Пользовательский поиск

Книга Китай и китайцы. Привычки. Загадки. Нюансы. Содержание - ЛЕКЦИЯ, ПРОСЛУШАННАЯ В САМОЛЕТЕ

Кол-во голосов: 0

– А правда, что если съесть подряд три мороженых, то обязательно заболит живот? – озабоченно поинтересовалась пятилетняя племянница Алиска. Ее широко распахнутые глазенки были полны надежды.

– Все зависит от ситуации, – многозначительно, как и подобает взрослому, умудренному жизненным опытом, человеку, ответил я. – Надо бы как-нибудь установить истину опытным путем…

– Это твой шанс, парень! – сказал я самому себе, подражая Харли Дэвидсону в исполнении Микки Рурка из одноименного фильма. – Теперь или никогда!

Хорошая фраза «Теперь или никогда!». Мобилизует и не дает быстро расслабиться вновь.

Упускать шанс мне не хотелось. Жаль было упускать..

Спустя десять дней я вылетел в Пекин с девяностодневной туристической визой в загранпаспорте.

Визу и билет мне устроила одноклассница Юля, работавшая в крупном туристическом агентстве.

– А может быть, тур? – предложила она, пряча в ящик стола мой загранпаспорт.

– Найн! – Я затряс головой. – Только свободный полет!

– Как знаешь, – ответила Юля. – Будет готово в следующий вторник. После двенадцати…

Так уж получилось, что я не оправдал ничьих надежд.

Я не сделал предложения Вике…

Я распорядился своим выигрышем не очень разумно…

Я не успел привыкнуть к хорошей жизни…

Я не подумал покупать машину…

Я не стал совладельцем кафе…

Я не положил свой выигрыш в банк…

Я не уволился, а всего лишь оформил очередной отпуск и взял к нему два месяца за свой счет. Маргарита не возражала, ведь лето – мертвый сезон, все клиенты разъезжаются, кто куда…

Впрочем, нет – среди моих близких нашелся один человек, чьи надежды оправдались, и даже с лихвой. Накануне отлета я опытным путем доказал Алиске, что даже от пяти съеденных подряд порций мороженого с животом ничего плохого не случится.

Я подготовился как следует – проштудировал два путеводителя по Китаю, заново перечитал «Суждения и беседы», вызубрил несколько самых необходимых фраз...

Друзья и родственники желали мне хорошо провести время. Уверен, что за моей спиной они недоуменно переглядывались, крутя пальцем у виска и пожимая плечами.

Ну и пусть…

– Почаще давай о себе знать! – наказал отец. – А то знаю я тебя…

– Я буду слать всем письма по мэйлу! – пообещал я. – С фотографиями!

– И мне тоже?! – запрыгала от радости Алиска.

– Тебе – в первую очередь! – пообещал я. – Буду рассказывать тебе китайские сказки.

– Только чтобы без всяких ужасов! – строго сказала сестра Лиза. – А то знаю я этих китайцев…

У Лизы действительно есть один знакомый китаец – Сережа Ли, коренной, в шестом поколении, москвич, в котором если и осталось что-то китайское, то только фамилия.

– Ты, Дениска, смотри – все деньги при себе не таскай! – погрозила пальцем бабушка. – Половину оставляй в сейфе в гостинице. А то неровен час…

Бабуля два года назад побывала в Турции и больше всего была впечатлена сейфом, расположенным прямо в номере.

– Смотри там! – строго и туманно предупредила Вика. – А то…

Поднимаясь по трапу, я получил эсэмэску от Вовки с пожеланием счастливого пути.

Я уселся в кресло, прикрыл глаза и стал наслаждаться покоем. Прощальная суета крайне утомительна.

Спустя четверть часа наш массивный «Боинг-777» разбежался и легко взмыл в подмосковное небо, чтобы через семь с половиной часов приземлиться в столичном аэропорту Пекина.

ЛЕКЦИЯ, ПРОСЛУШАННАЯ В САМОЛЕТЕ

– Уже доводилось бывать в Китае?

Сосед слева – лысый коренастый мужчина средних лет – смотрел на меня с доброжелательным интересом. Чувствовалось, что ему хочется пообщаться.

– Нет, – признался я, с удовольствием отрываясь от монотонного созерцания плотной пелены облаков, над которыми несся в пространстве наш лайнер. – Лечу в первый раз.

– Правда? – оживился сосед. – Тогда я, если не возражаете, введу вас в курс дела…

Я не возражал, наоборот, было интересно.

Моего соседа звали Владимиром, отчество он, как сейчас стало модным, не назвал. С китайцами Владимир вел бизнес – размещал у них заказы на производство деревянных игрушек. Вот уж никогда бы не подумал, что человек с такой скучной обыденной внешностью может заниматься таким веселым, на мой взгляд, делом, как производство игрушек.

– Вы туристом или по делам? – уточнил Владимир.

– Туристом, – ответил я.

– Все равно запомните, что я вам расскажу, ведь так или иначе дело вам с китайцами иметь придется…

Владимир поерзал, пытаясь устроиться поудобнее в тесном кресле, и начал:

– Имейте в виду – китайцы всегда действуют по обстановке. Правильно – неправильно, порядочно – непорядочно, уместно – неуместно, дальновидно – недальновидно, все эти понятия для них ничего не значат. «Выгодно – невыгодно» – вот тот барометр, с которым они сверяются постоянно!

– Но это общепринято… – я попытался вступиться за китайцев, но договорить мне не дали.

– Да, все люди при каждом удобном случае пытаются соблюсти свою выгоду, – поспешил согласиться Владимир. – Но есть какие-то рамки, границы разумного… Вот, например, – когда я заказал фабрике в… впрочем, детали вам вряд ли интересны, когда я заказал китайской стороне первую партию кубиков с картинками, я по неопытности уделил мало внимания упаковке и не прописал досконально в договоре все требования к ней. И что бы вы думали? Я сразу же был наказан за свою халатность – китайцы упаковали довольно-таки тяжелые деревянные кубики в коробки, изготовленные чуть ли не из туалетной бумаги. Коробки эти рвались при первой же попытке взять их в руки, а кубики при этом, разумеется, рассыпались. Вся партия, полностью оплаченная, заметьте себе, поскольку китаец без стопроцентной предоплаты и с места не сдвинется, так вот, вся партия оказалась непригодной для реализации. Можете себе представить мое состояние…

– Да уж, – посочувствовал я. – Хорошего мало.

– Совсем ничего. И какое после этого должно у меня было создаться мнение о моих китайских партнерах? Партнерах, которым было наплевать на перспективу нашего сотрудничества, на будущие доходы, на свою репутацию! – Владимир повысил голос настолько, что на нас стали оглядываться. – Главное – нагреть руки, пока есть возможность это сделать!

– А потеря лица? – Я не преминул блеснуть своим знанием китайской психологии.

– Я вас умоляю! – расхохотался Владимир. – Я же иностранец!

– И что с того? – удивился я.

– Все дело в том, что китайцы по-своему относятся к иностранцам. Все они без исключения уверены в своем превосходстве над чужаками и не склонны прощать нам с вами никаких ошибок. Переговоры с ними вести надо вдумчиво и осторожно, вникая во все мелочи и обдумывая каждое свое слово.

– Это точно! – поддержал голос из задних рядов.

Владимир огляделся по сторонам и заговорил немного тише:

– Китайцы убеждены, что от чужаков, которых они называют «лао вай», что переводится примерно как «человек с окраины», ничего хорошего ждать нельзя. И делать чужаку добро не стоит – он все равно не оценит… Такие вот дела. Хотя, конечно, времена меняются, и если сейчас нас называют чуточку (всего лишь чуточку) пренебрежительно «лаоваями», то раньше иностранцев здесь звали «заморскими чертями» – «ян гуй». Чувствуете разницу?

Я молча кивнул.

– И понять их очень трудно, – продолжил Владимир.

– Да, язык не из легких, – согласился я.

– Дело не в языке, – махнул рукой Владимир, – многие из них, во всяком случае – бизнесмены, прекрасно говорят по-английски. Дело в менталитете. В их манере выражаться, в этих туманных, витиеватых и весьма запутанных речах, в которых, как говорится, без поллитры не разберешься. Все неопределенно, все уклончиво, все туманно…

– Есть ли в этом практический смыл?

– Китайцы считают, что подобный стиль поведения дает им стратегическое преимущество над партнером, – пояснил Владимир. – Их задача заключается не в том, чтобы достигнуть договоренности, нет – им нужно одержать моральную победу! Китайцы всеми силами стараются заставить партнера раскрыться, а сами при этом предпочитают оставаться в тени. Вот, послушайте, какая у меня вышла история...

2
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru