Пользовательский поиск

Книга «Фирма приключений». Содержание - 19. Сделка

Кол-во голосов: 0

19. Сделка

В распоряжении Дины Ланн уже не оставалось много времени, а дел еще было невпроворот. Ей предстояло прежде всего уладить отношения с адвокатской конторой «Портиш и сын», на плечи которой она решила возложить все заботы о финансовом состоянии родителей, остающихся в городе. Вдобавок нужно было как-то успокоить стариков и вывести их из невменяемости, поскольку они все еще были оглушены происшедшими событиями: и вестью о предстоящем браке их дочери не с каким-то клерком Кифом, хотя он и был им симпатичен, а с самим президентом Бакеро, ну и конечно скоропалительным отъездом Дины за границу. Потом ей предстояло сделать прическу, подобающую невесте такого жениха, заказать несколько свадебных нарядов, пристроить на время в надежное место пуделя Сафара, которого ни с собой брать было нельзя (его почему-то недолюбливал, словно ревновал, Киф), ни родителям поручить (Сафар почему-то недолюбливал стариков). Затем Дина была намерена слетать к гимназической подружке Лизи, чтобы обрадовать ее неожиданной вестью о предстоящем браке, и непременно увидеться с подружкой Розеттой, чтобы этой же вестью ее огорчить, и так далее, и тому подобное. Наконец, предстояло сделать телефонный звонок любимому дядюшке, но это она решила отложить на потом, когда все прочие дела будут переделаны.

Личный вертолет президента Кифа Бакеро должен был забрать Дину Ланн с площадки шестнадцатого этажа вертолетного аэровокзала ровно в восемнадцать ноль-ноль. Сколько сейчас? О, куда так стремительно летит время? Ни секунды не мешкая. Дина набрала номер адвокатской конторы и попросила господина Портиша как можно скорее приехать к ней домой. Таким же телефонным образом она решила вызвать к себе двух подруг, чтобы, как говорится, одним выстрелом убить сразу двух зайцев, и задумалась на какое-то мгновение о судьбе пуделя, доверчиво лежащего у ее ног с вытянутым розовым языком и преданно глядящего в глаза хозяйке.

Увы, если бы только судьба Сафара тревожила в эту минуту Дину Ланн! Разговор с генералом Дороном хотя и внес некоторую ясность в их отношения, однако ни на йоту не успокоил девушку. Когда женщина одновременно и ненавидит и боится, можно без сомнения утверждать, что в этом коктейле ненависти всегда больше, чем страха, который, кстати, «от страха», простите за тавтологию, иногда вопреки всякой логике обращается в отчаянную смелость. Так родилось «условие», выдвинутое Диной Ланн в ответ на предложение Дорона, — однако, заметим в скобках, на что реально она могла рассчитывать, находясь с генералом примерно в таком же соотношении, как кролик с удавом или муха с паутиной, сотканной безжалостным пауком? Ну, пожужжала немного, показав, что умеет, что способна жужжать, ну, помахала недовольно крылышками или подергала носиком, как дергает кролик, прежде чем затихнуть перед завораживающим взглядом удава, — а что дальше? Дальше-то что?

В конце концов, если генерал хочет иметь возле президента Кифа Бакеро «своего человека» и этим «своим» избирает именно ее, Дину Ланн, в этом есть какая-то логика, и Дорон по-своему, вероятно, прав, рассчитывая на успех дела. Но Дина Ланн тоже намерена поставить перед ним условие, если уж иначе невозможно, и тут ей в логике тоже нельзя отказать. Она хочет прежде всего, чтобы Киф никогда не узнал об этом, даже не догадался и не имел основания догадываться. И чтобы, во-вторых, служба генералу Дорону ограничивалась каким-то разумным сроком, например, рождением первого ребенка. Не век же ей работать на генерала, тем более неужели Дорон не понимает, что даже агент, становясь матерью, перестает быть агентом, ибо обретает совершенно новые заботы, несовместимые с делами тайного осведомителя? Понимает? Вот и прекрасно!

— В таком случае, генерал, я хотела бы получить от вас на сей счет гарантии.

Дорон удивился, и, кажется, не тому, что услышал, а тому, что девушка оперирует такой сложной терминологией.

— Я дам вам гарантии. Дина Ланн, — сказал он, улыбнувшись. — Но не иначе, как в обмен на ваши.

Малоискушенная в подобных делах Дина Ланн некоторое время смущенно думала. Когда Киф предложил ей руку и сердце, она сказала ему тихое «да», и это было все, что гарантировало молодому человеку ее согласие, в котором он мог не сомневаться. Дина была воспитана в правилах, по которым или верила людям, или не верила им. И никакие закладные в банке, расписки, заверенные нотариусом, торжественные клятвы, данные в присутствии третьих лиц, не увеличивали ее веры и не уменьшали недоверия. Равным образом и она если что-то обещала Кифу, то не выполнить уже не могла, — да что Кифу, тому же генералу Дорону, когда расписывалась в том, что будет молчать обо всем увиденном и услышанном ею в «ангаре»: расписка была вне Дины Ланн, ей вполне хватало словесного обещания, которое она дала при оформлении на работу. Так или иначе. Дина была способна, общаясь с Кифом, в самом крайнем случае опоздать на свидание на какие-то десять или пятнадцать минут, и то из соображений «воспитательных», то есть невинных, а не потому, что не держала данное слово или была забывчива.

— Я вам обещаю! — твердо произнесла Дина Ланн, глядя Дорону прямо в глаза, и Дорон, подумав, не менее твердо ответил:

— Я вам тоже! Ну, вот и гарантии, не так ли?

И улыбнулся одними уголками рта.

Она почувствовала: не так! Ее словам можно было верить, а его? Жизненный опыт ничего не подсказывал Дине Ланн, и вовсе не знание этого человека, а чувство самосохранения как бы подталкивало ее изнутри, предупреждая: не верь ему, он злой и коварный, и если твое «да» есть «да», его «да» может оказаться «нет»! Стало быть, «я обещаю», увы, не проходит, что же тогда может «пройти»?

Дина прикусила нижнюю губу, мучительно соображая, и вдруг произнесла, поразив даже видавшего виды Дорона:

— Господин генерал, давайте договоримся так. Я вам открою какой-нибудь свой секрет, а вы мне — свой. Тогда не только я буду у вас в руках, но и вы — в моих. И мы сможем доверять друг другу:

— В каком смысле «секрет»? — несколько обескураженно спросил Дорон.

— Ну, тайну! — объяснила Дина Ланн, как будто перед ней сидел не крупный государственный деятель, чиновник, да еще с такой мрачной репутацией, как генерал Дорон, а близкая подружка вроде Лизи или Розетты. — Например, я могла бы сказать вам, что, кроме Кифа, за мной ухаживает и даже сделал предложение… ну, еще один молодой человек. Я назову вам его имя, только не открывайте его Кифу, он ревнив, хотя и сдержан. А вы мне, господин Дорон…

64
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru