Пользовательский поиск

Книга Демон острова Скаттери. Содержание - 14

Кол-во голосов: 0

Он подошел к окну и высунулся. Тотчас же на него обрушились ветер, дождь, град. Все вокруг завывало, ревело, свистело… Он прикрыл рукой глаза и всмотрелся во мрак. Змей обвивал подножие башни. Но голова его моталась из стороны в сторону, выискивая новую жертву.

Он должен привлечь внимание гада к себе. Халдор крикнул. Бесполезно! Он слышал, что ползучие твари глухи.

Молоток! Халдор вцепился левой рукой в стену, размахнулся и с силой швырнул молоток вниз.

Земля, мать Тора, притягивала молоток, и тот несся вниз с ужасающей скоростью. И он ударил по змею.

Халдор видел, что молоток упал где-то около головы и отскочил от тела гада. Пасть распахнулась, замелькал раздвоенный язычок.

— Я здесь! — закричал Халдор и замахал руками, чтобы привлечь внимание.

Чудовище заметило его. Оно стало поднимать узкий вытянутый череп все выше, выше… Халдор увидел то место, куда попал молоток. Кровь текла из раны и смешивалась с дождем. Красное четко выделялось на аспидно-черном.

Рана не была серьезной, но чудовище обуял холодный гнев. Оно не могло добраться до Халдора, но поднялось так высоко, что тот снова увидел ужасные ядовитые клыки. Затем голова опустилась и скрылась из виду на другой стороне башни.

Аспид обвился вокруг круглой башни, стремясь подняться наверх.

Халдор ухмыльнулся. Этого он и хотел.

Он должен все время высовываться из окна, чтобы змей не терял его из виду. А когда он доползет сюда, что будет не так скоро, Халдор переберется к другому окну. Он будет злить гнусную тварь все время — у него есть нож. А если понадобится, он принесет себя в жертву, чтобы выиграть время и дать возможность «Морскому медведю» отплыть подальше.

И он как-то внезапно успокоился, овладел собой. Все ужасы, которые обрушились на него сегодня, отступили. Их потеснили воспоминания: зеленые холмы Трандхейма, скалы фиордов, достигающие облаков, отец, мать, сестры, братья, Унн, дети, живые и умерший, их дом, Бриджит, прекрасная и соблазнительная…

И тут он увидел, что отвратительная голова совсем рядом — в ярде от него.

Он заглянул в беспощадные глаза, в зловещую пасть и увидел смерть…

Тогда он поднял голову к небесам и спокойно произнес:

— Тор, старый дружище, правь миром, пока он стоит!

И тут ослепительная вспышка разорвала небо. Грома Халдор уже не услышал, хотя его удар сотряс башню до основания. Невидимый хлыст опрокинул его, швырнул на пол и дальше во мрак.

…С трудом он очнулся и почувствовал твердые доски под собой. Все тело ломило. Больше всего болели уши. В них как будто вонзились тысячи иголок. Нестерпимый шум был единственным, что он слышал.

Но постепенно шум утих. Халдор пришел в себя настолько, что смог сесть и начал различать другие звуки, правда неясные. Он решил, что оглох и теперь уже никогда не будет слышать так хорошо, как раньше. Что поделаешь, человек стареет!

Когда боль немного унялась, он встал поискал глазами окно. Ветер уже сменил направление, дождь хлестал прямо в окно. Но это был мягкий ветер и дождь без града. Тучи понемногу разбегались, и буря почти отбушевала.

Халдор посмотрел вниз. Черный зигзаг вился по каменной стене, возведенной монахами, а под стеной башни лежал змей — почерневший, дымящийся, неподвижный.

Халдор все еще был оглушен, чтобы испытывать что-либо, кроме тупой спокойной радости. Самая безумная надежда его сбылась. Как знать, не было ли это деяние бога? Халдор Предсказатель Погоды только покачал головой. Но он помнил, что молнии нередко поражают тех, кто забирается слишком высоко.

14

Бриджит оставила Ранульфа в келье. Он что-то бормотал, но она смогла разобрать только имя Христа. Она пошла навстречу Халдору. Дождь превратился в изморось, ветер улегся, добродушно ворчала река. Воздух потеплел, и от одежды девушки пахло мокрой шерстью. И вдруг этот запах, такой домашний и привычный, перебило зловоние мертвого чудовища. Тело Каты стало всего лишь тенью у подножия башни. Бриджит подошла к часовне.

Ирландские пленники, которые укрывались здесь, начали выходить. Они уже успокоились. Стали появляться норвежцы, разбежавшиеся по острову. С их лиц еще не стерся безумный страх.

Но ни капли ужаса не было на лице человека, стоявшего впереди ирландцев. Оно было холодным и мрачным. Рыжеволосый крепыш в грязных отрепьях, свободный фермер, каких много видела Бриджит в своей стране, крикнул:

— Теперь ты довольна, лохленнская шлюха?

— Что?

Он плюнул на землю перед нею.

— Ты думаешь, мы ничего не видели, от страха уткнулись лицом в землю? У нас есть глаза. Я знаю, что ты спала с вождем язычников. Я слышал, как ты выходила ночью из шатра. Святой Шон освободил остров от чудовища, а ты вызвала его обратно. Имон был моим братом, потаскуха! Это ты обрекла его на смерть!

Бриджит отшатнулась, хотя никто не приблизился к ней. Она взглянула на толпу оборванцев и крикнула:

— Что вы понимаете! Я сделала это — да я ли? — чтобы помочь вам, уничтожить грабителей, отомстить за убитых, восстановить честь земли. Ведь вас всех продали бы в рабство!

Рыжеволосый стиснул кулаки.

— Ты спала с врагом. Ему даже не пришлось брать тебя силой, ты не сопротивлялась, как наши честные женщины. И ты призвала языческие силы, силы дьявола! Ты, которая была невестой Христа!

Вперед вышла женщина в грязных лохмотьях.

— Твой любовник убил моего мужа. Его люди изнасиловали меня, и ты смеялась вместе с ними, когда я боролась с насильниками. — Она скинула плащ, распустила волосы и упала на колени. — На тебя, Бриджит, распутница, пусть падет мое вдовье проклятие. Да не найдешь ты покоя в родной стране! Пусть трава колет тебя, камни подворачиваются под тобой, пусть гонят тебя от каждой двери, и пусть сам Бог отвернется от тебя!

Бриджит отступала, дрожа. Женщина показала на нее пальцем:

— Да будет так!

Она снова покрыла голову и смешалась с толпой пленников.

Силы покинули Бриджит. Ветер с реки Шеннон царапал ей лицо. Земля горела, как угли, под ее ногами. Воздух колол кожу.

Горькие слезы стояли у нее в горле. Она как будто лишилась рассудка, безумные мысли метались в голове: «Большой змей. Очень большой. Тяжелее стада быков. Что же они будут с ним делать? Разрежут и бросят в реку, пока не протух? Или съедят?» Девушка расхохоталась. Во всяком случае, то, что произошло здесь, не попадет в церковные хроники. Кости сгниют в реке, и следующие поколения обо всем забудут… Она повернулась и бросилась к башне.

У подножия лежал почерневший, сожженный молнией гад. Халдор стоял у алтаря своего бога, устремив взгляд на молоток, темный от крови.

— Как мой сын?

— С ним все хорошо. — Она остановилась перед Халдором и встретила его взгляд. Но она ничего не сказала о душе Ранульфа.

Халдор кивнул.

— Я так и думал. Я боялся, что яд… — Бриджит увидела красный след ожога на кисти. Она знала травы, которые залечат рану. Кривая улыбка появилась на губах Халдора. — Этот дракон, которого ты вызвала из глубин, был ужасен. — Над его светло-голубыми глазами выгнулись брови. — Ведь это сделала ты?

Она молча кивнула и опустила голову.

Он вздохнул.

— Вряд ли я могу винить тебя, Бриджит. Жаль, что погибло столько хороших людей, отважных моряков. Но для тебя они были врагами, которые пришли неведомо откуда разорять страну, убивать твоих соотечественников. Это была не месть, это была война.

Он медленно протянул руку и положил ей на плечо.

— Когда война кончается, — прошептал он, — заключают мир.

Она вздрогнула, но прямо взглянула ему в лицо, и голос ее был тверд:

— Что ты хочешь сказать, Халдор?

Снова печальная улыбка скользнула по его лицу.

— Я и сам не знаю что. Я скорблю о павших друзьях. Их семьи имеют полное право на свою долю добычи из того, что привезет «Морской медведь». Ты должна помнить, что я не хотел продолжать набег, который так печально кончился. Но меня связывала клятва. И теперь я могу увезти сына домой.

18
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru