Пользовательский поиск

Книга Око времени. Содержание - 36 После боя

Кол-во голосов: 0

Он услышал жужжание совсем рядом с ухом — негромкий звук, какой могло бы издать насекомое. Он догадывался о том, что это такое, но мысли, обыскивающие закрома памяти, ворочались медленно. Звуковая пулька. Пуля. Он обернулся и посмотрел в ту сторону, откуда она прилетела.

Только у ворот Иштар монголы не отступали. Около пятидесяти конных воинов, сбившиеся плотной группой, штурмовали открытые ворота. Вот из этой группы кто-то из атакующих выстрелил в него.

Абдыкадыр выронил ятаган. Перед глазами у него все закружилось, и ему навстречу поплыла земля, пропитанная кровью.

Бисеза услышала крики и рев совсем рядом с госпиталем. Она бросилась к двери, чтобы посмотреть, что происходит. За ней поспешил Редди Киплинг, рубашка которого была по пояс забрызгана кровью.

Группа монгольских воинов пробила линию обороны и ворвалась в ворота. Македоняне окружали их так, как антитела окружают вирус. Командиры выкрикивали команды. Монголы яростно рубили мечами направо и налево, но македоняне уже стаскивали многих из них с коней.

Но вот один человек вырвался из толпы дерущихся и быстро побежал по вавилонской дороге Процессий. Это была женщина. Македоняне не обратили на нее внимания — а если бы и обратили, не стали бы принимать ее всерьез и не предприняли бы попытку остановить. На ней были кожаные доспехи, а ее волосы были перевязаны ярко-оранжевой лентой.

— Боже Всевышний, — пробормотала Бисеза.

Редди спросил:

— Что ты сказала?

— Это, наверное, Сейбл. Вот черт… Она бежит к храму…

— К Оку Мардука!

— Ради него все это и было затеяно. Пошли!

Они бросились бегом за Сейбл по дороге Процессий. Навстречу им мчались встревоженные македонские воины, они спешили к воротам, где продолжался бой. Испуганные, ошеломленные жители города жались к домам. Над городом парили бесстрастные Очи, похожие на камеры кабельного телевидения. Бисеза поразилась тому, как много их над Вавилоном.

Редди первым добрался до святилища Мардука. Огромное Око по-прежнему висело над застывшей лужей расплавленного золота. Перед Оком, тяжело дыша, стояла Сейбл. Ее волосы разметались по плечам, затянутым кожаными монгольскими доспехами. Не спуская глаз со своего искаженного изображения, она подняла руку и уже была готова прикоснуться к Оку.

Вперед шагнул Редди Киплинг.

— Мэм, уходите отсюда, иначе…

Она резко развернулась, подняла пистолет и выстрелила в него. В древнем святилище выстрел прозвучал оглушительно громко. Редди отлетел назад, ударился спиной о стену и опустился на пол.

— Редди!!! — вскричала Бисеза. Сейбл навела пистолет на нее.

— Даже не вздумай.

Редди беспомощно смотрел на Бисезу. Его высокий лоб усеивали капельки пота, толстые очки покрывали капли крови раненых. Он держался за бедро. Между его пальцев хлестала кровь. Он глуповато улыбнулся.

— Меня подстрелили.

Бисеза больше всего на свете хотела броситься на помощь Редди. Но она не тронулась с места и подняла руки вверх.

— Сейбл Джонс.

— Я стала знаменитостью.

— Где Коля?

— Мертв… О… — Она ухмыльнулась. — Я кое о чем догадываюсь. Монголы дали сигнал к отступлению. Я сначала подумала, что это просто совпадение. А знаешь, что могло случиться? Чингисхан умер, и теперь его сынки, братцы и военные шишки спешат собраться на курултай, чтобы решить, кому достанется самый жирный куш. Социальная структура у монголов — как у стаи шимпанзе. И, как у шимпанзе, как только гибнет главный самец, все тут же метят на его место. И Коля использовал это против них. — Она покачала головой. — Этот маленький ублюдок все же молодец, ничего не скажешь. Интересно, как он это провернул.

Ее рука, сжимавшая пистолет, не дрогнула.

Редди застонал.

Бисеза велела себе не отвлекаться.

— Чего ты хочешь, Сейбл?

— А ты как думаешь? — Сейбл указала большим пальцем за спину. — Мы слышали, как эта штука сигналит, когда были на орбите. Что бы тут ни творилось, ключ ко всему — этот шар. Ключ к прошлому, настоящему и будущему.

— К новому миру.

— Вот-вот.

— Думаю, ты права. Я за ним наблюдала. Сейбл сощурилась.

— Если так, то ты могла бы помочь мне. Что скажешь? Ты либо со мной, либо против меня.

Бисеза устремила взгляд на Око, раскрыла глаза шире и заставила себя улыбнуться.

— Оно, похоже, ожидало тебя.

Сейбл обернулась. Такой элементарный обман, но тщеславие подвело Сейбл, а Бисеза выиграла такие важные полсекунды. Резкий удар по запястью Сейбл — и Бисеза выбила пистолет из ее руки. Вторым ударом она повалила ее на пол.

Тяжело дыша, она встала над поверженной американкой. Она слабо ощущала ее запах — запах кислого молока и жира. Так пахли монголы.

— Сейбл, неужели ты всерьез думала, что Оку есть хоть какое-то дело до тебя, до твоих жалких амбиций? Желаю тебе сгнить в аду. — Она устремила гневный взгляд на Око. — А ты, ты! Тебе все еще мало? Ты этого хотел? Мы еще мало страдаем?!

— Бисеза…

Это был почти нечленораздельный стон. Бисеза бросилась к Редди.

36

После боя

Гефестион погиб.

Александр выиграл величайшее сражение в почти невероятных обстоятельствах — в новом мире, противостоя врагам, опережающим его почти на тысячу лет. Но, выйдя из битвы победителем, он потерял своего соратника, своего возлюбленного, своего единственного настоящего друга.

Александр знал, чего от него сейчас ожидают. От него ждали, что он уйдет к себе в шатер и напьется до беспамятства. Или несколько дней будет отказываться от еды и питья, и в конце концов его родня и приближенные забеспокоятся. Или даст приказ соорудить невероятно грандиозный памятник — может быть, высечь из камня громадного льва. Так рассеянно размышлял Александр.

Он решил, что не будет делать ни того, ни другого, ни третьего. Да, он будет горевать по Гефестиону, оставаясь в одиночестве. Возможно, он прикажет, чтобы всем лошадям в лагере остригли гривы и хвосты. Гомер описывал, что именно так Ахилл поступил с лошадьми, оплакивая гибель своего возлюбленного друга Патрокла. Да, так и Александр мог оплакать Гефестиона.

Но сейчас было слишком много дел.

Он шел по залитой кровью земле поля битвы, проходил мимо шатров и домов, где разместили раненых. За ним спешили взволнованные советники и Филипп, его личный лекарь, — ведь Александр и сам получил еще несколько ранений. Многие воины, конечно, были рады видеть его. Некоторые похвалялись своими подвигами в бою. Александр терпеливо выслушивал их и бесстрастно хвалил за храбрость. А другие были в шоке. Александр видел такое раньше. Эти либо сидели неподвижно и смотрели в одну точку, либо без конца повторяли свои жалкие истории. Они потом оправятся, придут в себя, так бывало всегда. Придет в себя, выздоровеет и эта окровавленная земля, когда наступит весна и снова вырастет трава. Но ничто не сотрет гнева и чувства вины в душах тех, кто уцелел при том, что их товарищи погибли. А их царь никогда не забудет Гефестиона.

Редди лежал около стены с беспомощно повисшими руками, повернутыми ладонями вверх. Залитые кровью кисти его рук походили, как казалось Бисезе, на двух вареных крабов. Из стреляной раны в нижней части левого бедра хлестала кровь.

— Нам пришлось увидеть так много крови сегодня, Бисеза.

Он еще ухитрялся улыбаться.

— Да.

Она вытащила из кармана перевязочный пакет и попыталась тампонировать рану. Но кровь упрямо просачивалась. Судя по всему, пуля, выпущенная Сейбл, повредила паховую артерию — один из главных кровеносных сосудов, по которым кровь поступала к нижним конечностям. Редди нельзя было перемещать, Бисеза не могла сделать ему переливание крови, не могла вызвать машину «скорой помощи».

Но для сантиментов времени не было. Нужно было относиться к Редди, как к сломавшейся машине, как к грузовику, у которого сорвало капот. Бисеза попыталась разорвать ткань штанины.

— Постарайся помолчать, — посоветовала она Редди. — Все будет хорошо.

66
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru