Пользовательский поиск

Книга Татарский удар. Страница 24

Кол-во голосов: 0

Придорогин слушал очень внимательно, чуть наклонив голову набок и сцепив пальцы на колене. Прикладная психология, кажется, учит, что такая поза не слишком льстит собеседнику, но Володе было не до психологии и даже не до прикладов. Сначала он ожидал подвоха — не чаем же его поить выдернули, должна быть какая-то подляна, — потому слова подбирал осторожно и аккуратно. И старался не шепелявить — водилось за ним такое. Потом расслабился, увлекся.

Тут Придорогин и встрял:

— А что же вы про Холлингсуорка не рассказываете?

Володя недоуменно помолчал секунду, потом сказал:

— Олег Игоревич, Холлингсуорк на нашем горизонте уже года два как не показывается.

— Правильно делает, — с короткой улыбкой заметил Придорогин. — Его так приложили, что теперь ему осталось только книжки писать, «Моя борьба за русскую демократию». Я так понимаю, Холлингсуорка именно вы вели и доказательную базу комплектовали?

— Зачем я? — совсем растерялся Евсютин. — Я так, опером был.

— Да ладно, опером, — сказал президент, глядя на казанца с неприкрытой симпатией. — Я же читал и ваши отчеты, и рапорта вашего начальства. Сработали классно. Это, если честно, образцовый уровень, хоть сейчас в учебник. Ладно, прошу прощения, что перебил. Продолжайте.

— Да уже практически все, — пробормотал Евсютин, чувствуя, как горят проклятые уши и как Придорогин с Ефимычем прекрасно это видят.

— А резюме? — осведомился Придорогин.

— Резюме? Резюме такое. За последний месяц из-за обострения отношений Татарстана с федеральным центром намечается активность ряда разведок. В первую очередь американской и французской. Пока, по нашим данным, они используют дистанционные методы, однако не исключено резкое форсирование их деятельности в Поволжье. Но гораздо более серьезными представляются попытки международных исламских организаций воспользоваться сложившимся положением и укрепить свое влияние в регионе. В связи с этим я уже подготовил и направил нашим кураторам, — Володя глянул на Фимыча, тот благосклонно покивал, — ряд отчетов, в которых указал на смену тактики: теперь эмиссары действуют от имени не ваххабитов, а представителей традиционного для татар ханафитского мазхаба. При этом происходит подмена понятий — так что как бы мирные ханафиты в арабском прочтении становятся фундаменталистами покруче салафитов. Но еще раз при этом арабы негласно поддерживают отлучение нашей нефти от мирового рынка. Поэтому надеяться на серьезные пропагандистские успехи в любой точке России им, я думаю, невозможно. Что доказывают и собранные нами данные о настроениях как широких слоев населения и основных СМИ, с которыми у нас налажены тесные контакты, так и наиболее радикальных групп: элиты, националов и духовенства. Они ограничиваются как максимум риторикой, резких движений не делают и, так сказать… авансов никому не дают. Наверное, все.

— Все? Прекрасно. — Тон Придорогина ничего прекрасного не сулил. — А в остальном, прекрасная маркиза… Ваххабиты, ханафиты, мы Европы не боимся. А то, что у вас под носом турецкая и американская сеть действует? Это бесплатно, без авансов?

— Какая сеть? — тихо спросил Евсютин.

— Агентурная сеть, сеть влияния, товарищ капитан. Фамилии, явки, пароли назвать? — вежливо поинтересовался Придорогин.

Евсютин молчал, лихорадочно пытаясь сообразить, в чем дело.

Придорогин некоторое время давил его взглядом, потом аккуратно взял со стола чашку, понес ко рту, передумал и со стуком вернул сосуд на место.

— Пол-европейского департамента ЦРУ! — рявкнул он. — Французы, немцы, турки, эстонцы, прости господи! Все шпионское поголовье вокруг Казани пасется. Магдиев на английском уже лучше, чем на русском, говорит. Скоро Госдеп свое представительство в Казанском кремле откроет. А мы ваххабитов боимся. У вас что, бородами все глаза затерло? — Придорогин воткнул бешеные зрачки в лицо собеседника.

Евсютин молчал. И не потому, что стеснялся спорить с начальством, — просто поводов пока для спора не было. Можно было, в принципе, напомнить, что сам Придорогин вслед за Путиным взлелеял жупел ваххабизма и умело сделал из пожилой саудийской доктрины, одной из многих, символ мирового терроризма. И только поэтому, честно говоря, Володя и его коллеги, которым все богословские разборки были по суворовскому барабану, честно зубрили статьи из энциклопедии «Ислам» и учились видеть штатного врага за каждой неопрятной бородой, за которой еще двадцать-тридцать лет назад скрывались потенциальные союзники, противостоящие неоколониализму и империализму.

Активизация ЦРУ и европейских разведок — тоже заплесневевшая новость, они никогда не оставляли без внимания Татарстан, узел всесоюзной оборонной сети, а заодно — потенциальный очаг национальной напряженности. То, что потенциальный очаг никак не превращался в кинетический, шпионов не обескураживало. Капля камень точит. Последние полвека доказали — умелое воздействие мирового сообщества на самую стабильную страну рано или поздно лишает ее всякой стабильности, превращая в стреляющее и воняющее на полпланеты пепелище.

А эстонский шпион, проявившийся в Казани в конце прошлого года и с ходу попытавшийся вербануть пару ребят из издательства Управления делами президента Татарстана, вообще давно стал всероссийской легендой — благодаря как раз Евсютину, который тогда всю московскую командировку надоедал лубянским коллегам приветствием: «Простти-ии-те, я нне слишкомм пыстрро гавваррю-у?»

Поняв, что ответа не дождется, Придорогин продолжил уже тоном ниже, словно устав от тупости подчиненных:

— Я не знаю, что такое ханафиты, — так, да? — но я немножко знаю, что такое нормальная европейская школа политической разведки. Володя, тебе лучше, чем мне, известно, что военные секреты наши на хрен никому не нужны. Казанские, по крайней мере. Не кипятись, я не про корейцев с китайцами сейчас говорю. Нормальные профи из НТР давно не воруют чужие технологии, а гнобят их — руками политиков. Им додавить нас надо. Ладно, не делай такое утомленное лицо. Знаю, что ты в курсе. А то, что помощники вашего Магдиева бабки от америкосов получают на постоянной основе, тоже в курсе?

— Олег Игоревич, об этом я докладывал, — побледнев, сказал Володя. Он действительно еще пару лет назад нашел расписки, согласно которым по меньшей мере два бессменных советника Магдиева, по политике и юридическим вопросам, регулярно получали деньги от фондов, официально поддерживаемых Госдепом, а неофициально ЦРУ. Пустяк, по две-три тысячи долларов раз в полгода. Но ведь ни за что, за какие-то консультации. В принципе, этих расписок было достаточно, чтобы порвать советников на звезды, а самого Магдиева крепко помять. Но тогда Фимыч, санкционировавший было утечку в СМИ, после консультаций с собственным начальством сказал: «Пока не надо» — и принял оригиналы расписок на вечное хранение. А теперь, выходит, Володя мог оказаться крайним.

По счастью, не смог. Придорогин посмотрел на Фимыча, тот неторопливо кивнул.

— Докладывал, ну и молодец, — сказал президент. — А с газетами у вас что за фигня творится? Говоришь, контакты налажены? Это от слова «лажа», что ли?

Володя изобразил недоуменное внимание.

— Вот «Наше всё» — что за газета? — Евсютин коротко объяснил.

— Видно, что деловая. Ты в курсе, что публикации в ней — звено оперативной цепочки, которую ЦРУ строит?

Евсютин, похолодев, снова принял недоуменный вид, стараясь не коситься на Фимыча.

— Не дергайся, я не про «Ожидание интервенции» говорю. Хотя с этим вашим самодеятельным Апокалипсисом тоже надо бы разобраться, — суховато усмехнувшись, сказал Придорогин и выразительно посмотрел на Василия Ефимовича (тот кротко улыбнулся в ответ и подпер пухлую щеку ладошкой). — Вот смотри, — он достал из лежавшей на полу рядом с креслом папочки несколько листков. — Это нам сообщают в начале апреля: «Предварительные переговоры американской разведки с представителями татарской элиты приостановлены из-за того, что оперативник, действующий под крышей торгпредства США в Москве, желает убедиться в серьезности сил, стоящих за собеседником. Собеседники договорились, что подтвердить их должно появление в одной из двух ежедневных республиканских газет статьи на тему жилищной ипотеки, в которой обязательно должна быть фраза, содержащая слова „Кабинет министров“, „содействовать“ и „наболевший жилищный вопрос“. Дальше здесь про другое. А вот „Наше всё“ от 12 апреля, статья „Ответ на квартирный вопрос“, автор — Гаяз Замалетдинов, управляющий банком „Казкоминвест“. Последнее предложение: „Специалисты в области недвижимости уверены, что программа ипотечного кредитования строительства, принятая Кабинетом министров Республики Татарстан, будет содействовать скорейшему решению наболевшего кредитного вопроса“. Нормально, да? — спросил Придорогин, аккуратно укладывая листочки в папочку.

24

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru