Пользовательский поиск

Книга БАЙКИ ИЗ БАРА «100 РЕНТГЕН». Содержание - 9. Кукольная страсть.

Кол-во голосов: 0

— Они, что, сговорились?! Хотят загнать меня в аномалии?

Оглядывая поле в поисках спасительной лазейки, Сапёр заметил слабо мерцающий шар пространственной аномалии.

— Знать бы, куда меня выбросит, — пробурчал сталкер, осматривая шар. — В «Жарку» или «Трамплин». Или куда хуже, в «Карусель». Вот тогда я повеселюсь.

Сапёр оглянулся. Загонщики приближались. К лаю собак и голосам людей добавилось глухое подрыкивание диких кабанов. У человека, загнанного в угол, других шансов на спасение не оставалось.

— Какая разница, погибнуть от клыков кабанов или сгореть в «Жарке»? Смерть неприятна в любом случае. Но, шагнув в аномалию, я сам себе подписываю смертельный приговор, а оставшись здесь, позволю животным погубить себя. Мне никто не сказал, что, ждёт меня по ту сторону аномалии. Даже мой верный детектор, направленный в сторону шара молчит. Может, в его молчании таится подсказка?

Не мешкая, сталкер перекрестился, поправил заплечный мешок и смело шагнул вперёд, в пространственную аномалию. Он ждал, что его окутает облако боли, тьма, конец жизни, но вместо этого, Сапёр увидел ослепительно белое сияние, лёгкое головокружение, небольшую заложенность в ушах. Его ноги крепко стояли на твёрдой земле, лёгкие вдыхали чистый, без вредных примесей воздух. Камень, зажатый в руке, безмолвствовал.

Сияние быстро теряло свою силу, открывая взору человека удивительную картину. Казалось, человек по прежнему находился на поле, но под его ногами, вместо пожухлой, жесткой поросли, росла мягкая, изумрудно-зелёная трава. Над головой сияло яркое солнце, облаченное в густо-синее покрывало неба. Вдалеке темнел зелёный лес.

Не веря своим глазам, сталкер вынул из заплечного мешка детектор. Прибор, созданный для обнаружения радиационного фона, не издал ни одного писка.

— Что это за место? — сам у себя спросил Сапёр и удивился собственному голосу, прозвучавшему необычно уверенно, с небольшой примесью радости. — Спросить бы у кого… Здесь, так красиво, я бы остался здесь жить. А ты? — обратился он к камню. Но черный посланник Монолита молчал, словно не знал, что он должен сделать в этом случае.

Взгляд Сапёра привлек человек, вышедший из леса.

— Вот кто поможет нам во всём разобраться…

Человек приветливо помахал сталкеру рукой, приглашая приблизиться. Лес, казавшийся издали тёмным и непроходным, а человек — красивой девушкой. Стройную фигурку прикрывало сшитое в форме балахона платье. Сапёр тщательно пригляделся. Его одолевали сомнения, но всё же, ему казалось, что эта девушка совсем недавно явилась ему во сне. Блестящие волнистые волосы, живые внимательные глаза, приветливая белозубая улыбка, синие, под цвет неба глаза.

— Как тебя зовут, красавица? Что это за место?

— Я — Ева! А это место, оно такое красивое, правда?

Сапёр согласно кивнул головой. Девушка с каждой минутой нравилась ему всё больше и больше. Звуки её голоса очаровывали слух. Она продолжала говорить:

— А это место я называю Эдемом. А как зовут тебя?

Сапёр смотрел на неё и думал:

— Ева! Красива неземной красотой. Место, названное ею Эдемом. Случайно ли он попал сюда или его привёл камень?!

— Значит, тебя зовут Ева?! Что ж, тогда я Адам, — произнёс сталкер — Жизнь продолжается!

9. Кукольная страсть.

— Товарищ главный старшина! — тонкий, умоляющий голосок, прозвучавший над головой вывел Аркадия из равновесия. — Пожалуйста!

— Котёнок, что ты от меня хочешь?! — молодой человек энергично вскочил с кровати, но удерживаемый нежной девичьей рукой, уселся на смятое одеяло. — Неужели трудно запомнить, что я не люблю, когда меня называют «главным старшиной».

— Прости, — девушка с кукольной внешностью прижала тоненькую узкую ладошку к пухлым губкам. — Когда я обращаюсь к тебе «товарищ главный старшина», я представляю тебя мужественным и бесстрашным моряком, стоящим у руля боевого парохода.

— Корабля, — поправил Аркадий. — Боевыми бывают только корабли. Но я никогда не стоял у руля. Вся моя служба прошла в боевом посту, расположенном на уровне ватерлинии.

— Не люблю, когда ты так говоришь, — капризно поморщилась девушка. — Я ничего не понимаю в ватерлиниях, рангоутах, шпангоутах. Все эти слова кажутся для меня ругательными.

— Я знаю, что тебе нравится, — молодой человек не скрывал раздражения, вызванного капризами девушки. — «Скажи я красивая? Повтори! Неужели я могу кому-нибудь понравится» — передразнил он девушку, жеманясь и кокетничая.

— Вредина! — объявила кокетка, но твердой руки не выпустила. — Знаешь, куда ударить.

Аркадий сердито засопел. Сцена, повторяющаяся каждую неделю, грозила превратиться в ссору, сопровождаемую метанием молний и пролитием слёз.

— Давай не будем ссориться, — без всякой напыщенности вдруг произнесла Юлия. — Я просто не хочу, чтобы ты сегодня уходил. Мне приснился нехороший сон, а ты знаешь, что я верю в сновидения.

— Котёнок! — Аркадий, отбросив ненужный гнев, решил добиться цели обходным манёвром, поговорить с девушкой откровенно. — Ты прекрасно понимаешь, что ни один твой сон, предвещавший неприятность не сбылся, что каждый раз я возвращаюсь живой и невредимый. А эти утомительные переговоры только расстраивают тебя и раздражают меня.

— Понимаю, — «котёнок» прильнул к руке возлюбленного, обхватив его за талию. Волнистые белые локоны упали Аркадию на колени, скрыв смущенное лицо девушки. Молодой человек убрал вьющиеся пряди с маленького носика, огромных кукольных глаз, детских припухлых губ, открывая любимую. — Но не понимаю, почему ты хочешь меня бросить и отправиться в свою любимую Зону. Чем она лучше меня?

— Ну о чём ты говоришь?! — Аркадий хотел вскочить, но ему мешала голова девушки, лежащая на его коленях. — О каком сравнении может быть речь!? Ты прекрасная, нежная, добрая. А Зона, ей нет четкого определения. Она одновременно добрая и жестокая, доброжелательная и опасная. Если бы ты хотя бы раз сходила со мной, то возможно, поняла, почему меня тянет туда.

— Товарищ главный старшина! — Юлия не унималась. — Я понимаю, что в Зоне ты постоянно сталкиваешься с опасностями. Но, если бы ты задумался, то понял, что Зона вокруг тебя. Твоя плазменная панель — это контролёр, властвующий над твоим разумом. Соседка с нижнего этажа — самая настоящая плоть, всё время вижу её жующей. Входной тамбур нашего подъезда — это смердящие подземелья Агропрома. Сосед с лестничной площадки — самый настоящий зомби. Бутылки из под пива и бычки от сигарет, валяющиеся возле мусоропроводов, — артефакты. Горящая на лестничной площадке лампочка — аномалия. А я человек, нуждающийся в твоей помощи.

— Нет, с тобой невозможно разговаривать. Тебе всё надо перевернуть с ног на голову. Вот мы с тобой, выясняем отношения, в безопасном доме, а в Зоне сейчас кто-нибудь гибнет. Люди, наслушавшись рассказов об артефактах, стремятся попасть в Зону во что бы ни стало. Их не останавливает радиация, блокпосты военных и милицейские патрули на дорогах. Их не пугает присутствие в Зоне бандитов, мутирующих животных, пространственных аномалий. Этим первопроходцам везёт, если в первом путешествии вмести с ними идёт опытный сталкер. Тогда у них есть шанс вернуться домой, к детям и женам, здоровыми и невредимыми. Но чаще всего, выскочивший из камышей кабан, рёв благородного оленя, принимаемый за рык снорка — пугает неумелых сталкеров настолько, что забыв обо всём, они бегут в разные стороны. Сутками, днями, неделями они блуждают по Зоне пока не погибнут или пока не встретятся с людьми, подобными мне.

— Я поняла, — произнесла, став в одночасье серьёзной и взрослой, Юлия. — Обещай мне, что когда ты вернешься, то пойдёшь со мной в кинотеатр, навестишь моих родителей, все вечера проведёшь со мной.

Аркадий вздохнул. Он был готов обещать всё, что угодно, лишь нежное существо, облаченное в полупрозрачную пижамку, перестало хныкать и отпустило его в Чернобыльскую Зону отчуждения. Там, в краю, поражённом радиацией, поросшем пораженными деревьями, встретив испуганного, изголодавшего новичка, он почувствует себя настоящим сталкером, оправдывающим своё имя — Спасатель.

10
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru