Пользовательский поиск

Книга Школа Джедаев-3: Рыцари Силы. Содержание - ГЛАВА 4

Кол-во голосов: 0

От изумления и неверия у Люка помутилось в глазах, но он снова заставил себя взглянуть на свои собственные черты. Он увидел бледные шрамы, полученные на Хоте при нападении ледяного вомпа. Его тело было накрыто коричневым плащом Джедая, руки сложены на груди. У бедра лежал Огненный Меч — цилиндр из сверхтвердого пластика, кристаллов и электронной начинки.

— Что же это происходит? — громко сказал Люк. — Эй!

Слова вибрацией отдались в его голове, но в воздухе не раздалось ни звука.

Наконец Люк взглянул на себя — на ту часть себя, что находилась в сознании, — и увидел бестелесный образ, нечто вроде призрачного отражения его тела, словно он воссоздал голограмму по своим представлениям о том, как он выглядит. Его призрачные руки и ноги казались окутанными развевающимся плащом Джедая, но цвета были размытыми и бледными. Все было окружено колышущимся голубым свечением, искрившимся при его движениях.

Внезапно Люк понял, что произошло, и его охватили страх и изумление. Ему уже приходилось несколько раз встречаться с такими вот колышущимися душами: Оби-Вана Кено-би, Йоды и собственного отца — Анакина Скайвокера.

Так значит, он умер? Это смешно, ведь Люк не чувствовал себя мертвым — но ему было не с чем сравнивать. Он вспомнил, как тела Оби-Вана, Йоды и Анакина исчезли после их смерти: от Оби-Вана и Йоды остались лишь скомканные плащи, а от Анакина — лишь пустые доспехи Дарта Вейдера.

Почему же тогда его собственное тело осталось лежать нетронутым на возвышении?

Может быть, потому, что он не был еще настоящим Мастером Джедаем, полностью отдавшимся Великой Силе, или потому, что он не был по-настоящему мертв?

Люк услышал гудение турболифта, поднявшегося в верхний зал. Этот звук показался жутким и неестественным, как будто Люк слышал не ушами, а какими-то другими органами чувств.

Двери турболифта открылись. Арту вытянул переднюю ногу на колесиках и выкатился наружу, медленно, чуть ли не почтительно двигаясь по полированной каменной дорожке. Дройд проследовал к высокому помосту.

Бесплотным мерцающим существом Люк встал перед своим неподвижным телом и радостно наблюдал за приближающимся к нему маленьким астромеханическим дройдом.

— Арту, как я рад тебя видеть! — сказал он. Люк ожидал, что дройд запищит от дикого возбуждения. Но Арту не подал никаких признаков того, что он услышал или обнаружил Люка.

— Арту!

Арту подкатился по наклонному скату к закутанному телу Люка. Дройд издал низкое, тоскливое гудение, выражавшее глубокое горе, — если дройды вообще способны на такие эмоции. Сердце Люка рвалось на части при виде того, как его механический друг смотрит на его тело; его оптический рецептор сменил цвет с красного на синий, затем обратно.

Люк понял, что дройд снимает показания, проверяя состояние его тела. Его интересовало, обнаружит ли Арту какую-нибудь разницу теперь, когда душа Люка была освобождена, но дройд не подал никакого знака.

Люк попытался подойти к Арту и потрогать его полированное бочкообразное туловище. Пришлось потратить какое-то время, чтобы сообразить, как переставлять свои призрачные «ноги». Его образ с удивительной текучестью заскользил по полу. Но когда Люк погладил Арту, его рука прошла насквозь.

Он не почувствовал ни контакта с пластилом тела дройда, ни ощущения пола под своими эфирными ногами. Люк попытался полностью пройти сквозь дройда, надеясь как-то задеть его датчики, но Арту продолжал невозмутимо снимать показания.

Словно прощаясь, дройд дал еще один печальный гудок, потом развернулся и с жужжанием медленно покатился назад к турбо-лифту.

— Подожди, Арту! — позвал Люк. Но он уже не надеялся, что дройд услышит его.

В голове мелькнула мысль: что, если вместо своих иллюзорных рук воспользоваться Силой? Он вспомнил, как они с Ганторисом с помощью легких толчков Силы гремели металлическими антеннами в воздушных развалинах Тибанополиса на Беспине.

Люк невидимо дотянулся и хлопнул по оболочке Арту, надеясь произвести громкий шлепок, который по крайней мере даст знать дройду, что что-то не так. Он вложил в толчок всю свою неосязаемую силу, и ему удалось вызвать лишь то, что показалось ему самому едва слышным глухим ударом по металлическому покрытию дройда.

Арту остановился, но, пока Люк собирался с силами, чтобы еще раз толкнуть его потоком Силы, дройд решил отмахнуться от необъяснимого звука и вошел в турболифт. Внутри Арту еще раз повернул оптический датчик к телу своего хозяина, дал низкий свисток, и двери захлопнулись. Люк услышал гудение платформы, устремившейся к нижним этажам Великого Храма.

Люк стоял в огромном гулком зале совершенно один — пробудившийся, но бестелесный и явно бессильный. Ему придется найти какой-то другой способ выбраться из этого затруднительного положения.

Он всматривался через застекленные отверстия в крыше Храма в густую черноту ночи, размышляя, что он может сделать для своего спасения.

ГЛАВА 4

Нетерпеливым ревом Чубакка поторопил последних членов отряда Сил Особого Назначения подняться на борт оставшегося военного транспорта. Остальные транспорты весь день сновали вниз и вверх, на околокорускантскую орбиту, перевозя оружие, оборудование и личный состав для ударных сил, уже собранных в космосе.

Тяжело вооруженная боевая группа состояла из одного конвойного фрегата и четырех кореллианских корветов — достаточная огневая мощь, чтобы захватить секретный мозговой центр Империи, базу Черная Прорва, и преодолеть сопротивление любого оружия, которое там изобрели ученые.

Последние трое отставших поспешно поднялись по трапу, одетые в легкие скафандры, неся на плечах туго набитые тюки. Чубакка проследил, чтобы солдаты пристегнулись ремнями на своих сиденьях, и нажал кнопку, чтобы поднять посадочный трап.

— Чубакка, твоя нетерпеливость делу не поможет, — сказал Трипио. — Уровень напряжения и так уже велик, и ты просто делаешь все еще хуже. У меня уже плохие предчувствия по поводу этой экспедиции.

Чубакка только зарычал на него, не обращая внимания на этот комментарий. В нетерпении он схватил дройда и с металлическим лязгом брякнул в единственное свободное кресло — к несчастью оказавшееся рядом с его собственным.

— В самом деле! — сказал Трипио, послушно пристегиваясь. — Я стараюсь, как могу. Ведь это не моя специальность, знаешь ли.

Чубакка устраивался в кресле, вовсе не рассчитанном на существо таких внушительных габаритов. Его согнутые лохматые колени оказались почти на уровне груди. Ему хотелось бы быть вместе с Хэном на «Соколе», но Хэн и Лея улетели навестить Скайвокера, и Чубакка понимал, что его долг — отправиться спасать пленников-вуки, оставшихся на Черной Прорве.

Остальные бойцы ударного отряда двигались в своих креслах, озираясь по сторонам, перепроверяя в уме списки оборудования и план действий. Оперативное ударное подразделение предназначалось для большинства операций на передовой линии при поддержке большой огневой мощи Новой Республики. Командующий Особыми Операциями генерал Крикс Мадин подробно проинструктировал Силы Особого Назначения по стратегии планируемого захвата. Солдаты были прекрасно выучены и знали, что делать.

Чубакке очень хотелось, чтобы пилот поторопился и поскорее взлетел. Он испустил долгий вздох, с тоской думая о Хэне. Но однако, он долгое время ждал возможности спасти несчастных рабов-вуки.

Когда он, Хэн и юный Кип Даррон были захвачены в плен адмиралом Даалой на Прорве, Чубакку заставили работать вместе с пленными вуки и на борту разрушителей, и на самой базе. Вуки провели в заключении больше десяти лет, их использовали на тяжелых работах, и воля к сопротивлению покинула их. Мысль об их загубленных жизнях заставляла кровь Чубакки кипеть в жилах.

Не так давно, воспользовавшись сомнительными способностями Трипио как переводчика, Чубакка обратился в Совет Новой Республики. Он убеждал их захватить базу и освободить пленных вуки, а также предотвратить попадание проектов нового оружия в руки Империи. Видя поддержку Мон Мотмы, Совет согласился.

7
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru