Пользовательский поиск

Книга Кореллианская трилогия-2: Смертельная схватка. Содержание - Глава шестая МНОГО СЛОВ, МАЛО ПРАВДЫ

Кол-во голосов: 0

— И вас прислали ко мне, чтобы взять отпечатки пальцев, сделать снимок моей сетчатой оболочки глаз и образец ДНК, — проговорила Белинди.

Служащая наклонила набок голову и криво усмехнулась:

— Во всяком случае, вам известна процедура проверки «на вшивость», которую применяют наши гэбисты. Если вы — подставная утка, то ваши специалисты знают свое дело.

Что на это скажешь? Поэтому Календа лишь промолчала.

— Вы не изменили своего решения относительно того, чтобы сделать заявление? — спросила охранница.

— Прошу прощения, — отозвалась разведчица. — Но я получила приказ. Приказ исходит от самого главы государства.

Ну, не вполне от главы государства, подумала Белинди про себя. Но ведь муж главы государства — человек, достаточно близкий к ней, хотя имя его звучит и не так внушительно.

— Я должна передать то, что мне приказано, только трем лицам: адмиралу Акбару, Мои Мотме или Люку Скайвокеру, — продолжала Календа.

Это тоже не вполне точно, хотя и недалеко от истины. Хэн Соло велел ей передать пластинку с информацией одному из трех перечисленных лиц, и никому больше. Если этого условия не выполнить, то ее содержание будет известно капитану «Наритуса» через какие-то пять минут. А этого допустить нельзя. И без того много каналов утечки информации. Чтобы не вызвать паники, да и по ряду других причин, нельзя, чтобы сведения о готовящемся заговоре с целью инициировать взрыв звезды стали известны посторонним людям.

— А не многого ли вы захотели, а? — покачала головой охранница.

— Не я пишу приказы, подруга. Я их только выполняю, — отрезала Календа, про себя добавив: «После того, как я их переписала по собственному усмотрению».

— Клянусь пылающими звездами, как бы мне хотелось, чтобы и мне писали такие приказы те же самые люди, — ответила охранница. — Похоже на то, что пожелания ваши сбываются.

— Что? — воскликнула Календа. — Что вы хотите этим сказать?

— Я мигом, — проговорила женщина и с этими словами вышла из карцера. Календа заметила, что она оставила дверь открытой.

Это что — ловушка? Наверное, они решили, что если она не та, за кого себя выдает, то воспользуется возможностью для побега. Может, и в самом деле следует сбежать? Что имела в виду эта женщина, говоря о том, что ее пожелания сбываются? Уж не намерены ли эти люди пригласить какого-нибудь специалиста по выколачиванию признаний? Во всяком случае в словах охранницы кроется какая-то угроза. Хотя нет. Зачем морочить себе голову? Допросить ее давно бы смогли, если бы захотели. Пусть ее допрашивают. Ничего, кроме правды, они не узнают.

И все-таки мысль о том, что кто-то намерен использовать новейшую аппаратуру, чтобы проводить какие-то опыты над ее сознанием, не очень-то утешала Календу.

Когда охранница вернулась в сопровождении высокого угрюмого мужчины, мысль эта показалась молодой женщине еще менее утешительной. Кто это? Дознаватель? Высокий, худощавый мужчина, белокурые волосы, голубые глаза. Одет в форму пилота-истребителя Республиканского флота, но без знаков различия. На дознавателя совсем не похож. И лицо его кажется знакомым. Они с ним никогда не встречались, это факт. И все-таки…

— Меня зовут Скайвокер, — произнес незнакомец. — Вы хотели поговорить со мной?

Глава четвертая

ДОМАШНИЕ ЦВЕТЫ

«Сокол» плавно сошел с орбиты для парковки, по которой вращался вокруг Дролла, и устремился к поверхности этой планеты. Чубакка, занимавший свое привычное место второго пилота в правой части командного отсека, издал нервный стон, увидев приближающуюся к ним землю.

— Не надо беспокоиться, — произнес Кью-найн, привинченный к полу сзади Чубакки. — Вы значительно углубились в оборонительные порядки Дролла. Наша стратегия по принципу «тише едешь — дальше будешь» дала свои результаты.

— Мне бы твою уверенность, Кьюнайн, — заметил Эбрихим. Из-за своего маленького роста дроллу пришлось встать на сиденье пилота, чтобы смотреть в передний иллюминатор. Он был привязан, хотя и понимал, что едва ли ему придется оставаться на одном месте, если обстановка осложнится.

Для дролла Эбрихим был высок, хотя и понимал, что такое определение человеку ничего не скажет. Рост его составлял метр с четвертью. У него была короткая густая шерсть, которая была светлее на лице и на горле. Подобно всем дроллам, у него были короткие, оснащенные когтями, покрытые шерстью ноги и руки. Как и большинство дроллов, если судить по человеческим стандартам, он был тучноват. В глазах дроллов это не было недостатком, но некоторая полнота вдобавок к волосатости представляла известное неудобство для такого преисполненного чувства собственного достоинства дролла, как Эбрихим. Особенно когда он имел дело с людьми. Слишком уж многие из них готовы были относиться к дроллу как к живой плюшевой игрушке. Уж не поэтому ли дроллы так старались казаться чересчур важными.

Кьюнайн обратился к Чубакке.

— Мой хозяин зачастую слишком осторожничает, — сказал он. — Я рад, что вы не похожи на него.

— Я совсем не осторожничаю, но я в то же время не настолько самоуверен, как некоторые. Защитные системы Дролла не усложнены. Они предназначены для обнаружения скоростных судов, имеющих агрессивные намерения. Думаю, мы миновали все заградительные линии, которые известны мне и которые смог обнаружить наш корабль, но это вовсе не значит, что мы гарантированы от сюрпризов.

Простонав, Чубакка замотал головой.

— Если допустить, что я вас правильно понял, то я вполне с вами согласен, — проговорил Эбрихим. — Я тоже встретился со многими неожиданностями во время данного путешествия. — Он посмотрел на экран монитора, установленного в командном отсеке, и увидел на нем троих детей, лежавших в каюте на своих койках, использовавшихся в обычное время в качестве кушеток.

Хорошо, хоть в данную минуту эти сорванцы не безобразничают. Когда же они разойдутся, то хоть вон беги. И какого рожона он согласился стать их наставником, только небу известно. По своей глупости он решил, что преподавание основ кореллиановедения детям могущественной и влиятельной женщины окажется делом не только занимательным, но и даст ему, старому дроллу, ряд преимуществ, которых иначе у него бы не появилось. Но эта временная и «увлекательная» работа привела к тому, что в него стреляли и выгнали за пределы планеты.

— Все образуется, — успокоительным тоном произнес Эбрихим. — Спокойно приземлимся на поверхность родной для меня планеты. Там вы сможете отремонтировать свой… э-э-э… корабль.

Эбрихим хотел было наградить «Сокол» непочтительной кличкой, но вовремя спохватился, увидев выражение лица Чубакки. Отношение вуки к этому летающему саркофагу было довольно сложным. Он то пел ему дифирамбы, то проклинал его на чем свет стоит.

— Небольшие ремонтные работы ничуть не помешают кораблю, пока вся система подвергается воздействию гравитационного поля, — подхватил слова Эбрихима Кьюнайн. Кьюнайн Эксту смутно напоминал своего далекого родственника — астромеханического дройда серии «К-2». Говоря точнее, роботы серии «Кьюнайн» представляли собой опытный образец, смонтированный на шасси Арсевен более поздней модели. К результатам опыта специалисты подходили двояко. Одни утверждали, что опытный образец — это крест на инженерной мысли. Оптимисты же придерживались того мнения, что делать окончательные выводы еще слишком рано.

Поведение Кьюнайна не всегда служило аргументом в его пользу. Чаще всего он лишь досаждал всем. Создавалось такое впечатление, что у Кьюнайна этакий бзик — выводить своего хозяина, да и не только одного его, из равновесия, а затем доказывать свою незаменимость. Во время нападения мятежников на резиденцию генерал-губернатора Кьюнайн спас жизнь Эбрихиму. Это обстоятельство лишний раз напомнило наставнику, до чего полезно иметь в своем распоряжении шибко умного дройда, который страсть как любит проявлять инициативу. Но при всех своих достоинствах Кьюнайн умел быть чрезвычайно назойливым и надоедливым.

15
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru