Пользовательский поиск

Книга Око времени. Содержание - 11 Прикованные к космосу

Кол-во голосов: 0

Де Морган торжественно кивнул.

— Поистине, я сказал бы, почти что дерзкая демонстрация геометрического совершенства.

— Вот именно. Но это только начало. — Абдыкадыр показал Бисезе маленький экранчик своих часов. — Вот тебе и школьный курс геометрии, Кейси. Отношение длины окружности к диаметру равняется…

— Числу «пи», — пробормотал Кейси. — Это знают все, даже мнимые христиане.

— А в данном случае это не так. Для Ока отношение равно трем. Не около трех, не чуть больше трех — ровно трем, с лазерной точностью. Погрешности настолько малы, что просто невозможно, чтобы на самом деле отношение равнялось «пи», как следовало бы. Так что, Кейси, как видишь, твои формулы тут не работают. И из объема у меня вместе «пи» такое же число получается. Правда, тут надежность цифр поменьше будет — нельзя же равнять лазер с ведром грязной воды…

Бисеза поднялась и прошлась около Ока, пристально глядя на него. Ей по-прежнему было не по себе рядом с этим предметом.

— Это невероятно, — сказала она. — «Пи» есть «пи». Это число запечатлено в структуре нашей Вселенной.

— Нашей Вселенной, это точно, — согласился Абдыкадыр.

— Что ты хочешь этим сказать?

Абдыкадыр пожал плечами.

— Впечатление такое, что этот шар — хотя он явно находится здесь — не совсем принадлежит нашей Вселенной. Судя по всему, мы напоролись на аномалии во времени, Бисеза. Возможно, это — аномалия пространства.

— Если это так, — ворчливо проговорил Кейси, — кто или что вызвало эти аномалии? И что нам, спрашивается, с этим делать?

Ответа, естественно, ни у кого не было. Тут торопливой походкой к ним подошел капитан Гроув.

— Извините за беспокойство, лейтенант, — обратился он к Бисезе. — Вы, конечно, помните о тех отрядах, которые я отправлял в разведку. Так вот, один из соваров сообщил, что обнаружил нечто очень необычное к северу от форта.

— «Необычное», — повторил Кейси. — Уж эти ваши британские недооценки!

Гроув и бровью не повел.

— Вероятно, вы в этом поймете больше моих ребят… Вот я и подумал, не согласитесь ли вы совершить небольшую прогулку?

11

Прикованные к космосу

— Эй, ты, слышишь? Мне нужно в туалет.

Это, конечно же, была Сейбл. Ее голос доносился из посадочного модуля. Таким образом она говорила Коле «доброе утро».

А ему снился дом, снились Надя и их мальчишки. Лежа в гамаке, освещенный тусклым красным светом аварийных лампочек и похожий на летучую мышь, висящую на плодовом дереве, он не сразу понял, где находится.

«Ох, я до сих пор здесь…»

До сих пор внутри этого космического корабля-инвалида, кружащего и кружащего рядом с безответной Землей. Еще несколько секунд он пролежал в гамаке, пытаясь удержать последние остатки сна.

Николай находился в жилом отсеке, где лежали скафандры и другое ненужное оборудование, а также всевозможные отходы с МКС — этот мусор космонавты до сих пор не выбросили, они опасались открывать люк. Коля перебрался спать в жилой отсек, чтобы в спускаемом модуле было не так тесно — а можно было бы и иначе сказать: чтобы трое обезумевших от тесноты космонавтов не подбивали друг дружку. Но и тут было далеко до удобства. Противно пахло грязным нижним бельем, которое Сейбл окрестила «казацкими обмотками».

Коля застонал, потянулся и вылез из гамака, после чего добрался до маленькой туалетной кабинки, открыл ее и включил насосы, с помощью которых отходы жизнедеятельности космонавтов выбрасывались за борт. Когда они поняли, что им какое-то время придется проторчать на орбите, им пришлось выкопать эту кабинку из груды мусора. Ведь их путь домой должен был занять всего несколько часов, и походы в туалет по программе полета не предусматривались. На этот раз Коля помочился с большим трудом. Организму недоставало жидкости, моча была густая, почти до боли едкая, она словно бы не желала покидать его тело.

В тонком нижнем белье было зябко. Для того чтобы «Союз» мог продержаться как можно дольше, Муса распорядился пользоваться только самыми необходимыми системами, да и то на минимальной мощности. Поэтому на корабле становилось все более холодно и сыро. Стены покрывались слоем черной плесени. Затхлый воздух наполнялся пылью, чешуйками отслоившейся кожи, сбритой щетиной, крошками — и все это, естественно, в условиях невесомости не желало оседать на пол. У всех троих слезились глаза, все то и дело чихали. Днем раньше Коля произвел подсчет, и оказалось, что за час он чихнул двадцать раз.

«Десятый день, — думал он. — Сегодня мы совершим еще шестнадцать бесполезных витков вокруг Земли, и всего уже получится, наверное, сто шестьдесят с тех пор, как неведомо куда пропала орбитальная станция».

Николай закрепил под коленями специальные «браслеты». Эти полоски эластичной ткани предназначались для борьбы с дисбалансом жидкостного обмена в организме в условиях малой силы притяжения. Закреплять «браслеты» следовало довольно плотно, чтобы они ограничивали отток жидкости от ног, но все же не настолько сильно, чтобы они мешали притоку крови. Коля надел комбинезон — его он тоже, кстати, разыскал в груде отходов.

Потом он пробрался через открытый люк в посадочный модуль. Ни Муса, ни Сейбл не пожелали встретиться с ним взглядом, все друг другу жутко надоели. Коля развернулся в воздухе и с натренированной легкостью скользнул в свое кресло с левой стороны. Как только он сделал это, Сейбл стремительно выскользнула в люк, и из жилого отсека послышался грохот.

— Завтрак, — объявил Муса и по воздуху подтолкнул к Николаю поднос. На подносе лежали закрепленные скотчем тюбики и баночки с едой, открытые и наполовину опустошенные.

Космонавты давно прикончили скромные запасы продовольствия, хранившиеся на борту «Союза», и принялись за неприкосновенный запас — продукты из пайков, предназначенных для употребления после приземления: мясные и рыбные консервы, тюбики с овощным пюре и сыром и даже несколько ирисок. Но, конечно, этого было мало. Коля провел пальцем внутри всех опустевших банок, втянул губами повисшие в воздухе крошки.

Правда, никто из них не был особо голоден — это объяснялось невесомостью. Вот только Николай скучал по горячей пище, которой не пробовал с тех пор, как они покинули МКС.

Муса уже приступил к занудному ритуалу сеанса связи.

— «Стерео-один», на связи «Стерео-один». Ответа, ясное дело, не было, сколько бы часов подряд он ни отправлял в эфир позывные. Но что еще оставалось, кроме этих попыток?

Тем временем Сейбл трудилась «наверху», в жилом отсеке. Она уже нашла там детали старого радиопередатчика, с помощью которого космонавты с МКС раньше переговаривались с радиолюбителями со всей планеты, в особенности со школьниками. Общественный интерес к МКС давно угас, и устаревшее оборудование разобрали, упаковали и перенесли на борт «Союза» — на выброс. И вот теперь Сейбл пробовала наладить радиопередатчик. Возможно, космонавтам удалось бы поймать сигналы или даже передать сигналы самим на волнах, которые ловила любительская, а не профессиональная аппаратура. Муса, конечно, начал ворчать, когда Сейбл изъявила желание подсоединить приемник-передатчик к энергопитанию корабля. Разыгрался очередной жаркий спор, но на этот раз Николай вмешался.

— Надежд, конечно, мало, но все-таки затея может и сработать. Какой от этого вред?..

Николай наклонился и нажал на клапан резервуара с водой. Из крана появился шарик диаметром в несколько сантиметров и поплыл к его лицу. Понимая, что Муса не спускает с него пристального взгляда (упусти он хоть одну капельку, не избежать нагоняя), Коля широко открыл рот. Вода улеглась на язык, он подержал ее во рту, наслаждаясь ее свежестью, и только потом проглотил. Из всех ограничений, введенных Мусой, труднее всего было пережить это. С водой на «Союзе» было туго. Здесь отсутствовали системы рециклирования, и корабль, предназначенный для коротких перелетов с Земли на МКС и обратно, был оборудован всего лишь небольшим резервуаром с водой. Но Сейбл и по этому поводу выдвигала возражения:

17
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru