Пользовательский поиск

Книга Еще не поздно. Содержание - 1.5 Александр Шелепин. Конец мая 1965 года.

Кол-во голосов: 0

После кино - сдали портфель охране, и на ужин. Все заказывала Вера Борисовна, да я и не сильно приглядывался к еде на фоне ожесточенных расспросов о быте и семье. Чем-то зацепила ее моя родословная, если можно так назвать три более-менее достоверно известных поколения. Может быть хотела найти предков в 1965 году, и еще раз убедиться в достоверности истории. Пусть, все равно это сделать весьма не просто.

У своей матери, Татьяны Сергеевны, я не знал девичьей фамилии. Как-то не говорили об этом никогда в семье. Родственники тоже в гости не захаживали. Наверно, в этом всем была какая-то тайна, но вот ее сути, похоже, мне уже не узнать никогда.

Наоборот, со стороны отца, Юрия Семеновича все было более-менее понятно. Его мать, для меня баба Клава, вышла замуж в 56-ом, и развелась в 69-ом с 8-ми летним сыном. Названным, кстати, в честь первого космонавта земли. При этом она сменила фамилию на отцовскую и переехала из Перми в Свердловск. Видать, дед Семен отличался буйным и мстительным нравом, если пришлось идти на такие сложности. Прабабка к тому времени уже умерла, а прадеда Гену Воронова кроме нее никто и не видел никогда. Был на стройке бригадир-электрик, красавец, и вообще человек хороший, да только в 32 году уехал, и адреса не оставил.

… До кровати едва дополз.

1.5 Александр Шелепин. Конец мая 1965 года.

… Александр не сел, а просто свалился на мягкий диван ЗИЛа, обитый тонкой, слегка шелковистой бежевой кожей. Кивнул обернувшемуся водителю - на Старую площадь. Затем дернул заднее сдвижное стекло, и жадно закурил, откинув голову на упругий валик верхнего края дивана.

Шестилитровый восьмицилиндровик плавно стронул трехтонную тушу, и машина набирая скорость заскользила в сторону Москвы, едва слышно шелестя бескамерными шинами из натурального каучука. Волга охраны привычно оторвалась на пару сотен метров вперед. Опытный водитель лимузина не торопился, за тридцать лет он прекрасно научился понимать состояние высокопоставленных пассажиров. Сейчас главное было не тряхнуть на кочке, иначе едва сдерживаемый гнев найдет своего адресата. Терять такое место на старости лет - сущее безумие, на частенько перепадающих излишках пайка Секретаря ЦК семья шофера жила почти как при коммунизме.

Мысли жгли Шелепина. Нечеловечески обидно, что потомок представляет себе работу партии как что-то бесполезное, ненужное стране. Может быть даже вредное и вызывающее легкую брезгливость. Этот Петр хуже Даниэля с его «говорящей Москвой», ему в лагере самое место! Отправить лет на пять лес валить, живо мозги на место встанут. Самое жуткое, он совершенно искренен, в его времени так принято думать, это видно, видно, видно! Все бесполезно, все напрасно! Это не идиотская антиутопия диссидента, самая настоящая реальность. Убийственное понимание этого факта погнало Александра Николаевича из уютной дачной беседки обратно в привычный и удобный мир.

… Злословы за спиной шептались - принц партии… Так и есть, партия дала все, она смысл жизни! Александр искренне был уверен, что заслужил право руководить КПСС, он безусловно достоин этого. Но сейчас надо подождать, набраться опыта у старших товарищей. Когда они устанут от груза ответственности, придет его время. В конце концов, это правильно и в интересах всех коммунистов.

Каково узнать, что времени уже нет, тикают не года - недели, как Брежневские клевреты выдумают заговор «комсомольцев», начнут искать списки назначения соратников на ключевые должности после захвата власти. Какая немыслимая чепуха, да этой власти у него и сейчас… Накатило страшное желание срочно доложить о произошедшем на Президиуме ЦК, созвать внеочередной Пленум или даже Съезд. Казалось преступлением скрывать от товарищей по партии чудесную возможность исправить допущенные в будущем ошибки.

Но… Ведь наш Леонид Ильич не уйдет. И «хлопкового короля» Рашидова не отдаст. И Кунаева. А Мжаванажзе, фронтовой друг Ильича, недавно кричал, что нельзя Рокский туннель строить, экологически опасно. Всеж понимают, ему объединение Осетии ножом по сердцу, но молчат! Подгорный горой за Шелеста встанет. Вообще, чему удивляться? Имам Мустафаев, старый коммунист, первый секретарь ЦК Азербайджана… И что? Пять лет назад пришлось срочно снимать за воровство. Уже потом его Никита из партии выгнал, поделом, при Сталине за меньшее стреляли. Поставили Вели Ахундова, но кажется, ненадолго. Семичастный как раз в те времена был вторым секретарем ЦК КП Азербайджана, много интересного рассказывал. Например, Гейдар Алиев, зам.председатель республиканского КГБ, собирает на своего первого секретаря материал по коррупции. Явно разыгрывается сценарий «вор у вора дубинку украл».

Дальше только хуже. Снова, через четверть века, дворники будут сметать в кучи мусора листья, собачье дерьмо и красные книжечки. Говорите, списки? Заговор? Ради партии товарищ Шелепин сделает все. Пора повзрослеть! Он вытянул ноги поближе к раструбу прохладного воздуха от кондиционера и достал из внутреннего кармана пиджака подаренную на днях записную книжечку в кожаном переплете с окантованными в позолоту уголками.

Никто, даже водитель, не видели выражения лица родившегося в эту минуту Вождя.

* * *

В свой кабинет Александр почти вбежал, по дороге бросив референту, - пригласи на шестнадцать часов Георгия, надо решить вопрос по Балаковскому химкомбинату. Да, и сделай пару бутербродов!

\\\Георгий Васильевич Енютин, Председатель Комитета партийно-государственного контроля Бюро ЦК КПСС по РСФСР и Совета Министров РСФСР\\\

Увы, приходится отвлекаться на текучку, огромную кучу повседневных дел. Свалить их на заместителя никак не получается, Кованов товарищ проверенный, но опыта аппаратной работы у него мало. Наломает дров, а отвечать Секретарю ЦК. Хотя… С сегодняшнего дня мелкие промахи ничего не стоят. Пусть выплывает самостоятельно, учитель! Вернулся, приоткрыл дверь и добавил - Павла тоже зови.

\\\Павел Васильевич Кованов, заместитель Председателя КПГК, в молодости был сельским учителем.\\\

Наскоро привел себя в порядок, резко выдавил в стакан молока из треугольного пакета, несколькими глотками выпил, повторил, и уже неторопясь сел за стол, где на блюде с гербом СССР дожидались ломти чуть поджаренного в новомодном тостере хлеба. Рядом лежали кусочки чуть подкопченой семги и порезанный ломтиками свежий огурец. Поодаль соблазнительно дымилась паром большая чашка чая.

Но сперва дело. Дернул трубку вертушки, крутнул диск, загодя растягивая фальшиво-бодрое настроение по телефонной трубке.

- Володя, привет!

- О, рад тебя слышать! Как настроение?

- Нормально, работы очень много, завалили меня совсем. Не успеваю.

- Настоящий коммунист не должен жаловаться на трудности.

- Да хоть ты не шути, - помедлил секунду, - поговорил тут с ребятами, все подтверждается. Даже хуже, чем думали.

- Ничего, прорвемся! - Слова остались бодрыми и веселыми, но прекрасная кремлевская связь не скрыла внезапно севший голос.

- Конечно. Впрочем, не обращай внимания, мелочи это все. Я что звоню-то, жена у меня соскучилась, говорит твоя обещала ей журналов модных подкинуть, да забыла наверно. А прямо ей как-то неудобно просить.

- Вот, всегда у женщин свои капризы. - Володя искусственно рассмеялся.

- Не говори. Будь другом, завези ее завтра на дачу погостить. Там тебя еще узбекский подарок хлопковый дожидается, не забудь прихватить.

- Будет сделано. - Напрягся - Большой?

- Ну… Надеюсь унесешь.

- Вот всегда так, как выпить ты первый, как чего таскать, так Володя.

- Ладно, у меня люди тут подойти должны, пока!

- Звони если что!

За чаем опять вспоминал рассказ Петра. Всеж несправедливы потомки к работе ЦК. Нагрузка жуткая, пара совещаний, пять-шесть встреч за сутки скорее норма. Иной день заканчивается уже ночью. Кровать в бытовке не от хорошей и легкой жизни.

16
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru