Пользовательский поиск

Книга Время войны. Содержание - 18

Кол-во голосов: 0

Поэтому отряд Субботина потерял лишь несколько бронемашин и грузовиков. У двух танков слетели гусеницы. С тем танком, который подбили из гранатомета героические пехотинцы из Задубравской дивизии всего за день было потеряно три, но два последних можно было отремонтировать даже в полевых условиях.

— Хорошо поработали, молодцы! — подбадривал своих бойцов по общей связи майор Субботин, въехавший на территорию завода на командирской машине полевого управления фаланги. — Но не расслабляться! Это еще не все.

Однако это было уже все. Как раз в эти минуты майор Суворау уводил с полигона четыре последних танка своего батальона. Легионеры, которые в азарте боя бросились их догонять, застряли на полосе препятствий и решили — черт с ними, пусть уходят. Все управляемые ракеты были уже израсходованы, а стрельба с такого расстояния из пушки была пустой тратой боеприпасов.

Суворау, своими глазами видевший, что враги пришли с востока, отступал на запад. Канонада с той стороны не оставляла сомнений, что враг уже обошел Дубраву с флангов и надо торопиться, чтобы не оказаться в мешке.

17

Передовые фаланги легиона, наступая с севера и с юга, сомкнулись на перешейке еще до рассвета. Двигаясь несколькими колоннами в стороне от больших городов, они не встречали сопротивления и на путь от побережья до точки рандеву им хватило полутора часов.

Другие фаланги подходили из глубины. Они высаживались к западу от Чайкина и Бранивойсака, но не ввязывались в мелкие стычки в городах и на дорогах, а целеустремленно шли к перешейку, чтобы встать во вторую линию прикрытия.

К полудню уже все пятнадцать фаланг толклись на перешейке, четко выполняя приказ Бессонова — через границу округа не переходить.

Перейти ее — означало привлечь внимание двух соседних округов — Краснаморского и Уражайского. А этого начштаба легиона всячески пытался избежать. По крайней мере до тех пор, пока не будет подавлено всякое сопротивление на Закатном полуострове.

По этой причине директива, отданная главным силам западной группировки, была совершенно однозначной:

— Пока 5-я армия не начнет контрнаступление, границу округов не переходить. Ждать противника на перешейке под прикрытием минных полей.

5-я армия целинских вооруженных сил стояла ближе всех к перешейку с восточной стороны, и следовало ожидать, что ее бросят в бой первой, когда в соседних округах узнают о вторжении и его масштабах. Это и будет сигналом к атаке.

Как только 5-я армия завязнет на перешейке, фаланги, сосредоточенные по флангам, ворвутся на материк, займут незащищенный город Гаван и растекутся по океанскому побережью, создавая плацдарм для дальнейшего наступления.

Конечно, пятнадцать фаланг без труда могли справиться с 5-й армией и не дожидаясь ее в обороне. Но тогда другие соединения соседних округов отреагировали бы на вторжение слишком рано — раньше, чем успеют подойти с полуострова фаланги усиления. А Бессонов хотел выиграть время, хотел, чтобы как можно больше солдат и мобилизованных из материковых городов увезли на восток, прежде чем поступит команда отправлять их на запад.

Потому и утюжили перешеек саперные машины, которые расставляли по дорогам и полям чудо-мины эрланского производства — мины, которые не надо обезвреживать или снимать, чтобы пропустить собственные войска. Их можно отключать по радио — выборочно или все сразу. Не надо даже запоминать идентификационные номера мин — можно выделить на карте пространство, где их надо отключить, и компьютер сам во всем разберется.

Такая мина дороже обыкновенной тупой железяки нажимного действия на 8 экю. Ровно столько стоит антенна, блок питания и процессор, смонтированные на универсальном взрывателе.

Конечно, 8 экю — тоже деньги, часовая зарплата на порядочной планете, а на непорядочной бывает и недельная, но зато как повышается функциональность мины! Ведь ее можно по радио не только отключить, но и взорвать. Хотя нажимное действие тоже сохраняется — на то взрыватель и универсальный.

Такие вот мины и раскладывали саперные вездеходы по всему перешейку. А другие машины поднимали кучи земли направленными взрывами. Один взрыв — и готова индивидуальная стрелковая ячейка. Цепочка взрывов — и готов окоп полного профиля.

Впрочем, рядом вовсю старались экскаваторы и канавокопатели. Взрывы — это на тот случай, когда оборонительные укрепления надо выстроить срочно, в считанные минуты. А время пока терпит.

Целинская активность на линиях связи по-прежнему ясно показывала, что в Центаре еще не знают о вторжении на Закатный полуостров. В выступлении великого вождя Бранивоя по телевидению и радио в полдень по центарскому времени говорилось только о вероломном нападении амурцев с востока. И через три часа после этого ситуация нисколько не изменилась.

Целинский Генштаб продолжал запрашивать Чайкин о ходе мобилизации и требовать срочной отправки мобилизованных на восток.

18

Первый сигнал о неприятностях на западе поступил в Центар из Главного штаба ВМФ. Мощные корабельные радиостанции в открытом море приняли передачу генерал-лейтенанта Загаруйки и очень ей удивились. А поскольку уже было объявлено о начале войны, моряки поспешили доложить о странной радиограмме наверх.

Штаб ВМФ первым делом связался с военно-морской базой в Чайкине, и оттуда ответили, что все в порядке, Бобик сдох, а все сообщения об инцидентах в Закатном округе — это вражеская провокация.

Однако адмиралы, подобно матросам и офицерам, вовсе не хотели брать ответственность на себя и рисковать головой в случае чего. Поэтому они доложили о странной радиограмме еще выше.

Хотя в передаче Загаруйки говорилось, что штаб Закатного округа захвачен вражеским десантом, генералы из ГКВС первым делом стали названивать именно туда.

К этому времени начальник разведки легиона Сабуров уже сообразил, что мелкие утечки с каждым часом будут множиться, и если делать вид, что не происходит вообще ничего, то скоро даже самый последний идиот в Центаре поймет, что штаб округа захвачен врагом.

Поэтому пленный генерал Динисау под бдительным оком полковника Бессмертного ответил Центару, что да, в Чайкине высадилась небольшая группа мариманов-камикадзе с задачей посеять панику среди населения и сорвать мобилизацию. Что касается генерала Загаруйки, то этот предатель, пытавшийся спровоцировать нападение целинских частей на штаб округа, уже разоблачен и убит при попытке ареста.

— Почему сразу не доложили?! — горячились в столице, но штаб округа кивал на Органы, а Серый Дом клялся и божился, что вся информация была доложена лично генеральному комиссару Страхау.

К этому времени все телефонные номера Серого Дома были переведены на звездолет Сабурова и дезинформаторы работали прямо с орбиты. И это был очень удачный момент, чтобы подложить генеральному комиссару Органов большую жирную свинью.

Все прошло, как по маслу. Явившись к великому вождю с очередным докладом, генерал Садоуски между делом сообщил, что мариманы высадили в Чайкине диверсионную группу, а некто неизвестный, используя радиостанцию с позывными Органов, совершил попытку поднять мятеж и разрушить систему военного управления Закатного округа.

Садоуски благоразумно не стал спрашивать, знает ли об этом вождь. Но поскольку вождь не знал, реакцию его было трудно описать.

Генеральный комиссар Органов пережил много неприятных минут, стоя перед вождем навытяжку и выслушивая сентенции вроде такой:

— Если не хочешь, чтобы тебя расстреляли, пойди и застрелись сам!

Но вскоре оказалось, что у вождя есть для Пала Страхау более важное поручение.

Как раз во время их разговора в Цитадель пришло новое сообщение с запада, которое изначально было паническим и почти правдивым, но, пройдя через несколько инстанций и корректировок по методу «испорченного телефона», превратилось просто в еще один сигнал о том, что мариманские диверсанты в Чайкине пока не уничтожены окончательно.

51
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru