Пользовательский поиск

Книга За Русь святую!. Содержание - Глава 14.

Кол-во голосов: 0

А корабли, чьим командам все-таки можно было доверять, направились к Петрограду и Кронштадту. Кирилл Владимирович, написав телеграмму, где сообщалось, что император, пока что только устно, передал ему диктаторские полномочия, приказал подавить мятеж матросов в этой крепости на пороге волнующейся столицы. И приказал подавить всеми мерами. Такая же телеграмма пришла и командующему Балтийским флотом, и командирам кораблей гельсингфорской эскадры. Там же сообщалось, что в столице положение хоть и невероятно трудное, но все-таки порядок вот-вот будет установлен. Также требовалось, чтобы продолжалась информационная изоляция гельсингфорских частей от столицы и предместий. А в конце Кирилл намекнул, что надо сохранять присутствие боевого духа даже при самом худшем развитии событий…

Шульгин Василий Витальевич - сын профессора истории Киевского университета, в 1900 году окончил юридический факультет, монархист, известен публикацией в газете "Киевлянин", статья первого номера которого заканчивалась словами: "Этот край русский, русский, русский!". Выступал против еврейских погромов, открыто заявляя об этом в печати (номер газеты был изъят, а сам Шульгин на некоторое время арестован). Депутат II-IV Госдумы от Волынской губернии, лидер фракции националистов, сторонник политики Столыпина и противник отмены смертной казни. В начале войны ушел добровольцем на фронт, ранен во время одной из атак. Сторонник кандидатуры Родзянко на пост министра-председателя Временного правительства.

Глава 14.

А вечером по городу уже распространялись листовки и газеты с воззванием Кирилла Романова.

Несколько солдат и двое рабочих по складам читали листовку, наклеенную поверх театральных афиш.

"Всем! Всем! Всем! Что делают с нашкодившими детьми родители? Они их порют, но все-таки прощают. Люди, хватит митинговать, хватит проливать братскую кровь, хватит крушить чужие дома и лавки, втаптывать в грязь хлеб! Враг стоит у ворот. Думаете, германец не дойдет до Петрограда, до Тамбова, до Волги, до Иркутска, до Владивостока? Ошибаетесь! Враг не успокоится, пока не заставит склониться головы под ярмом чужаков! Вы сами хулили немцев, чьи предки века назад приехали сюда, в Россию. Так как же будут относиться к вам те германцы, что пришли на Русь день, два, три назад? Те, кто по-русски говорить не умеет, кто плюет на кресты, кому все равно, что ты гнешь спину на заводе, исходишь потом, идя за плугом, умираешь от жара пекарского! Они во что ни ставят труд людской, им важна только выгода, прибыль, деньги, что они заработают! Они отнимут ваш хлеб, то немногое, что вы приносите голодным и замерзшим детям, чтобы накормить своих солдат, что убивают ваших братьев, детей, отцов!

Но наши солдаты еще воюют, они истекают кровью на фронтах, мерзнут в Румынии и Прибалтике, стоят насмерть на полях Украины и в лесах Белоруссии! И вы бьете им в спину? Вы плюете на то, что ваши соотечественники гибнут, оберегая вас, храня от германцев и турок, вам все равно, что сотни их гибнут, не получая винтовок и патронов с заводов, который вы покинули! Вы плюете на то, что тысячи наших солдат попадают в плен, преданные теми людьми, которых вы хотите освободить из тюрем! Вы плюете на то, что идете за людьми, которые призывают к концу этой войны и началу новой, со своим же народом! За мир без аннексий и контрибуций?! Но за что вы тогда сражались, за что бились эти годы, за что гибли ваши братья, дети, отцы, друзья? Ради чего вы работали на пределе своих сил?! За победу! За свободу нашей страны от ига германца и турка! За свободу братских народов и шанс вздохнуть свободно, не оглядываясь на голодного до вашего хлеба и ваших жизней соседа! Вы дрались за землю и волю! И теперь - вы от нее откажетесь? Откажетесь от тех трудов, от пота и крови, пролитых вами за прошедшие годы? Откажетесь от погибших родственников? Откажетесь от свободы? От своей земли? От своей веры? От уверенности в завтрашнем дне? От заветов отцов и дедов? Ради чего?! Ради немецкого ига и голода? Одумайтесь!

Русские люди, петроградцы, всех, кто вернется в свои дома и на свои заводы, всех, кто прекратит бить в спину солдатам своей страны, бить в спину соотечественникам, что вот-вот подарят величайшую победу своей стране, каждому ее жителю, всех таких простят, обо всех их выступлениях забудут, простят!

Люди, я обещаю, что скоро мы все сможем вздохнуть свободно, что вот-вот еда и тепло вернутся в город! Я клянусь Господом Нашим, что все изменится, что будут земля и воля, работа и тепло, вера и надежда! Только -прекратите бит в спину своим же собратьям! Прекратите волноваться, возвращайтесь на работу и в дома!"

Это был первый шаг на пути к восстановлению порядка. Люди должны были хотя бы задуматься, прочтя это воззвание. Кирилл надеялся заставить их думать в том же направлении, что и он - а это уже был один из лучших способ убедить человека. Так же в газетах говорилось о состоянии немецкой, австро-венгерской и турецкой армий. Сизов сумел припомнить (или "приукрасить") сведения о вражеских войсках. Особенно досталось Порте. Кирилл уверенно говорил о слабости ее армии, о том, что нужен просто сильный удар в сердце врага, чтобы извечный враг христианства упал на колени перед русским оружием. Но требовалось терпение, время перед броском, силы, достаточные для решающего удара. Кирилл также напомнил петроградцам, что в Берлине и Вене - голод, люди умирают от недоедания, не менее полумиллиона могил уже вырыли в сырой земле за всю войны для тех, кому не хватило буханки хлеба. Но немцы еще держатся, волнений нет, они верят в победы своего оружия. "Так чем же мы хуже???" - вопрошал Кирилл. "Отчего не верим в своих солдат, в своих защитников, который год бьющихся за нашу свободу?" - добавлял Сизов.

А в конце Кирилл разместил песню, которая постоянно приходила ему на ум в те дни.

Вспомнили Вы нас и вскормили

Отчизны родные поля,

И мы беззаветно любили

Тебя Святой Руси земля.

Мы дети Отчизны великой,

Мы помним заветы отцов,

Погибших за край наш родимый

Геройскою смертью бойцов

Теперь же грозный час борьбы настал, настал

Коварный враг на нас напал, напал,

Напал и каждому кто Руси сын, кто Руси сын

На бой с врагом лишь путь один.

Пусть каждый и верит, и знает,

Блеснут из-за тучи лучи

И радостный день засияет

И в ножны мы вложим мечи.

Теперь же грозный час борьбы настал, настал

Коварный враг на нас напал, напал,

Напал и каждому кто Руси сын, кто Руси сын

На бой с врагом лишь путь один.

Кирилл надеялся, что и эта песня станет шагом к победе, к тому, что народ все-таки сможет дождаться окончания войны, или хотя бы Сизов получит передышку.

А думцы уже договорились отправить делегацию от Временного Комитета к царю, навстречу, в Псков. По последним сообщениям, его поезда не смогли добраться ни до столицы, ни до Царского села, и императору пришлось повернуть к штабу Северного фронта, к Рузскому. Он также был вовлечен в дела Милюкова, Гучкова и прочих, желавших произвести переворот и посадить другого правителя, не лучшего, но удобнейшего…

Ночью в Ставку начали прибывать телеграммы от командующих фронтами и Балтийским флотом (о Черноморском, по обыкновению, забыли). За некоторое время до этого от Родзянко пришла телеграмма и Алексееву, начальнику штаба Ставки. Стонавший от усталости и постоянных звонков телефона, раздававшихся в его кабинете, терзаемый температурой, он уже не ходил цензурных слов для того, чтобы высказаться о сложившейся ситуации. Да и желания переубеждать царя от выезда в мятежные районы не было. К тому же Алексеев еще не знал, что подъезды к Петрограду охвачены восстанием.

Чуть позже Родзянко воспользовался последним шансом убедить царя сделать хоть что-то.

"Государь, не медлите. Если движение перебросится в армию, восторжествует немец, и крушение России и с ней династии неминуемо. От имени всей России прошу Ваше Величество об исполнении изложенного, - безотлагательном созыве законодательных палат и призыву новой власти на началах, изложенных в предшествовавших телеграммах. - Час, решающий судьбу войск и Родины, настал. Завтра может быть уже поздно. Последний оплот порядка устранен. Правительство совершенно бессильно подавить беспорядок. На войска гарнизона надежды нет. Лишь Великий князь Кирилл и возглавленные им части встали между Думой, домом министра внутренних дел и озверевшей толпой. Но его полномочий все равно не хватает для подавления восстания! Уже убивают офицеров взбунтовавшиеся запасные батальоны, готовые примкнуть к восставшим толпам".

43
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru