Пользовательский поиск

Книга За Русь святую!. Содержание - Глава 21.

Кол-во голосов: 0

Юго- Западный фронт, самый удачливый. Здесь будет задействована Особая армия. Гвардия. Части Юго-Западного фронта должны нависнуть над флангами противостоящих Румынскому фронту сил, создать опасность наступления. Между тем, я предлагаю провести здесь новый Луцкий прорыв. По-моему, стоит применить следующую тактику. На слабых участках фронта создать прорывы и создавать угрозу окружения вражеских сил. Естественно, противник начнет отход. Тогда наши части, которые находятся напротив них, переходят в наступление. У противника будет несколько вариантов действия. "Тушить" порыв, заставлять отойти прорвавшиеся части. Это отвлекает силы с других участков фронта, ослабляет противника. На оголенных участках опять же создается опасность прорыва. Второй вариант: отход частей, которые оказываются под угрозой обхода. Противник покидает укрепленные позиции, а в голом поле мы сможем с ними более или менее легко справиться. Луцкий прорыв это великолепно показал. Третий вариант: противник оставляет свои силы на позициях, но перекидывает сюда силы с других фронтов. Мы все равно остаемся в выигрыше.

Однако сам Юго-Западный фронт и Румынский мы должны ослабить. Черноморский флот должен перебросить как минимум пять дивизий отсюда на Босфор. Действия Кавказской армии я предлагаю проработать Николаю Николаевичу Юденичу, только-только прибывшему из нее. Однако, Николай Николаевич, прошу Вас учесть, что и Кавказская армия должна выделить для Босфорской операции наличные части.

Воцарилось молчание. А потом - как будто лавина. Сразу заговорили, заспорили, начали обсуждать предложения Кирилла, критиковать или защищать его идеи. Началась работа…Сизов все-таки смог добиться оживления, смог добиться инициативы…Пусть работают, пусть думают. Начало положено…

Глава 21.

- Кирилл Владимирович, мне несколько стыдно Вас беспокоить по этому поводу, однако ни комендант Ставки, ни кто-либо другой пока что…

- Что случилось, Александр Дмитриевич?

Только что закончилось собрание главнокомандующих, многие еще остались в кабинете для того, чтобы уже начать разрабатывать план совместных действий. А вот контр-адмирал Бубнов выглядел несколько взволнованным. Он был таким и во время собрания, однако Кирилл не придал тогда этому большого значения…

- Видите ли…

- Передайте Юденичу, что с этого дня я объявляю себя диктатором, буду издавать законы и карать изменников, - начал с мрачнейшим выражением лица какой-то молодой офицер, пошедший в кабинет Бубнова. - Передайте ему, чтобы немедля зашел ко мне в гостиницу. Вас же я пока что оставлю на своем месте.

Александр Дмитриевич сперва был поражен этим заявлением, но виду не подал: он понял, что у собеседника есть некоторые проблемы с рассудком. Интересно, кто же это? В Главном Морском Штабе наконец-то выяснили, что…

"Молодой Герман Руссов только-только прибыл с Балтийского флота. Врачи вынесли диагноз помрачение рассудка в силу душевного волнения. Помещен в психиатрическое отделение морской больницы. Три дня назад - сбежал"

Разум Руссова не выдержал того, что офицер пережил в Кронштадте, откуда еле-еле сумел скрыться…

- Здравствуйте, Вы не подскажете, когда придет Александр Дмитриевич? - этот же офицер явился на квартиру к Бубнову, где его встретила жена контр-адмирала.

- А Вы по какой надобности его разыскиваете?

- Видите ли, я явился за тем, чтобы убить Александра Дмитриевича, - с совершенно серьезным видом заметил офицер.

- Вот даже как, - жена Бубнова не растерялась, контр-адмирал уже успел сообщить ей о Руссове. Вообще-то он, как доложил комендант, уже был препровожден "в надлежащее место". Но…

- Видите ли, он прибудет нескоро, похоже, ближе к полуночи, - ответила жена после короткого разговора по телефону. Бубнов уже знал, что возле дома лучше не появляться…

- Значит, я зайду в следующий раз, - откланялся Руссов.

- Похоже, я знаю, в чем тут дело, - Кирилл Владимирович начал нечто подобное припоминать. В мемуарах Бубнова…Да, точно! - Значит, это произошло сегодня днем?

- Именно, Кирилл Владимирович, - Сизов попросил контр-адмирала обращаться не по уставу. Излишний формализм еще никому добра не приносил…

- Я разберусь с этим, - судьба подбросила Кириллу еще один шанс.

Через считанные минуты Сизов уже выходил из непрезентабельного здания, в котором находилось контрразведывательное управление Ставки. За ним следовало несколько сотрудников контрразведки. Кирилл решил тряхнуть стариной. К тому же ему было известно, куда этот Руссов направился.

В ресторане царила не самая веселая атмосфера. Лишь пять или шесть столиков были заняты задумчивыми офицерами, еще два три облюбовали гражданские, кажется, снабженцы, приехавшие улаживать какие-то дела в Ставке. А у самой сцены располагались те двое, за кем и пришел Сизов.

Кирилл Владимирович переоделся в "штатское". Темный френч, легкий плащ, широкополая шляпа, выражение "по форме "радость" на лице. Таких двенадцать на десяток в присутственных местах и университетах. Никто на него особого внимания не обратил: чиновник решил прокутить жалованье, и что с того? Может, пофорсить решил, потому и приоделся пошикарней. В Ставку такие приезжали часто, надеясь получить протекцию или подольститься к начальству, найти местечко потеплей, поближе к гигантским доходам от снабжения армии. Сизов сел за пустующий столик на пути между "целью" и выходом из ресторана.

А тот самый Руссов и еще один "объект" сидели за столиком около сцены, выпивая один стакан шампанского за другим. Внезапно он напрягся, лицо его покраснело, кулаки сжались, и Герман стал буянить. На пол полетели бокалы, отчего ресторан наполнился звоном разбивающегося стекла, а из уст Германа полилась бессвязная речь. Началась суматоха. Несколько офицеров и прислуга подлетели к столу, надеясь утихомирить разбушевавшегося посетителя, а тем временем "объект" направился к выходу, надеясь незаметно скрыться.

На самом деле, это ему удалось: Сизов и не думал препятствовать. "Объект" оказался на улице - и почувствовал, как ему в спину уперся ствол "браунинга".

- Guten Tag, Herr Spion den grossen Deutschland, - издевательским тоном произнес Кирилл Владимирович. - Думаю, обойдемся без лишнего шума?

К "объекту" спереди подошли трое агентов контрразведки, тоже в штатском. На лицах их застыло такое выражение, что, похоже, немцу совсем расхотелось думать о побеге.

- Вы правы. Шуметь незачем. Но, надеюсь, Вы поделитесь тем, как Вы смогли меня так быстро найти? - не двигаясь, ответил "объект" совершенно без акцента.

- Может быть, может быть…

Немногочисленные прохожие многозначительно поглядывали на странную компанию, видимо, поняв, что тут дело нечисто. Четверо "штатских" кольцом окружили пятого, высоко поднявшего голову и с гонором поглядывавшего на своих конвоиров. Надо отдать должное агенту "Великой Германии", держался он на высоте. Сизов заочно похвалил вражескую разведку, подобравшую человека, даже внешне похожего на славянина. Похоже, шпион был из сохранившихся в Пруссии потомков полабских племен.

Кирилл решил лично допросить арестованного шпиона: почувствовал, что это дело можно и нужно использовать в интересах целой страны.

- Итак, похоже, с документами у Вас выше всяких похвал. Василий Исаевич Квасов, родились в…

- В Варшаве, в семье присяжного поверенного Исаия Николаевича Квасова и урожденной польки Олександры Мацеевской. Учился…

И этот гад еще улыбался при рассказе!

- А своей настоящей биографии не желаете рассказать? - ухмыльнулся Кирилл. - Знаете, для общего развития.

- Для общего развития? А, понимаю, - кивнул этот русоволосый, подтянутый, кареглазый "объект". Высокие скулы, чуть-чуть косые глаза, ямочка на подбородке, не пропадающая с лица многозначительная полуулыбка. Немец играл на нервах Кирилла. Ну да ладно, он же, наверное, и не предполагает, что Сизов бывалый уже. Очень и очень бывалый. Да и разведка далеко шагнула после Первой мировой, а такого теоретического запаса за спиной у немца нет. - Я не имею никакого желания рассказывать о себе. Думаю, что Вам не надо причины этого рассказывать?

62
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru