Пользовательский поиск

Книга Спящий во тьме. Содержание - Глава II Побольше вам подобных дней

Кол-во голосов: 0

– Со временем города-государства одно за одним подпали под власть римлян, своих соперников и бывших подданных в южных областях; так в конце концов этруски стали гражданами Римской республики, – докончил профессор Тиггз.

– Именно. Но прервемся же ненадолго. Как насчет самих табличек и необыкновенного материала, из которого они сделаны? Вы сказали, это некая металлическая субстанция, напоминающая золото. Не могли бы вы охарактеризовать ее подробнее?

На сей раз слово взял Гарри Банистер и во всех деталях описал загадочные свойства табличек: их удивительное внутреннее свечение, радугу оттенков, из которых складывалось сияние, и низкое, странно резонирующее гудение, временами издаваемое металлом. По мере того как он рассказывал, живые глаза старого преподавателя разгорались лихорадочным возбуждением.

– То, что вы говорите, просто-таки невероятно, – возопил профессор Гриншилдз, словно к его порогу только что принесли величайшее из чудес света. – Бесценное, бесценное сокровище, мистер Банистер, вот что это такое. Сокровище, которое вплоть до сего дня считалось лишь мифическим вымыслом. Никто не верил, что оно существует на самом деле. Таблички, соединенные в диптих, представляют собой образчик редчайшего из редких минералов Земли – этрусский электр, ни больше ни меньше!

– А что это такое, сэр? – осведомился мистер Киббл, спеша занести в блокнот все до последнего слова. – И, простите, как это пишется?

– Этрусский электр, вне всякого сомнения, мистер Киббл! Легенда об электре – больше не легенда! Древние авторы, его описавшие, отлично знали, о чем говорят.

– Но что он собой представляет? Что, этот материал обладает некими особыми свойствами или ценностью, помимо несказанной красоты? – полюбопытствовал доктор Дэмп.

– Еще бы, Даниэль, еще бы – и слово «бесценный» здесь просто бледнеет и меркнет! Согласно легенде, этрусский электр – дар самого Аполлона. Опаловое сияние и низкий гул считались эманациями потустороннего мира, таблички же служили своего рода инструментом, посредством которого живущие на земле могли общаться с запредельными сферами. Это и в самом деле совершенно особая разновидность электра – не сплав серебра и золота, но сплав этого мира и мира иного! Если верить летописям, этрусский электр был доверен расенам, чтобы немногие избранные из их числа, могущественные цари-жрецы, именуемые лукумонами – слово laucum, как расены называли своих владык, по-латыни транслитерируется как lucumo, – так вот, чтобы эти великие правители могли обратиться к Аполлону за помощью в час нужды.

Этруски, видите ли, были народом исключительно религиозным; они верили, что всевозможные явления природы на самом деле – знамения и приметы, посылаемые им богами. Ливий писал, что они «более всех прочих народов привержены к религиозным обрядам». Жизнь, считали этруски, это мимолетный сон, всякий день приводящий их в тесный контакт с божествами. На предсказателей – в их число входили и лукумоны – возлагалась обязанность истолковывать знамения и приметы и таким образом угадывать волю богов. Природа и направление молнии, изменения печени принесенных в жертву животных, полет птиц – все в глазах этрусских провидцев было исполнено особого смысла.

При этих словах доктор Дэмп и мисс Мона с трудом совладали с искушением оглянуться на мистера Джека Хиллтопа, сидевшего чуть позади: оба чувствовали на себе – или воображали, что чувствуют – его пристальный взгляд.

– Исключительно суеверный народ, – подтвердил профессор Тиггз, приглаживая седоватую щетинистую шевелюру. – Многие античные авторы, помимо Ливия, это отмечали. Даже среди самых глубоко религиозных культур тех времен этруски заметно выделялись. Необыкновенный народ, что и говорить.

– Именно. Их религии присущ исключительный для античного мира фатализм. Видите ли, этруски считали, что противиться судьбе бесполезно: все, что уже произошло или произойдет в будущем, предрешено dii involuti[21] – их расены называли «сокрытыми», или «тайными», богами. Весьма загадочные силы, скажу я вам, существующие в иной плоскости, над теми, кого мы назвали бы божествами более «обыденными», как, например, Аполлон, или Юпитер (этруски именовали его Тин или Тиния), или Вакх, известный им под именем Фуфлунс. Перефразируя Сенеку: этруски не считали, что события исполнены смысла, поскольку уже произошли; напротив, события происходили потому, что заключали в себе некий смысл. Во всех аспектах природы расены усматривали божественное вмешательство.

– Стало быть, этот сияющий металл, этот ваш этрусский электр, эти таблички – что-то вроде личного почтового набора богов? – сострил доктор Дэмп.

– Все происшествия, все явления природы не объяснялись логически, но воспринимались как прямое вмешательство некоего божества. Повторю пример, приведенный у Сенеки: этрусский предсказатель, увидев молнию, усматривал в ней некое подлежащее истолкованию послание. Во многих случаях считалось, будто природные явления могут предсказать события будущего. В конце концов именно этрусский прорицатель, некто Спуринна, посоветовал Гаю Юлию Цезарю опасаться мартовских ид – хотя на пользу Цезарю это, конечно, не пошло, поскольку его судьба уже была предрешена.

– Но, сэр, если этрусский электр и впрямь существует, – гнул свое мистер Киббл, – получается, что существует и бог Аполлон. А из этого, в свою очередь, следует, что боги античного мира – вовсе не порождение вымысла, а реальные существа из плоти и крови… или что бы у них там ни было… ни есть… так сказать…

– Ага! Да, это – один из возможных выводов, мистер Киббл. Однако кому судить, какие боги настоящие, а какие – ложные? Уж эту-то истину-то за целую жизнь ученых занятий я усвоил! Так вот, подаренный Аполлоном электр служил инструментом, при помощи которого избранные владыки расенов могли общаться с богом Солнца, узнавать его волю или просить его о заступничестве. Однако ж мне не верится, что любой лукумон Этрурии мог просто-напросто прочесть заклинание, начертанное на табличках, и обрести необходимую силу. Нет-нет, вряд ли это высокое право распространялось на всех и каждого. Дерзну предположить, что этим редкостным, совершенно особым дарованием Аполлон наделял немногих избранных лукумонов.

Разумеется, для богов античного мира более чем свойственно взыскивать своей милостью отдельных смертных превыше всех прочих. Достаточно заглянуть в Гомера и Вергилия, чтобы найти тому подтверждения. Ах, перед моим мысленным взором уже рождается величественная картина: один из могущественных царей-жрецов Этрурии, возлюбленных Аполлоном, облаченный в ритуальную пурпурную тунику, стоит перед табличками из электра и призывает всевластное божество внять его молитве и исполнить пожелание…

– Да, но что именно гласит надпись? – перебил доктор Дэмп.

– Сейчас… сейчас… я переведу, как смогу, – проговорил профессор Гриншилдз, снова берясь за пергаментный свиток, и принялся водить морщинистым пальцем по строкам, комментируя различные особенности текста. – Читать его, конечно же, следует справа налево. Вот… вот здесь, сверху, первые несколько строк служат своего рода кратким предисловием. Вот, видите… я скопирую текст в обратной последовательности, чтобы читать было проще… будь так добра, передай мне перо и чернила, Амелия, и чистый лист бумаги, и еще пюпитр… спасибо, дорогая… так вот, я перепишу текст в обратной последовательности, а затем снабжу знаки этрусского языка переводом. Двоеточия тут и там всего лишь отделяют одно слово от другого. Вот так. И вот так. А-га! Вот что у нас получилось…

И профессор продемонстрировал лист бумаги своим гостям. Значилось на нем следующее:

Спящий во тьме - any2fbimgloader1.jpeg

Еще несколько минут потребовалось профессору для того, чтобы завершить перевод. И наконец взглядам всех присутствующих предстали давно позабытые слова канувшего в небытие народа. Будто некий торжественный голос, далекий и таинственный, обращался к ним через головокружительную пропасть лет из тьмы незапамятных времен задолго до разъединения:

вернуться

21

Окутанными тьмой богами (лат.).

88
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru