешила ее успокоить в своей привычной манере:

– Ну, ну... Не стоит, моя дорогая, лет пятьдесят у нас про запас имеется. – Странные огоньки заплясали в янтарных глазах.

– Почему?.. – только и смогла выговорить та.

– Возможно, потому что я люблю своего мужа, – с каменным безразличием на лице заявила мадам Бонмонт.

Тут Дайна почувствовала, что пора менять тему, иначе можно договориться до чего угодно. Скользнув взглядом по кухонной двери, она вспомнила про позаимствованный зачарованный портрет, преспокойно лежащий на дне чемоданчика. Едва ли эта мелочь могла в чем-то помочь, а вот отвлечь от невеселых мыслей – запросто.

– У меня есть кое-что забавное, – как бы невзначай бросила Дайна.

– М-м-м?.. – невозмутимая блондинка изобразила заинтересованность.

– Минуту, – мисс Уиквилд встала из-за стола.

Уже на обратном пути на кухню она разгадала «хитрый план» Леди Алекс. Начни та жалеть и утешать, Дайна все еще сидела бы и скулила. Да, сказанное гостьей потрясло. Да, показалось неуместным, но полностью переключило внимание с бесполезного нытья на чуть менее бесполезный портрет.

– Чему мы улыбаемся? – осведомилась мадам Бонмонт, чуть приподняв бровь.

– Своим мыслям. – Рамка негромко стукнула о крышку стола.

– Хм... и еще раз «хм»... – Блондинка озадаченно почесала за ухом. – Не учитывая отвратительную рожу, занятная вещица. Откуда она?

– Из учительской, – призналась Дайна и почувствовала, что краснеет.

– Взяла без спроса... ай-ай-ай... – Леди Алекс хитро прищурилась и погрозила пальцем. – Впрочем, и это нам на руку.

– И чем? Прейвери чиста, я ее проверяла. Да, особа не из приятных, но... – договорить не удалось.

– А кто сказал, что это она? – Сумасшедший огонь озарил янтарные глаза. – Точно такой же портретик у нее стоит? И чему вас только учат?..

Александра Бонмонт рывком встала на ноги: у нее был вид гончей, взявшей след. Самооценка Дайны ухнула в подпол. Размышляя над тем, как бы реабилитироваться (прежде всего, перед самой собой), мисс Уиквилд напряженно молчала.

– Танцор делает выводы, основываясь на неоспоримых фактах, – воспользовавшись паузой, тоном уставшего от бестолкового ученика наставника продолжила Леди Александра. – Можешь считать, что у меня приступ паранойи, но... боюсь, все сложнее, чем кажется.

От стыда Дайну бросало то в жар, то в холод. Увы, она уже сделала все мыслимые и немыслимые ошибки, и самое главное: не вывела зачарованный предмет из строя.

– Перестань вести себя как монашка в мужской бане! – фыркнула блондинка. – Танцор превращает промахи в преимущества.

– Как? – убитым голосом спросила мисс Уиквилд.

– Увидишь, – заверила та.

Несколько минут спустя Дайна снова сидела на спине пегаса, вцепившись в мадам Бонмонт и крепко зажмурившись.

– Не все мои друзья на том свете! – перекрикивая ветер, сообщила Алекс. – Некоторые пока живут и здравствуют!

Мисс Уиквилд все еще чувствовала себя виноватой и предпочла промолчать. Никакие уловки не могли ей вернуть уверенность. И зачем эта картинка вообще понадобилась? Интересно, кто-нибудь еще совершил столько необдуманных поступков, или она, Дайна, рекордсмен Ордена?

Крылатая лошадь набрала высоту и прибавила скорости, от чего у мисс Уиквилд перехватило дыхание. А через некоторое время она все же заставила себя приоткрыть один глаз.

Ветер сделался значительно холоднее, под ногами стелилась белесая дымка, укрывавшая незнакомые неприветливые горы. Дайна негромко вскрикнула, когда крылатая кобылица камнем ринулась вниз... прямо на скалы.

– Отцепись, пожалуйста, – осторожно попросила блондинка. – Эта поездка определенно стоила мне пары ребер. Тем не менее мы на месте.

– Но вокруг нет ничего, кроме камней, припорошенных снегом! – не выдержала мисс Уиквилд. – И ради чего я здесь?

– Не знаю... – Женщина-загадка спешилась. – Лично я навещаю друга, который точно скажет, что это за портрет, кем сделан и для чего служит.

41
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru