Пользовательский поиск

Книга Четвертый вектор триады. Содержание - Слог 40 СНОВА НА АРЕНЕ

Кол-во голосов: 0

— Ты была совсем как мертвая. Я никак не могла тебя разбудить! Знаешь, они схватили Олега и других главарей мятежа. Мне страшно, Эола! Что с ним будет? Что будет со мной?

Эола молча уложила Ксану на свою постель. И, как в детстве, села около нее.

— Этот нескончаемый дождь, кажется, пьет мою душу… — продолжала девушка, и лихорадочный блеск глаз заставил эльфийку положить руку на ее лоб. — В городе ходят разные страшные слухи. Говорят, что с гор спустились чудовища. Они хватают девочек и пьют их кровь на глазах у матерей… А еще говорят, что змей Ирод снова выполз из своей пещеры, и казни теперь будут совершаться каждую ночь при свете факелов, а в тех факелах непрерывно должен гореть человеческий жир… Утром кухарка божилась, что видела в коридоре огромного волка-оборотня. Не успела она закричать, как он исчез, утащив баранью ногу, запеченную к завтраку.

— Ну, вот этот последний слух, скорее всего, правда. Разве ты не знакома с волком, умеющим исчезать и появляться, когда вздумается?

— Bay? Неужели это был он? Эола, ты возвращаешь мне надежду! Я уже решила броситься с башни на эшафот, чтобы соединиться с Олегом в его последнюю минуту!

— Что ты, милая, еще не вечер! Один нездешний философ когда-то сказал: «Dum spiro spero. — Пока дышу — надеюсь!» Мы еще поборемся за твое счастье.

Согревшаяся Ксана прижалась губами к руке старшей подруги.

— Ты ведь не оставишь меня, правда? Ты сказала, что уходила за помощью. Тебе ее обещали?

— Во всяком случае, мне объяснили происходящее. Все это напрямую связано с тобой, и я должна вооружить тебя знанием твоего Пути. Запомни мои слова и повторяй их себе, что бы ни происходило. Тебя ждет долгая-долгая жизнь! Ты облечена особым доверием и выполняешь особую миссию. Ты должна совершить нечто очень важное. Поступай так, как подсказывает тебе сердце, и ничего не бойся. Ты не одна. Нас тысячи.

— Нас? Ты хочешь сказать, что я — эльф?

— Нет! Ты больше, чем эльф. Ты — бодхисатва!

Широко раскрытые глаза смотрели на Эолу испуганно и изумленно. Новое слово, блуждая в подсознании, посылало на поверхность тени забытой памяти и лучи нездешнего, всепроникающего света.

— Бодхисатва, — четко выговаривая слова, продолала Эола, — это Сущность, достигшая Просветления. Например, человек, однажды освободившийся от круговорота Смертей и Рождений, но добровольно вернувшийся в Нижний Мир, чтобы нести людям Свет и Знание.

— Но я… Разве я несу людям что-либо? Я не похожа на добровольного узника плоти, описанного тобой. Я мало знаю и еще меньше умею. Здесь какая-то ошибка, Эола!

— Никакой ошибки нет, девочка моя. Ничто не дается даром. Даже бодхисатва должен трудиться не покладая души и рук, чтобы проявилось его величие. Мне сказали, что череда предсказанных событий ускоряется с каждым днем. У вас с Олегом уже совсем нет времени. Скоро, очень скоро тебе понадобится все твое мужество, вся сила души.

— У Олега времени действительно нет! Эола, неужели его казнят?

— Ну что ты! Разве вы с ним заслужили такой конец? Подожди… Кто-то настраивает флип на нашу комнату! Как думаешь, кто бы это мог быть?

Bay появился посреди комнаты бесшумно и мгновенно. Мягко ступая, он подошел к женщинам и, поклонившись старшей, повернулся к младшей.

— Bay, как я рада тебя видеть! — бросилась к нему Ксана.

«Я тоже! — откликнулся серк. — Виола пыталась с тобой связаться, но ей это не удалось. Она видела тебя только раз, да и то мельком. Поэтому я буду ре-транс-лятором. Как я понимаю, это глашатай, читающий на площади королевский указ».

— А как ты будешь это делать? — улыбаясь, спросила Ксана и осторожно положила свою руку на теплую лобастую голову.

«Очень просто. Закрой глаза и слушай!»

Голос, раздавшийся в голове принцессы, был незнакомым и знакомым одновременно.

«Здравствуй, Ксана. — Виола намеренно обошлась без титулов, и дочь короля поблагодарила ее неоформленной в слова волной ласки и доверия. — Через час во дворе начнется турнир по кулачному бою. Мой брат — в списке участников. Ты хорошо знаешь дворец. Что можно сделать, чтобы он не вернулся в тюремную камеру?»

Ксана вскочила и бросилась к окну. На арене для рыцарских состязаний суетились служители. Несколько рабочих обновляли обивку ложи для почетных гостей. Принцесса обвела взглядом с детства знакомый двор, и глаза ее загорелись сумасшедшей радостью.

«Если он побежит прямо на ложу, гвардейцы не успеют его остановить. Под синим гобеленом есть щель, ведущая в подвал, где садовник держит грабли и лопаты. Дверь в сад никогда не запирается. Из сада через малую калитку — в город, у Эолы возле рынка есть тайный домик. Там костюмы для переодевания и грим. Можно применить мой испытанный прием: переодеться служителями Господа. Через западные ворота сегодня проедет не меньше сотни святых отцов на моление в Асквиль. Затеряться среди них будет не сложно!»

«Значит, решено. — Виола думала стремительно и звонко. — Нам вполне по силам направить погоню по ложному следу. Куда-нибудь в восточную четверть. А вы тем временем проедете западными воротами! К вечеру и я выберусь за городскую стену. Ждите у Оленьего Источника. Олег знает где. Я буду не одна. Моего друга зовут Алекс. Он тоже один из шести. До встречи, и желаю успеха!»

Серк совсем по-собачьи лизнул Ксану в ладонь и исчез, оставив после себя слабый грозовой запах.

«Что она имела в виду, когда сказала „один из шести“?» — подумала принцесса, бросаясь в свою спальню и срывая на ходу измятое платье. Через минуту она появилась перед Эолой, одетая в охотничий костюм, в котором была в день знакомства с Олегом полтора месяца назад.

— Ты прекрасна, дитя мое, — улыбнулась Эола. — Я пойду с тобой. Нужно проследить, чтобы на лестнице и в коридоре никого не было…

Слог 40

СНОВА НА АРЕНЕ

Двор королевского замка

Два часа пополудни

Выйдя на площадку, Олег пошел по кругу, мягко поворачивая ступни. Грунт был не самый лучший, но по крайней мере под ногами не хлюпало. Тучи, низко висящие над мокрыми крышами, скрывали солнце, что исключало провокации с зеркалами. В песке арены не было заметно замаскированных нитей, колышков и прочих предательских штучек.

«Похоже, барон действительно под контролем», — решил Олег и, сложив руки на груди, замер в центре площадки.

Дамы в ложе оживленно переговаривались и бросали в его сторону разнообразные взгляды. Привыкший быть в центре внимания, менестрель спокойно ждал, когда его светлость изволит дать сигнал к началу поединков.

Наконец трубы герольдов простуженно протрубили атаку, и на арене появился первый противник.

Это был громадный аденомец, на две головы выше и почти вдвое тяжелее Олега. Двигался он недостаточно легко, что само по себе было обычным явлением среди гвардейцев, ведущих сытую, разгульную жизнь. Нос аденомца был заметно краснее лица. От внимательного взгляда ученика сатвийских Мастеров не ускользнула и легкая желтизна кожи щек, и замутненность белков глаз.

«Больная печень и слабый затылок, — почти вслух констатировал Олег. — Кроме того, отравленные легкие. Запах табака слышен за десяток шагов…»

— Тебе, брат, лечиться надо, — обратился он к противнику, опуская руки и выдвигая вперед левую ногу.

— После моего удара тебя вылечит только топор палача, — ответил гвардеец и под аплодисменты ложи двинулся на Олега.

— Сначала нос, — сказал юноша, ныряя под пошедшую вниз дубиноподобную руку и бросая правую ладонь навстречу налитому кровью носу. Отпрянувший аденомец хлюпнул багровой влагой и снова ринулся в атаку.

Руки и ноги нападающего бестолково метались из стороны в сторону, но никак не могли настичь неуловимого, как солнечный луч, Олега.

— Теперь печень, — объявил менестрель и в высоком вращательном прыжке впечатал пятку под грудную мышцу опешившего гвардейца.

Удар был так силен, что великан согнулся и, выпучив потухшие глаза, зашатался. Он стремительно побледнел и попятился прочь от проклятого бунтовщика, с сочувствием глядящего своими дьявольскими желтыми глазами.

68
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru