Пользовательский поиск

Книга Четвертый вектор триады. Содержание - Слог 21 СОВЕТ И ЛЮБОВЬ

Кол-во голосов: 0

— Быть самим собой, — ответил Страж и повернулся к Летте.

— И я приветствую тебя! — Девушка прикоснулась пальцами правой руки к сердцу и склонила голову. — Мне трудно быть собой, ибо я не знаю, что это такое, но я тоже пришла искать Испытания.

— Я передам ваши слова Мастерам. — Страж кивнул и направился к выходу. На пороге он остановился. — Будьте внимательны и чутки. Испытание может начаться в любую минуту. Даже вчера…

Он шагнул за порог и сразу скрылся из виду, как будто провалился под землю. Летта с трудом подавила детское желание пойти посмотреть, как он будет проходить сквозь стену Хаоса.

Вдруг прямо перед ней возник Сан.

Только что он стоял в четырех шагах и смотрел вслед уходящему Стражу. И вот он уже здесь, и глаза его горят холодным пламенем боевой концентрации. Плавным движением его руки поднялись к ее плечам. Пристально глядя куда-то вглубь, юноша замер в устойчивой позиции с прямой спиной и слегка согнутыми ногами.

И почти сразу девушка ощутила движение ци. Энергия могучими потоками вливалась в плечи и растекалась по телу, пробираясь к животу. Через несколько мгновений там возник плотный, пульсирующий теплой дрожью шар, связанный с каждой точкой тела тончайшими, но прочными нитями. Этот шар вселял уверенность, успокаивал, наполнял силой. Он сам был силой, и спокойствием, и уверенностью. Он был. И был только он. Все остальное не имело значения.

Мысленный голос Сана зазвучал в сознании спокойным речитативом:

«Пойми, что ты гостья в своем теле, а он — хозяин. Ты желанный, долгожданный, дорогой, но все же пришелец. Ты не знаешь, как и почему движется энергия, ты не знаешь, где она возникает и почему может иссякнуть.

Он знает.

Ты можешь знать тысячи разных вещей — понемногу обо всем. Он не знает этого. Но он знает все.

ВСЕ ОБ ОДНОМ.

О твоем теле.

Ты должна полюбить его. Ибо он умеет сделать тебя сильной и здоровой, нужно только дружить с ним и слушать его советы. И не мешать ему. Не травить его детей алкоголем, не душить его жену удушливым дымом табака. Не надрывать его отца гневом, а мать завистью. Не мучить его страхом и стяжательством, похотью и ложью, не хотеть лишнего и не желать зла.

И не отделять себя от него. Ибо он — это ты в Среднем Мире, а ты — это он в будущем. Он — твоя основа, ты — его мечта и надежда. Он — синица в руке, ты — журавль в небе. В бою помещай его в главную точку — из пустоты в полноту и из полноты в пустоту. И сила будет с тобой. В любви помещай себя в него, сверху вниз и обратно, и любовь будет долгой. Люби его, и он будет любить тебя. Ибо неразделенная любовь бывает только у тех, кто любить не умеет…»

Летта вынырнула из глубины дань-тяня[5] лишь через восемь ударов сердца, бьющегося размеренно и сильно. Сан уже опустил руки, и улыбка на его лице была ласковой и нежной.

— Пойдем, — сказал он и указал на широкий проем, открывшийся в стене за бассейном. — Я буду рядом, но ты не должна рассчитывать на мою помощь. Это твое Испытание.

— Я знаю, — ответила Летта и скинула плащ.

Сан поправил за плечом меч и повернулся к двери.

— Не пытайся перепрыгнуть бассейн, — он мягко ступил в воду, — нам может пригодиться мокрая обувь.

Кивнув, Летта присоединилась к нему. Они стояли по колено в воде и ощущали на лицах дыхание подземного коридора. Впереди была вода, и дерево, и огонь. Летте показалось, что в неровном свете факелов в дальнем конце туннеля блеснул металл, и, почувствовав движение Сана, она шагнула в проход.

Медленно и плавно две чуткие фигуры двинулись навстречу Неведомому…

Слог 21

СОВЕТ И ЛЮБОВЬ

Лэйм

Отроги Гаррского хребта, лагерь восставших

Вечер

— А я говорю, надо идти на Столицу! — ревел Гвалт, и его огненная грива металась над столом, подобно шаровой молнии. — Благородные перетрусили! Заперлись в замках и носа не кажут! Каждый дрожит за свою поганую шкуру! Мы сильны, как никогда! — При этих словах вождя присутствующие разразились криками одобрения.

Олег неимоверным усилием заставил Гвалта потерять нить речи. В обычных условиях тот под хорошую выпивку мог кричать до глубокой ночи. Олегу часто казалось, что попади рыжий агитатор в обитель Святой Марцеллы, и не далее как через пару часов монахини с кирками и вилами бросятся на приступ баронских замков. Тряхнув головой, Олег отогнал видение толпы благочестивых сестер, с бранью и удалыми возгласами карабкающихся по осадным лестницам.

— Вы не хотите видеть наших слабостей, легкие победы вскружили вам головы, — Олег обвел взглядом присутствующих. — Половина наших сил — рабы, еще не слышавшие лязга боевых доспехов. Они не только вооружены как попало, но и организованы кое-как. Кто из вас поручится, что они не побегут от железного ежа имперской фаланги? Представьте себя посреди этого сброда без двух сотен своих проверенных соратников! Нужно уйти в горы, разбиться на пять-шесть отрядов и заниматься обучением новобранцев. Набеги на замки и гарнизоны дают нам оружие и опыт. Мы должны молить Господа, чтобы король попозже обратил внимание на тревожные донесения с севера!

Гвалт все еще не мог выбраться из ментальных пут. Он бестолково крутил головой и разевал рот, как рыба на горячей жаровне. «Интересно, сколько я смогу его держать?» — мелькнула мысль, и Олег повернулся к новому оратору. Это был Тругл — атаман разбойников аденомского леса. Он для начала грохнул кулаком по столешнице, отчего кружки с вином судорожно подпрыгнули, тщетно пытаясь удержать взбесившееся пенистое пойло.

— Опять учиться? — вопросил Тругл, обводя слушателей налитыми кровью глазами. — Куда еще? И так всю весну деревяшками промахали! Опыт? Опыт, господин эльф, приходит в бою! Вы попробуйте втолковать моим ребятам, что вместо господских девок они должны спать с пустым желудком! Что мы в горах есть-то будем? Нас, почитай, тридцать тысяч собралось! И такую силищу мариновать? Идем на Столицу! — И под одобрительный гул собравшихся Тругл уселся на место, удовлетворенно поглаживая черную, как смоль, бороду.

— Да что тут много говорить, — вскочил на противоположном конце стола молодой Брент, приведший с собой три тысячи крестьян из окрестностей Идолбурга, — не за тем шли, чтобы антимонии разводить! Давить благородную сволочь! Мои мужики и сейчас-то ропщут: две недели уж без дела сидим. А ежели им кто про горы скажет, так они ж того человека живьем сожрут! Вы, конечно, тут решайте, а мы в горы не пойдем!

Брент сел, и на секунду Олегу привиделась черная полоса вокруг его шеи. «Недолго уж ему…» — подумалось вдруг. А у двери поднялся кто-то еще. Был он из новеньких, пришедших уже в этом месяце. Взгляд имел хитрый, язык острый, пил немного, словно боялся спьяну сболтнуть лишнее. Заговорил он негромко, но веско, будто медные гвозди в подковы вгонял:

— А почему бы это нам делиться на пять отрядов? А не для того ли, чтобы нас поодиночке гвардейцы повыловили? Может, я чего не понял, но все, что тут Оле-лучник предложил, врагу куда выгоднее, чем нам. На Столицу не ходи, сиди в горах, на подножном корму. А благородные пока соберутся с силами и стену вокруг Столицы достроят.

Было видно, что подобный взгляд на ситуацию большинству в голову не приходил, и теперь все озадаченно чесались, стараясь не встретиться взглядом с Оле-лучником.

— Ты хочешь сказать, что я предатель? — Олег медленно встал, всем корпусом оборачиваясь к говорившему. Воздух в комнате вдруг зазвенел, будто перетянутая струна. Цвета сместились, стены поплыли мутными волнами. Кое-кто начал отодвигаться, почувствовав назревающую схватку.

— Я только хочу услышать, куда это он то и дело ездит? Выезжает аж досветла, а приезжает на третий день к ночи. И лошадка всегда в мыле, будто скакала от самой Столицы?

— Это ты, Германец, брось! — ворвался в паузу обретший дар речи Гвалт. — Мы с Оле уже два года один хлеб ломаем. Он меня, если хочешь знать, не единожды от смерти спасал. А сколько он Черных Рыцарей собственноручно на тот свет отправил, так тебе столько зараз и видать нельзя, штаны намочишь! А что ездит он, так то, может, по моему приказу, почем ты знаешь? А вот ты у нас только появился и уже предателей ищешь?! — Голос Гвалта загромыхал уже совсем нестерпимо.

вернуться

5

Дань-тямь — энергетический центр в нижней части живота. Почти совпадает с центром тяжести тела.

40
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru