Пользовательский поиск

Книга Око времени. Содержание - 25 Храм

Кол-во голосов: 0

Люди встречались редко, а вот Очи попадались постоянно. Блестящие шары висели на всем протяжении вдоль побережья, словно фонари, встречались они и вдалеке от берега.

Большинство людей на них не обращали никакого внимания, но взгляд Бисезы они просто-таки приковывали к себе. Если бы Око вдруг появилось в прежнем мире — ну, повисло бы, скажем, над излюбленным местечком фанатов НЛО, то бишь над лужайкой перед Белым домом, — то это было бы из ряда вон выходящее событие, сенсация века. А здесь мало кто даже хотел говорить об этом. Явное исключение представлял собой Евмен. Он, завидев очередное Око, подбоченивался и смотрел на блестящий шар так, словно был готов вызвать его на поединок.

Несмотря на все тяготы похода, у Редди с каждым днем настроение становилось все лучше. Когда получалось, он что-то писал в блокноте мелким-мелким почерком, поскольку экономил бумагу. И еще он то и дело размышлял о положении дел в мире, изливая свои соображения на любого, кто готов был слушать.

— Нам не следует останавливаться на Вавилоне, — говорил он. Он, Бисеза, Абдыкадыр, Джош, Кейси и Сесил де Морган сидели под навесом на офицерском корабле; дождь барабанил по навесу, капли шипели, падая на поверхность моря. — Нам нужно двигаться дальше — к примеру, неплохо было бы пройтись по Иудее. Задумайся над этим, Бисеза! Эфирный глаз вашего космического корабля сумел разглядеть там разрозненные поселения, несколько струек дыма. А что, если это дома? Что, если прямо сейчас там родился Иисус, если Он только-только сделал первый вдох? Понимаете — мы ведь тогда будем совсем как десять тысяч волхвов, идущих за неведомой звездой.

— А еще есть Мекка, — сухо напомнил Абдыкадыр.

Редди развел руками и горячо проговорил:

— Хорошо, давайте будем экуменистами!

Бисеза осведомилась:

— Значит, несмотря на то что происхождение у тебя не самое однородное, ты в конце концов стал христианином, Редди?[23]

Он провел рукой по усам.

— Скажем так, Бисеза. Я верю в Бога. Насчет Троицы не очень уверен. Не могу принять идею вечного проклятия, но воздаяние за грехи какое-то быть должно. — Он улыбнулся. — Я говорю совсем как методист! Мой отец был бы доволен. Как бы то ни было, я был бы счастлив встретиться с парнем, с которого все это началось.

А Джош сказал:

— Поосторожнее с желаниями, Редди. Мы ведь странствуем не по какому-то там громадному музею. Допустим, ты найдешь в Иудее Христа. А если нет? И вообще это маловероятно. Гораздо вероятнее, что тот кусок Иудеи, который мы найдем здесь, вырван из времени до Рождества Христова.

— Я родился после Воплощения, — решительно заявил Редди. — В этом сомнений нет. И если бы я мог воскресить одного за другим своих пращуров, я мог бы проверить и подтвердить этот факт.

— Верно, — кивнул Джош. — Но ты теперь уже не находишься в той истории, где жили твои деды, Редди. Что, если здесь Христос не воплотился? Тогда ты — спасенный человек в мире язычников. Кто ты — Вергилий или Данте?

— Я… гм-м-м… — Редди умолк, нахмурил кустистые брови. — Да, тут нужен более опытный богослов, нежели я. Можно пойти в обход. Надо разыскать Августина или Фому Аквинского[24] и спросить у них, что они думают об этом. А ты что скажешь, Абдыкадыр? Что, если здесь не окажется Мекки? Что, если еще не родился Мухаммед?

Абдыкадыр ответил:

— Ислам не связан со временем, как и христианство. Остается истинным товид — на Мире, как и на Земле, в прошлом, как и в будущем, нет богов, кроме единого Бога, и всякая частица Вселенной, каждый листочек на каждом дереве, есть выражение Его извечного бытия. А Коран — это истинное слово Бога, как в этом мире, так и в любом другом, независимо от того, существует ли здесь Пророк, через которого это слово будет передано.

Джош кивнул.

— Утешающая точка зрения.

— As salam alaikum, — отозвался Абдыкадыр.

— Но на самом деле все может быть еще сложнее, — заметила Бисеза. — Не забывайте о том, что Мир скроен из кусков, вырванных из разных эпох. Он как лоскутное одеяло, и эта «лоскутность» в полной мере относится как к Мекке, так и к Иудее. Возможно, есть участки страны, взятые из времен до рождения Христа, а есть и более поздние, по земле которых Он некогда ступал. Так относится ли Воплощение к этой Вселенной или нет?

Редди воскликнул:

— Как же все это странно! Скажем так: каждому из нас дано прожить примерно двадцать пять тысяч дней. Может быть, мы тоже состоим из кусочков — может быть, из наших жизней тоже вырезаны дни, как квадратики из шотландки? — Он махнул рукой и указал на пепельно-серое небо. — А вдруг где-то обитают двадцать пять тысяч Редди и каждый собирает себя по кусочку?

— Лично мне достаточно одного из этих занудных болтунов, — проворчал Кейси и этой фразой внес первую лепту в дискуссию.

Высказавшись, он сделал порядочный глоток из бурдюка с вином, разбавленным водой.

Сесил де Морган внимательно слушал разговор и почти все время молчал. Бисеза знала о том, что он близко сошелся с секретарем Александра, Евменом. Наверняка он передаст все эти соображения своему новому приятелю и коллеге. У обоих имелись собственные интересы: Евмена занимало соперничество с другими приближенными Александра — в особенности Гефестионом, а Сесил, по своему обыкновению, подыгрывал и тем, и этим. Правда, об этом знали все и каждый. Но Бисеза не видела ничего плохого в том, что Сесил передаст подробности этого разговора Евмену. То, о чем шла речь, было очень важно для всех.

Флот продолжал плавание.

25

Храм

Когда монголы уходили со стоянки, первым делом нужно было заарканить лошадей.

Монгольские лошади жили в полудиком состоянии. Им позволялось бродить по степи до тех пор, пока в конях не возникало нужды. Вот и теперь в степь были высланы гонцы, и через день по равнине к большому городу, составленному из юрт, мчались табуны лошадей. Люди заранее встали полукольцом, держа в руках шесты с арканами на конце. А лошади, словно бы понимая, что их ждет путь в несколько тысяч километров, дерзко вставали на дыбы и ожесточенно лягались. Но стоило их поймать, они стоически давали себя увести.

Николай думал о том, как это типично для монгольского нецивилизованного образа жизни: даже величайший поход должен был начинаться с родео.

После того как нужное число лошадей заарканили и привязали, дальнейшие приготовления к походу происходили быстро. Большую часть юрт сняли и уложили на повозки или на спины вьючных животных, но некоторые большие юрты, включая и те, которые составляли ханский «дворец», погрузили на телеги с широким дном, в которые запрягли по несколько быков. Взяли с собой и посадочную капсулу «Союза». Ее раньше привезли сюда из деревни Скакатая. Коля догадывался, что для того, чтобы оторвать капсулу от земли и поднять, использовали осадную башню. Стоящая на большой телеге и привязанная к ней веревками, сплетенными из конского волоса, капсула походила на металлическую юрту.

По подсчетам Коли, для похода на Вавилон Чингисхан взял с собой около двадцати тысяч воинов — большей частью конников. А к каждому всаднику был приставлен конюший и еще две-три запасные лошади. Свое странствующее войско Чингис разделил на три армии — левого крыла, центра и правого крыла. Центральное войско, которым командовал сам Чингисхан, включало элитную ханскую гвардию, в ряды которой входила тысяча собственных телохранителей Чингиса. Сейбл и Коле предстояло следовать с этим войском, в свите Йе-Лю.

Часть армии оставалась в Монголии, чтобы охранять земли империи и постараться удержать то, что осталось от обширного государства. Гарнизон переходил под командование одного из сыновей Чингисхана, Толуя. Оставляя его, Чингисхан не слишком ослаблял верхушку войска. С ним ехал его главный советник Йе-Лю, а также другой сын, Угэдей, и крупный военачальник Сабутай. Если учесть, что Угэдей был тем человеком, который в прежней истории сменит Чингисхана на посту верховного правителя, а также то, что Сабутай был, пожалуй, самым талантливым полководцем (именно он помышлял о покорении Европы после смерти Чингиса), то команда получалась поистине устрашающая.

вернуться

23

На самом деле, тут стоит говорить не о происхождении, поскольку родители Киплинга были англичанами, он только родился в Индии. Лучше говорить о влиянии различных культур на его мировоззрение, а попутешествовал и повидал он немало.

вернуться

24

Августин Аврелий (354–430) — христианский богослов, один из важнейших отцов Церкви. Отстаивал ортодоксальное христианское учение в споре с манихеями и донатистами. Главные сочинения — «Ограде Божием», «Исповедь». Взгляды Августина господствовали в западноевропейской философии и католическом богословии вплоть до XIII века. Фома Аквинский (1225–1274) — христианский богослов и философ. Сформулировал 5 доказательств бытия Бога. Учение Фомы Аквинского лежит в основе томизма и неотомизма. Основные сочинения — «Сумма богословия», «Сумма против язычников».

48
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru