Пользовательский поиск

Книга Московский парад Гитлера. Фюрер-победитель. Содержание - ГЛАВА ВТОРАЯ

Кол-во голосов: 0

Немецкая фамилия вкупе с деловыми качествами помогли Рихтеру сделать карьеру. Однако он ни на минуту не забывал о дочери, оставшейся в далекой России, и продолжал искать ее (о смерти жены ему сообщили). Наконец сотрудники германского посольства в Москве собрали необходимые данные, и он решил написать письмо. В послании отец слезно просил Нину приехать в Германию хотя бы ненадолго – повидаться, может быть, в последний раз…

Нина, разумеется, показала письмо мужу. Тот не стал возражать против поездки, все-таки отец… Начались хлопоты по получению разрешения, и через пару месяцев оно наконец было получено. Заграничный паспорт выдали, разумеется, только самой Нине, дочь и муж должны были остаться в Москве. Нину это не смутило – ведь она рассчитывала вернуться максимум через две-три недели. С тем и расстались.

Нину увез берлинский экспресс, а Ян и Настенька остались ее ждать. Прошло две недели, три, потом месяц, Нина не звонила и не писала. Затем последовал неожиданный вызов в Наркомат иностранных дел. Серьезный молодой человек сообщил растерянному Петерсену, что его жена решила навсегда остаться в Германии, о чем официально уведомила советское посольство в Берлине. Никакого послания мужу и дочери она не оставила.

Месяца два Ян не находил себе места и все спрашивал: "Почему? За что? Чего ей здесь не хватало?" Потом он немного успокоился и понял, что нужно как-то жить дальше, хотя бы ради дочурки. Он выписал из Риги старушку-мать, которая и стала присматривать за Настенькой. Сам же он, чтобы унять душевную боль, с головой погрузился в работу. Насте вскоре было сказано, что мама умерла. В некотором смысле это было почти правдой.

Прошло несколько лет, Ян начал постепенно забывать свою жену, Настя росла, ходила в школу, радовала отца и бабушку хорошими отметками. Но однажды все изменилось: Ян увидел Нину на улице Горького. Почти не изменившаяся с годами супруга что-то внимательно рассматривала в витрине обувного магазина. Бывшего мужа она не заметила.

Сначала Ян подумал, что обознался (мало ли в Москве похожих женщин?), но, приглядевшись, понял, что это именно Нина. Он повел себя хладнокровно – не стал бросаться с объятиями, а по старой подпольной привычке решил все сначала разузнать. Петерсен осторожно проследил за бывшей супругой и выяснил, что она живет в общежитии Наркомтяжпрома и служит в наркомате секретаршей.

Ян все хорошенько обдумал и решил сообщить об этой встрече кому надо. Там быстро установили, что гражданка Нина Петерсен теперь по паспорту является Людмилой Михайленко, уроженкой города Полтава, незамужней, беспартийной. Согласно анкете, родители ее якобы были зарублены белоказаками, а сама она воспитывалась в детском доме. После восьмилетки окончила курсы машинисток, несколько лет работала в одной из местных типографий, а потом перебралась в Москву, где по рекомендации знакомых устроилась в Наркомтяжпром. На новой службе о ней отзывались исключительно хорошо – ценили за аккуратность и исполнительность.

Понятно, что Нину тут же взяли в разработку и вскоре обнаружили, что она регулярно встречается с немецким дипломатом фон Блюмом, кадровым сотрудником абвера. Брать ее сразу не стали – между Германией и Советским Союзом тогда были хорошие отношения, поэтому решили немного подождать. Но перед самой войной ее все же арестовали. Тогда и выяснили, что вскоре после приезда в Германию Нине предложили работать на абвер, и она дала согласие.

В 1939-м году через Польшу Нину забросили в СССР. С новыми документами она прибыла в Москву и устроилась работать в Наркомтяжпом, и лишь случайность оборвала ее блистательную шпионскую карьеру. Кстати, Нина так и не узнала, что ее обнаружил и выдал собственный муж.

Через месяц после ареста Нину перевели в Бутырку и посадили в камеру к Эльзе Шульц, которой поручили втереться к ней в доверие. Между двумя женщинами, несмотря на разницу в возрасте, установились хорошие отношения. Накануне эвакуации из Москвы арестанткам организовали "случайный" побег – предполагалось, что при немцах Нина поможет Эльзе Карловне устроиться на хорошее место, а та станет снабжать информацией московских подпольщиков. Расчет оказался верен, но лишь наполовину: Нина действительно не забыла о своей сокамернице и порекомендовала на должность переводчицы в штаб генерала Зеермана, однако Шульц не захотела работать на подпольщиков и выдала их абверу. Группа Яна Петерсена тогда с трудом избежала провала…

И вот теперь ему предстояло вновь встретиться с женой. Ян знал, что Нина во время пребывания в Москве не делала попыток найти его или Настю, что было довольно странно. Не было также ясно, как она поведет себя при личной встрече и удастся ли склонить ее к сотрудничеству. Все это предстояло выяснить, причем в самое ближайшее время.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Москва

26 февраля 1942 года

Старая площадь

Полковник Карл Остерман был сильно расстроен, впрочем, это еще слабо сказано – он был раздавлен и унижен. Хотя еще совсем недавно казалось, что он полностью контролирует ситуацию.

Его агент Эльза Шульц работала прекрасно. В НКВД были уверены, что она преданно служит советской разведке, но на самом деле Шульц давно ненавидела советскую власть, лишившую ее всего: родителей, жениха, обеспеченной жизни… Поэтому при первой же возможности Эльза Карловна перешла на службу к немцам и стала исправно поставлять информацию о московском подполье. Кроме того, Шульц выдала абверу своего бывшего ученика, Михаила Семенова, оставленного в городе для нелегальной работы.

Остерман приказал взять Семенова в разработку и после короткого, но интенсивного допроса расколол. Мишку приперли к стене фактами, полученными от Эльзы Карловны, и он скис. А дальше все было делом техники – Семенова перевербовали и оставили ждать гостей. В том, что они скоро появятся, полковник нисколько не сомневался.

Когда в квартире Эльзы Карловны появился ее бывший ученик Алексей Миронов, одетый в форму немецкого офицера и снабженный документами на имя лейтенанта Отто фон Берга, Остерман понял, что готовится что-то серьезное. Он решил взять Миронова при очередном визите к учительнице – следовало выяснить, с какой целью его забросили в город и кто входит в состав диверсионной группы.

Вначале все шло отлично: Алексей ни о чем не подозревал, Шульц и агенты абвера ждали его в квартире. Но кто мог предположить, что Алексея предупредят? Сосед Эльзы Карловны, Денис Федорович, сообщил ему о засаде, и в результате перестрелки люди Остермана были убиты. Погибла и сама Шульц, а Миронов исчез.

Эта неудача, конечно же, потрясла полковника, но он все еще надеялся на успех. Остерман разослал приказ задержать под любым предлогам лейтенанта Отто фон Берга и сообщить ему. Судьба ему улыбнулась: один из патрулей арестовал Миронова и доставил в полицейский участок, оставалось лишь приехать и забрать его.

Что полковник немедленно и сделал. Но в участке события начали развиваться совершенно неожиданно: с помощью Семенова Миронову удалось бежать, при этом он оглушил и взял в заложники самого Остермана. Полковник плохо помнил, что с ним произошло во время побега – очнулся он в своей машине, в каком-то московском дворике, но уже без арестованного и без своего пистолета. Зато на голове красовалась огромная шишка – след от сильного удара.

После этого полковник ждал разжалования и отправки на фронт, но начальство решило не наказывать его. Немаловажную роль сыграло то, что вместе с Мироновым бежал завербованный Остерманом Семенов. В подполье никто не догадывался, что Михаил работал на немцев, ему доверяли, и у абвера появилась возможность внедрить своего агента в самое сердце московского подполья. Это и спасло Остермана от наказания.

После покушения на фюрера начальник московского абвера генерал Траубе просто как с цепи сорвался. Что ни день – то вызывал Остермана к себе и требовал информации, а где было ее взять? От Семенова не было ни слуху ни духу, оставалось лишь надеяться и ждать, а также терпеть недовольство начальства и уколы заклятых друзей – коллег из гестапо.

3
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru