Пользовательский поиск

Книга Рецензии на произведения Марины Цветаевой. Содержание - Б. Лавренев «Христолюбивая Палингенезия» Литературные заметки

Кол-во голосов: 0

Одна уже в царстве теней: другая еще не постигает возможности смерти.

Я вечности не приемлю:
Зачем меня погребли?
Я так не хотела в землю
С любимой моей земли![207]

Она любит благолепие церкви, торжественность обряда, сладость молитвы. Она богомольна, но не религиозна.

Как различно выражается у Ахматовой и у Цветаевой любовь к России! Первая возвышается до истинного пафоса, становится молельщицей за несчастную «темную» родину. Она отрекается от всего личного, отгоняет от себя последние «тени песен и страстей»,[208] для нее родина в духе, и она молится:

Чтобы туча над темной Россией
Стала облаком в славе лучей.[209]

У другой — не скорбь души, а страшный вопль терзаемого тела. Что ей до того, что убитые станут «Божьего воинства новыми воинами»[210] — все они ее сыновья, ее плоть. Она загораживает их собой, как мать своих детей, и диким звериным голосом воет над их трупами.

Это причитание — быть может, самое сильное из всего, написанного Цветаевой.

И справа и слева
Кровавые зевы,
И каждая рана:
— Мама!
Все рядком лежат, —
Не развесть межой!
Поглядеть: солдат!
Где свой, где чужой?
. . . . . . . . . .
Без воли — без гнева —
Протяжно — упрямо —
До самого неба:
— Мама![211]

Искусство Ахматовой — благородно и закончено. Ее стихи совершенны в своей простоте и тончайшем изяществе. Поэт одарен изумительным чувством меры и безукоризненным вкусом. Никаких скитаний и метаний, почти никаких заблуждений. Ахматова сразу выходит на широкий путь (уже в первом ее сборнике «Вечер» есть шедевры) и идет по нему с уверенной непринужденностью. Цветаева, напротив, все еще не может отыскать себя. От дилетантских, институтских стихов в «Вечерний альбом» (заглавие первого ее сборника) она переходит к трогательным мелочам «Волшебного фонаря», мечется между Брюсовым и Блоком, не избегает влияния А.Белого и Маяковского, впадает в крайности народного жанра и частушечного стиля. У нее много темперамента, но вкус ее сомнителен, а чувства меры нет совсем. Стихи ее неровны, порой сумбурны и почти всегда растянуты. Последняя ее поэма «Царь-Девица» погибает от многословия. И все же это произведение — примечательное, и голос ее не забывается.

Б. Лавренев

«Христолюбивая Палингенезия»

Литературные заметки

«Что такое Госиздат?»

«Госиздат — аппарат Советской власти, осуществляющий издательскую работу по социалистическому просвещению масс, путем печатного слова».

(Из никчемных диалогов)

Лошади едят овес.

Александр Македонский ездил на Буцефале.

Наполеон был император.

Госиздат занимается социалистическим просвещением масс.

Первые три фразы из новейшего самоучителя совершенно бесспорны.

Четвертая должна быть не менее бесспорной.

Потому, что социалистическое просвещение — хлеб насущный для темной и малограмотной страны.

Поэтому Госиздат старается всячески выполнить возложенные на него почетные задачи.[212]

Поэтому он издал замечательный календарь со святцами, в которых есть святые, имен коих не знают самые ученые богословы.

Поэтому в этом календаре превозносится римский царь Пума(?) Помпилий, которого горячо любили римские граждане и которого рекомендуется также горячо любить русским рабочим и подражать ему в уме и трудолюбии, равно как и римской богине Май, прекрасной, «как сказка» (!!!).

И, очевидно, поэтому Госиздат издал две лежащие передо мной книги.

Первая книга стихов Марины Цветаевой «Версты», вторая тоже книга стихов Георгия Шенгели «Раковина».

Начну с оговорки.

Меньше всего хочу хулить авторов этих книжек. Несомненно, что Марина Цветаева талант большого диапазона. Несомненно, что кованые стихи Георгия Шенгели могут стать учебником стиля для начинающего поэта, так же как и исключительно прихотливая и чудесная метрика и ритмика Цветаевой.

И да простят мне оба поэта резкость и односторонность последующего использования их материала, ибо моей целью становится доказать, что если лошади едят овес, то Госиздат, может быть, тоже ест оный, но социалистическим просвещением масс не занимается.

Начнем с книги Цветаевой.

Вся она с первой до последней страницы проникнута византийским кликушествующим и истеричным религиозным фанатизмом.

«Бог», с большой буквы, не сходит с ее строк во всех видах и падежах. Вот ряд последовательных выдержек из стихов Цветаевой: «на страшный полет крещу вас», «потруди за меня уста — наградит тебя Царь Небесный», «Богородица в небесах, вспомяни о моих прохожих», «помолюсь угодникам», «Архангелы меня ведут», «Благовещенье праздник мой», «Благословен плод чрева твоего, Дева милая», «по устам слово — Богородица», «за вас в соборе Архангельском большая свеча горит», «и все сорок чти — сороков церквей», «и на тебя с багряных облаков уронит Богородица покров», «одену крест серебряный на грудь», «молюсь угодникам», «всюду, где Бог-судья», «Богородицей слыву — Троеручицей», «да молитесь за помин моей души», «плачьте о мертвом ангеле», «О, Господи Боже ты мой!», «что надобно любить Иегову», «возлюбила больше Бога милых ангелов его».[213]

Мне кажется, что этой неполной сводки богопочитания Марины Цветаевой достаточно.

Не осуждаю поэтессу, ибо каждому свое. Один любит горький хрен, другой бланманже, как сказал Прутков.[214]

Насильно мил не будешь.

Но царелюбивый Госиздат решил, что в область социалистического просвещения, кроме почтения к Пуме Помпилию, входит обязательно и богопочитание.

Результат — тиснутая книжка Марины Цветаевой, с сохранением всех больших букв по отношению всемогущего управителя судеб мира, а в миру и Госиздата.

Всякий атом хвалит имя Господне.

Госиздат также атом.

Следовательно, и Госиздату надлежит хвалить имя Господа.

Из этого вытекает одно следствие: религия — опиум для народа.

Выпуском книги Цветаевой Госиздат дал явное доказательство актуальности означенной аксиомы…

О чем еще говорить. Доказывать непреложную истину, что в России существуют десятки частных издательств, которые (вольному воля — спасенному рай) могли бы издать книги Цветаевой и Шенгели?

Но к чему биться башкой о стену, когда на это есть Госиздат? Остается только внести скромное предложение о переименовании Госиздата за чрезвычайные заслуги в деле просвещения в «христолюбивую Палингенезию».[215]

Кратко, непонятно, но красиво.

вернуться

207

Строфа ранней редакции стихотворения «Идешь, на меня похожий…», в окончательный текст не вошедшая.

вернуться

208

Из стихотворения А. Ахматовой «Памяти 19 июля 1914».

вернуться

209

Из стихотворения А. Ахматовой «Молитва». 8

вернуться

210

Из стихотворения А. Ахматовой «Утешение».

вернуться

211

Из стихотворения «Ох, грибок ты мой, грибочек, белый груздь!..» Ср. с впечатлениями от этого стихотворения известного политического деятеля, эсера В.М.Чернова: «…отдыхаешь на таких стихах, как „Царю на Пасху“, „Ох, грибок ты мой…“ Марины Цветаевой… проникнутых неподдельной ясностью и непосредственностью передаваемого настроения, в котором столько чистоты и высшей человечности. Эти вещи можно и хочется читать и перечитывать: они — точно свежая студеная родниковая вода после теплых и пряных питий смесей» (Чернов В. Эолова арфа революции. Голос России. 1922. 16 апр. С.7).

вернуться

212

В брошюре 1925 г. «Государственное издательство РСФСР» говорится: «Одной из главных задач Госиздата, особенно в годы Гражданской войны, было издание такой литературы, которая выясняла бы широкий народный массовый смысл совершающихся событий. Госиздат должен был явиться орудием самых разнообразных книжных ценностей, охватывающих все многообразные человеческие знания и достижения».

вернуться

213

См. стихотворения: «Никто ничего не отнял…», «Собирая любимых в путь…», «Разлетелось в серебряные дребезги…», «Еще и еще песни…», «В день Благовещенья…», «Канун Благовещенья…», «Димитрий! Марина! В мире…», «Облака — вокруг…», «Из рук моих — нерукотворный град…», «Над синевою подмосковных рощ…», «Да с этой львиною…», «Всюду бегут дороги…», «Коли милым назову — не соскучишься!..», «Продаю! Продаю! Продаю!..», «Думали — человек…», «Белое солнце и низкие, низкие тучи…», «Наездницы, развалины, псалмы…», «Бог согнулся от заботы…»

вернуться

214

Из басни К. Пруткова «Разница вкусов»: «Тебе и горький хрен — малина, // А мне и бланманже — полынь!»

вернуться

215

«Палингенезия» — название стихотворения Георгия Шенгели.

25

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru