Пользовательский поиск

Книга Дух Татуина. Страница 14

Кол-во голосов: 0

— Сколько у нас времени?

— Чип позволяет потратить не более пятнадцать миллионов, — ответила Лея. — Прости. Никогда не думала, что ставки даже до половины этой суммы поднимутся, но из-за имперцев…

— Про это мы попозже поговорим, — Хэн запихнул детонатор в карман, затем показал на искусственный лекку на столе. — Лучше надень-ка его обратно.

Оставив Ц-ЗПО, Хэн и Лея, все еще замаскированные под деваронца и тви'лекку, направились к ВИП — павильону Хорма. Подойдя к полю-зеркалу, они наткнулись на двух людей-телохранителей, которые преградили им дорогу. Оба держали руки на бластерах и чувствовали себя намного привычнее в шелковых костюмах, чем люди Маубо.

Высокий парень указал в конец зала:

— Пиво там, приятель.

— Я за толстяком, а не за пивом, приятель. Цена поднялась до четырнадцати миллионов, и публика разинула рты. Хэн посмотрел мимо охранников и обратился к своему отражению в поле-зеркале: — Тебе лучше впустить нас, Хорм, если не хочешь, чтобы все узнали, кто продает картину.

Через мгновение через поле просунулась толстая рука, махнув им, чтобы заходили. Внутри их ждал бледный хаттоподобный человек, перегнувшийся через перила своего мощного репульсорного кресла. Короткие красновато-коричневые волосы и толстый, почти бесформенный нос несомненно свидетельствовали о том, что эта личность — Трекин Хорм.

Он уставился на них маленькими глазками, но вроде бы не узнал.

— С чего вы взяли, что кого-то здесь интересует, откуда картина? — Хорм не предложил им присесть; было попросту некуда. Стол и кресла были убраны, чтобы поместилось его репульсорное кресло. — Татуин известен тем, что тут не задают вопросов.

— Не думаю, что здесь кого-то это интересует, — холодно сказала Лея. — Но есть один Совет на Корусканте, который весьма заинтересовало бы, что делает президент Совета с утерянными культурными ценностями Алдераана.

Хорм развел руками:

— У Совета есть расходы.

— Небольшие, — кончики искусственных лекку нервно дергались за спиной Леи. — Новая Республика предоставляет вам рабочие помещения, а пожертвования уцелевшим намного превосходят отчисления на зарплату и прочие расходы.

Хорм мягко улыбнулся, затем махнул своим телохранителям и показал Лее на выключатель на стене.

— Включите звукоизоляцию. Когда Лея нажала на включатель, глаза Хорма опасно сузились. — Многовато вы знаете про дела алдераанцев для тви'лекки.

— У нас свои источники, — перебил Хэн, цена поднялась до четырнадцати с половиной миллионов, аукцион приближался к завершению. — Но у вас есть выбор.

— Сколько вам надо? — спросил Хорм. — Предупреждаю, если сумма слишком велика…

— Нет, — ответил Хэн. — Оставьте все себе.

— Да ну? — брови Хорма подскочили. — Так зачем вы здесь?

— Потому что картина не должна достаться имперцам, — ответила Лея. — Вы же алдераанец, вы должны понимать.

— Вы что, взываете к моей совести? — Хорм усмехнулся. — Вы, шантажисты?

— Мы взываем к вашему чувству самосохранения, — возразила Лея. — Если Совет узнает, чем вы занимаетесь, вас обвинят в краже.

— А если узнают, что вы продали имперцам «Закат Киллика», — добавил Хэн, — наймут охотника за головами. Так что или вы проведете остаток своей очень короткой жизни, скрываясь от убийц, или уйдете с… — он прислушался к текущей цене, — четырнадцатью миллионами семистами пятьюдесятью тысячами. Решайте, потому что аукцион скоро завершится.

Хорм посмотрел на Хэна пару секунд, затем тряхнул щеками в знак согласия.

— Хорошо. Его кресло двинулось вперед, чтобы он мог просунуть руку через зеркальное поле. — Мне все равно были не по душе эти имперцы.

Телохранитель вошел в павильон. Когда Хорм проинструктировал его, цена уже поднялась до четырнадцати девятисот.

Грис непринужденно произнес:

— Пятнадцать…

Толпа возбужденно заговорила, заглушив дальнейшие слова Гриса. За это время телохранитель Хорма добрался до сцены. Маубо подняла руки, призывая людей успокоиться, но те не реагировали. Хэн поблагодарил их про себя.

У сцены телохранителя остановил гаморреанец, который, казалось, понимал лишь один приказ — не пускать никого на сцену. Наконец их заметил родианец и направился поговорить с телохранителем. К этому времени Маубо утихомирила публику. Выдержав паузу для пущего драматизма, она обратилась к Грису:

— Думаю, мы все слышали названную цену, но не могли бы вы повторить ее еще раз?

— Пятнадцать миллионов кредиток, — Грис сумел создать иллюзию, что был более чем готов повышать цену. — Новореспубликанских, само собой.

По сцене пробежал капитан охраны. Все взгляды метнулись к нему, кроме взгляда Китстера Банаи — он не отвел бинокля от «Заката Киллика» с того самого момента, как Селия вынесла картину.

Квентон коснулся своего уха, затем посмотрел на павильон Хорма. Похоже, кто-то из его людей разнюхал, что Хэн и Лея там делали.

Капитан поднял руку:

— Пятнадцать миллионов пятьсот!

Маубо хотела принять цену, но родианец добежал и остановил ее руку, чтото шепча ей на ухо, и посетители аукциона начали в любопытстве перешептываться.

— Пятнадцать пятьсот, — повторил Квентон. Маубо не приняла его цену, и он что-то шепнул в свой воротник. Десяток крепких парней стали подходить к сцене со всех сторон зала, не бегом, но медленно и неуклонно проталкиваясь через публику. Все они были примерно человеческого роста и держали одну руку под плащом, накидкой или курткой, достаточно свободной, чтобы скрыть оружие.

— Опять пугают, — пробормотал Хэн. Он вызвал Чуи и сказал ему держаться подальше от глаз имперцев, за их спинами, а затем вынул бластер. — Ну когда же они научатся?

Глаза Хорма округлились от испуга.

— Где… как… у вас не должно быть оружия!

— Не должно? — Лея вытащила бластер из потайной кобуры на бедре. — А то я не знала.

Квентон перед сценой вновь повторил цену — на этот раз угрожающим голосом:

— Я предлагаю пятнадцать с половиной миллионов.

Маубо посмотрела на него, затем на штурмовой отряд, проталкивающийся к сцене. В ее темных глазах вспыхнул гнев, но выражение лица не изменилось, пока она размышляла о том, что лучше — пойти против Империи или повредить своей репутации, поддавшись угрозам Квентона.

Не имея возможности повысить цену, сквибы стояли рядышком, продолжая держаться дерзко и немного нахально.

Лицо Маубо потемнело, и Хэн знал, какое из двух зол она решила выбрать. Глядя Квентону в глаза, она произнесла:

— Мне сказали принять последнюю цену сквибов. Публика онемела от удивления, а Маубо посмотрела на павильон Хорма. — Владелец решил, что продавать картину той Империи, что уничтожила Алдераан, — возмутительно.

Сквибы закричали от радости и принялись обниматься, хохоча и треща что-то на своем языке, ухмыляясь Квентону. Он бросил на них взгляд, подобный выстрелу из бластера, а затем сказал что-то в свой воротник.

Штурмовой отряд побежал, отшвыривая зрителей с дороги — или просто сбивая их и буквально прыгая по головам. Толпа в панике побежала. Зрители рванулись к выходам и почти остановили бег штурмового отряда. Возвышаясь метра на полтора над головами людей, Чубакка умудрялся выглядеть испуганным и растерянным, несмотря на то что бежал прямиком за империями.

Маубо приказала гаморреанцам стать перед сценой и обернулась к Селии:

— Унеси картину…

Где-то глубоко под сценой раздалась серия взрывов, за которой последовал короткий треск и приглушенный визг стрельбы из бластерных винтовок.

— Что это? — спросил Хорм, наклонившись вперед, от чего его кресло закачалось. — Что это за взрывы?

— Явно не взрывы аплодисментов, — отозвался Хэн. — Квентон отправил один отряд прорываться с черного хода.

Хорм включил комлинк и отправил обоих телохранителей на сцену, охранять картину из мха. Лицо Маубо исказилось от ярости. Она махнула Селии, чтобы та подождала — бесполезно, — и повернулась к Квентону.

Сквибы уже захватили инициативу, проскользнув мимо телохранителей и накинувшись на капитана.

14
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru