Пользовательский поиск

Книга Империя Владимира Путина. Содержание - Путин против Путина

Кол-во голосов: 0

1. Региональные элиты.

Российский олигархический капитализм отбросил регионы на периферию политико-экономической жизни. Сформировавшись, ельцинская элита сдала лестницу вертикальной социальной мобильности на безответственное хранение в первый отдел РСПП. В итоге между олигархической столицей и субъектами Российской Федерации закрепился великий разрыв (почти по Фукуяме) — социальный, ценностный и ментальный.

Региональные элиты уже поняли, что «вертикаль власти» образца 2000 года была нужна, в первую очередь, олигархам, чтобы отстранить регионы от завершающей стадии раздела и дальнейшего передела крупной собственности. Унификация законов — лишь побочное следствие этого олигархического проекта.

Кроме того, региональные элиты объективно заинтересованы в культивировании своих территорий, в развитии регионов, каковое невозможно без сильной центральной власти и, соответственно, единого государства. Ибо ни экономически, ни политически российские регионы (покуда они, к счастью, не укрупнены) не могут претендовать на государственную самостоятельность. А вытеснение русских китайцами с фактическим расчленением страны регионалов никак не устраивает — тогда эти элиты будут повержены, сброшены с игорного стола новейшей русской истории.

Потому региональные элиты — объективные сторонники Путина в борьбе с правящим слоем девяностых. И — строительный материал для новой элиты. И Кремлю следовало бы ныне больше думать не об удушении губернаторов, а об интеграции широких масс талантливых регионалов в федеральную власть, федеральную политику, медиа-среду.

2. Церковь.

Иудеохристианская традиция — даже с поправкой на глубинное русское язычество — сильнее скороспелого культа Молоха. Этим почти все сказано. Страна нуждается в религиозном и церковном (институциональном) возрождении.

Православие в X веке помогло скандинавско-византийскому совместному предприятию стать целенаправленной Русью. В XVII веке — предотвратило польское завоевание (вспомним патриарха Гермогена). В XIX веке — объединило народ во время наполеоновского нашествия (К. Леонтьев писал, что именно французские бесчинства в православных храмах стали последней каплей, вовлекшей народ в войну, сделавшей войну Отечественной). Да и генералиссимус Сталин не случайно возродил в разгар Великой Отечественной войны патриаршество и пошел навстречу Церкви.

Православная паства — сырье для новой элиты. Проекты по восстановлению единства Православной Церкви, сближению христианских конфессий, в которых Путин уже участвует, гораздо важнее, чем это может показаться на первый взгляд.

3. Интеллигенция.

ЦК интеллигенции самоликвидировался. Но сама интеллигенция — не уничтожена. И все так же глядит окрест себя, поражаясь цинизму и безответственности олигархического капитализма. Миллионы провинциальных ученых, врачей, учителей, библиотекарей, актеров и т. д. — объективные противники логики и философии девяностых годов. Они, как никто другой, важны для вытеснения старой элиты и институтов религии золота.

4. Государевы люди.

Во взаимоотношениях государства и человека в России во все времена присутствовала особая мистика. «Государев человек» — знак почета и сопричастности некоему таинству. В 90-е годы, когда государство обесценило себя, объявило самое себя явлением временным и уродливым, смысл «государевых людей» почти пропал. Бюрократия превратилась в придаток крупного бизнеса, весь смысл которого — юридически оформить некие процессы разложения и распада. Но потребность в таинстве у миллионов (гражданских и военных) никуда не пропала. Им кажется, что государство просто вышло покурить или, смертельно усталое от русских веков, поехало отдохнуть к морю. И когда оно вернется, и напомнит о себе, когда «государевы люди» будут отделены от источников больших денег, опорой национального проекта станет еще один мощный социальный пласт.

5. Оппозиция.

Как ни странно. Ходорковский в этом вопросе действовал куда правильнее Путина.

В России есть только три более или менее реальные политические партии — КПРФ, СПС, «Яблоко». Потому что у этих партий есть понятный базовый электорат. У «Единой России» его нет и быть не может, ибо тактический союз бизнеса и бюрократов во имя сохранения источников доходов есть все что угодно, только не партия. Да и в целом идея «президентской партии» упадочна и порочна. Ибо глава государства в России призван быть общенациональным, а значит, надпартийным лидером. В начале 2000 года, когда политтехнологи Казанцев, Трошев и Шаманов выстрелами из всех орудий вели Путина к победе на президентских выборах, «путинское большинство» на 50% состояло из традиционных избирателей КПРФ и СПС. «Единство» же охватило электоральное болото — огромный массив людей, реагирующих не на идеологии, но на условные знаки и символы, на ржавый скрежет истории. На болоте могут строиться стремительные PR-кампании и даже петровская столица, но никак не настоящие партии.

Как ни смешно, и Путин нужен оппозиционным (считающимся ныне таковыми) партиям. Потому что, действуя сообразно логике 90-х годов, партии выхолащиваются, превращаются в обманки, в краткосрочные олигархические проекты. Им же надо быть — системными структурами, способными к самовоспроизводству. Партиям жизненно необходим переход от постмодернистской среды тотального манипулирования к реальной политической жизни, с мясом идеологии и кровью борьбы. Такое возможно только после отставки элиты девяностых.

Путин не может заставлять страну долго ждать. Доверие к Кремлю и так расшатано до предела, как кровоточащий недолеченный зуб. Время — и президенту придется это понять — жестко работает против него.

Путин против Путина

… В сердце моем вдруг тогда зажглось и вспыхнуло другое чувство… чувство господства и обладания.

— Подлинно вы не в своем уме, — заметил он, даже не подняв головы, так же медленно сюсюкая и продолжая вдевать нитку.

— И где это видано, чтоб человек сам против себя за начальством ходил?

Достоевский

Один из ключевых противников Владимира Путина — сам Владимир Путин.

Он ведь тоже порождение элиты 90-х годов, ее ставленник. Эта элита до недавнего времени считала его заводной куклой, которая нуждается лишь в регулярной протирке механизма техническим спиртом. И они хотят, чтобы Путин выполнял по-настоящему только одну роль — гаранта результатов приватизации. Остальные роли — понарошку.

Ему временами кажется, что можно обойтись полумерами, что можно еще, по Щедрину, погодить. Что Бог чего-нибудь даст и так.

Но земная кора уже пришла в движение. На поверхности 1/7 части суши видны аршинные трещины. Их не засыпать вчерашним мусором. Они неуклонно растут и ширятся, как сотрудничество КПСС с братскими партиями.

Поэтому Путину придется выбрать. Он, наверное, может выбрать. Ведь он все-таки — президент.

8
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru