Пользовательский поиск

Книга Reich wird nie kapitulieren!. Содержание - Москва, Киевский вокзал 22 ноября 1939 г., около десяти утра

Кол-во голосов: 0

— Ну вот и славно. — ответил Семен Михайлович. — Не хотелось вас неволить, право. Значит, все три машины распределите сами, по прибытию на место. Сколько у вас до окончания курсов осталось? Два дня? Вот на третий и поезжайте сразу же. А я сегодня же вызову товарищей Хальсена и Вилко.

Москва, Киевский вокзал

22 ноября 1939 г., около десяти утра

— Вот по всему видать, не судьба тебе жениться в ближайшее время, старлей. — хмыкнул Вилко, выходя из вагона. — Может даже и никогда.

— Warum, Арсений Тарасович? — удивился идущий за комиссаром Хальсен. — Что ж я, не человек, и не звучу гордо? Все во мне прекрасно, особенно мысли и одежда.

— Darum, Максим Саныч, що едва только ты предложение девушки сделал, как бац-трах, и уже в поезде. На следующий же, заметь, день. И вместо Марлен под боком, у тебя «Лили-Марлен» в твоем собственном исполнении. Причем поешь ты, мягко говоря, хреново. Так, а где наш комбат, почему не встречает?

— Товарищ Вилко? — рядом с командирами появился незнакомый сержант НКВД.

— Он самый. — капитан окинул подошедшего взглядом, отметил общий щеголеватый вид и внутренне усмехнулся. — С кем имею?

— Сержант госбезопасности Чижик. — представился НКВДшник. — Мне приказано сопроводить вас и экипажи в ГАБТУ[37], где вам будет сообщено о цели вашего прибытия. Автобус ждет у вокзала.

— О, це добже. — хмыкнул капитан. — Марченко, строй бойцов в колонну по двое, и следуем за мной и товарищем сержантом.

Советско-финская граница, штаб 1-го егерского батальона

27 ноября 1939 г., восемь утра

(время местное)

— Господин подполковник, рядовой Савалайнен по вашему приказанию прибыл! — молодой парень лихо козырнул начальству и вытянулся по струнке.

— Вольно, солдат. Присаживайтесь. — оккупировавший кабинет (сущую комнатушку) комбата егерей Инкала кивнул на стул и пододвинул к себе бланк протокола. — Назовите ваше полное имя и дату своего рождения.

— Эмил Савалайнен, родился шестого января тысяча девятьсот двадцатого года.

— О как. Чуть больше месяца до дня рождения осталось, парень?

— Так точно. — рядовой смущенно улыбнулся. — Двадцать стукнет.

— Это хорошо. — подполковник не стал говорить, что теперь, после вчерашнего происшествия, лично он в том, что егерь до праздника доживет, не столь уверен. — Я начальник погранотряда Карельского перешейка, как ты наверное знаешь.

— Так точно! — солдат попытался вскочить и вновь встать по стойке «смирно», однако подполковник устало махнул рукой, удерживая парня на месте.

— Сидите, рядовой. Мне нужно допросить вас о вчерашней артиллерийской стрельбе, а не любоваться вашей выправкой. Расскажите, все что знаете.

— Ну… А что рассказывать? — пожал плечами парень. — Вчера я с трех до шести пополудни был в дозоре возле Майнилы. Только заступил, как слышу — выстрел. Ну, такой… Как из пушки. А секунд через двадцать в поле, между русской деревней и границей ка-ак жахнет! И воронка посреди поля. Это… где-то на три часа от меня.

— На нашей, или на советской территории? — уточнил подполковник, записывая.

— На их.

Подполковник кивнул.

— Дальше что было?

— Дальше? Минуты через три из деревни к воронке подошли русские военные. Сначала один, а потом еще пятеро… или шестеро.

— Пятеро или шестеро?

— Не знаю. — парень растерянно заморгал. — Я не считал точно.

— Жаль. — вздохнул Инкала. — И что они там делали?

— Да ничего, господин подполковник. Минуты три рассматривали воронку от взрыва, а потом ушли.

— Ничего не выкапывали, ничего не уносили? — Инкала все еще надеялся, что русские просто что-то испытывали, отчетливо осознавая, впрочем, что надежды эти пусты.

— Никак нет.

— Ты хорошо рассмотрел? Далеко они от тебя находились?

— В тысяча ста, может тысяча ста десяти метрах.

— Откуда такая точность? — удивился начальник погранотряда.

— Так… — Эмил смущенно улыбнулся. — Пост-то снайперский. Давно уже все расстояния промерили.

— Это молодцы. — усмехнулся подполковник. — Хвалю. Ну, а откуда стреляли, не заметил?

— Да я так понимаю, с советской стороны. Часов с шести или семи. В том направлении потом еще ружейная стрельба была.

— Яа-а-асно… — протянул Инкала. — Что-то еще добавить можешь?

— Никак нет.

— Тогда на. — подполковник протянул протокол и перо Савалайнену. — Распишись.

Когда дверь за Эмилом закрылась, Инкала устало потер глаза. Не сходились его показания, ни с показаниями некоторых других опрошенных, ни с банальной логикой. Ибо, когда в солдата стреляют из пушки, сначала он видит вспышку, затем ему отрывает голову, и только потом он может услышать звук самого выстрела.

«Дело ясное, что дело темное», подумал подполковник.

К вечеру следующего дня, после обмена нотами, СССР вышел из советско-финского пакта о ненападении. Война между СССР и Финляндией приближалась.

ДОКЛАД

командующего войсками Ленинградского военного округа народному комиссару обороны об артиллерийском обстреле советских войск с финской территории в районе Майнилы 26 ноября 1939 г.

Д о к л а д ы в а ю: 26 ноября в 15 часов 45 минут наши войска, расположенные в километре северо-западнее Майнилы, были неожиданно обстреляны с финской территории артогнем. Всего финнами произведено семь орудийных выстрелов. Убиты 3 красноармейца и 1 младший командир, ранено 7 красноармейцев, 1 младший командир и 1 младший лейтенант. Для расследования на месте выслан начальник 1-го отдела штаба округа полковник Тихомиров. Провокация вызвала огромное возмущение в частях, расположенных в районе артналета финнов.

МЕРЕЦКОВ МЕЛЬНИКОВ

ПРИКАЗ

штаба Ленинградского военного округа командующим 7, 8, 9,14-й армиями о немедленном открытии ответного огня в случае обстрела с финской стороны

27 ноября 1939 г.

Командующий войсками округа приказал:

В случаях повторения провокаций со стороны финской военщины — стрельбы по нашим войскам, немедленно отвечать огнем вплоть до уничтожения стреляющих.

Начальник штаба Ленинградского военного округа

комдив Чибисов

Военный комиссар штаба округа

полковник Виноградов

Советско-финская граница, расположение 20-й ттбр

27 ноября 1939 г., около одиннадцати утра

(время местное)

— Вот, товарищи. — произнес Бохайский, похлопав ладонью по броне танка СМК. — Это и есть те самые, по выражению товарища старшего лейтенанта, «очешуеть». Эти машины нам и предстоит испытать в боевых условиях.

Хальсен сделал вид, что ему ни капельки не стыдно.

После того, как полковник из ГАБТУ (он представлялся, но Макс забыл его фамилию практически моментально, больно уж мудреная была — навроде Тер-Амбарцумян) расписал достоинства новых танков КВ, СМК и Т-100, те можно было со спокойной душой канонизировать. Орудия, лошадиные силы мотора, проходимость — все параметры танков более чем впечатляли, однако самое «вкусное» полковник оставил напоследок, так что когда он назвал параметры брони, старлей удивленно икнул, и, совершенно машинально, выдал это самое «очешуеть, das ist Phantastik».

— Давайте, значит, распределять машины по экипажам. — продолжил подполковник. — Ты, Арсений Тарасович, что там, в автобронетанковом управлении, говорил? Башен в два с половиной раза меньше, должны б ломаться настолько же реже?

вернуться

37

ГАБТУ — Главное автобронетанковое управление РККА

42
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru