Пользовательский поиск

Книга Другая Россия. Содержание - лекция шестнадцатая Город — враг

Кол-во голосов: 0

лекция пятнадцатая

Сексуальная комфортность

Чарльз Мэнсон — талантливый психолог, проницательный плебей с тюремным опытом, так ловил души своих девочек: «Чарли раздел меня и подвёл к зеркалу. „Посмотри на себя, какая ты прекрасная, какие у тебя полные, стройные ноги, какой овальный белый живот… Ты призвана дарить радость, любой мужчина должен испытывать счастье, погружаясь в тебя…“» Это рассказывает одна из его девочек, кажется, «Сквики» (кричащая, цокающая, обычно так говорят о белках). Чарли быстро набрал свой гарем, свою коммуну. К нему пристали трудные дети буржуазных семей. Те, у кого не ладилась жизнь, кому трудно было общаться с родителями и тем более с противоположным полом. Чарльз Мэнсон, хотя никто его этому не учил, знал от Бога, что сказать каждой, самой невзрачной, как приветить её. Они все были им любимы. «Чарли — это любовь», — говорили они о нём. Говорят и сейчас, 33 года спустя.

Работал Мэнсон просто — употреблял секс-терапию. Сексуальный акт служил высшей формой ласки, служил для снятия напряжения и одновременно спаивал коллектив коммуны самым прочными узами. Мужчин в коммуне Мэнсона было намного меньше, чем девушек, где-то в пропорции 1 к 5 или 1 к 3. Вульгарное воображение называет подобные отношения «свальным грехом» или «оргиями», на самом деле, когда через месяц или два спадает ощущение новизны и необычности происходящего, видны становятся огромные преимущества подобного существования в коллективе.

Прежде всего нет трудоёмкой охоты на женщину или охоты на мужчину, и это колоссальное облегчение. Охота на самку в буржуазном обществе сопровождается рядом лживых социальных ритуалов: затратами, лживыми обещаниями, прелиминарными встречами, короче, выродившимися и потерявшими значение церемониями. Оба участвующих в церемонии играют социальные роли, мучают себя и партнёра. Не только спонтанность желания исчезает, тут речь уже не идёт о желании, а лишь о цели. В коммуне всё совершается случайно, спонтанно, все ласки дозволены, отказов нет. Отсюда возникает ощущение глубокого удовлетворения жизнью, глубокого тепла. Каждый любим всеми.

Богач, с большими деньгами, но живущий в обычном обывательском мире, ни за какие деньги не купит себе такого блаженства. Множественные совокупления, ласки, да просто сон, переплетаясь телами. Буржуа сально, слюна с губы, мечтает об этом, коммунар имеет это ежечасно, ежедневно.

Вспомним, что проповедовал ересиарх Дольчино Торинелли — персонаж дантовского «Ада»: «что в любви всё должно быть общим, и что можно без всякого различия ложиться со всеми женщинами, за что никогда нельзя обвинить в любодеянии. Даже если ляжешь с сестрою, с дочерью». Это в 1303 году проповедано. От этой проповеди до коммуны Чарльза Мэнсона в Калифорнии в 1968 году через семь столетий прошла некая искра, весть.

Заметьте, что в революциях средневековья речь идёт всегда о глобальном освобождении человека, со всеми потрохами, с детородным органом — органом наслаждения, освобождении всего тела. На самом деле обобществление жён важнее проблем имущества. Почему секты проповедовали свальный грех или аскетизм? Потому что понимали важность тела. Это позднее тело спрячут, затолкают подальше, объявят вне закона. Великолепное же, здоровое, разнузданное средневековье мыслило не абстрактными цифрами и выкладками «Капитала», исключительная ценность сексуальной комфортности была понятна сама собой.

Почему взяв неприятельский город солдаты искали золото и насиловали женщин? Потому что сексуальная комфортность столь же ценна как и золото. Мир, — это понимал ересиарх Дольчино, и ересиарх Джон из Лейдена, — должен быть устроен таким образом, чтобы «можно без всякого различия ложиться со всеми женщинами». 40 часов в неделю, в 60 лет на пенсию, минимальная оплата труда 1000 франков в месяц — это для рабов. А «ложиться со всеми женщинами» — для особенных людей.

У Мэнсона, судя по воспоминаниям, было отлично. Бренчал за перегородкой на гитаре сам Чарльз. Made love со «Сквики» высокий красавец Бобби Босолей, в уголках большого сельского дома занимались любовью ещё несколько пар. Ползали дети. Прибывшего гостя манила к себе освободившаяся от Бобби «Сквики». Вечерний мирный вечер.

Вот каким-то таким должно быть будущее. Правда, должны возвращаться с дежурства караульные: вешать на крючки автоматы, умываться, девушки подают им ужин. Одна пара уединяется, соединяется тройка…

Сколько ужаса испытывают подростки, не умея сойтись с противоположным полом, отыскать себе пару. Какие терзания, самоубийственные порывы. Годы одиночества, насилия над психикой, прыщи… А ведь, быть так не должно, никто не предусматривал всё это… Love — это благо, нужно быстрее приобщиться к love.

Для тех подростков, кто не избавился от девственности сам, нужно по достижении 13 лет вменить обязательное лишение девственности. Поскольку это обуза на самом деле. Поскольку love — это благо, то нужно спешно приобщиться к love.

Доводы в пользу промискуитета:

Если посмотреть на российскую семью с точки зрения деторождения, то современная семья катастрофически не выполняет задачу деторождения. 4 миллиона абортов в год, население уменьшается на 500 тысяч в год — вот цифры «эффективности» жизни семьями сегодня. С точки зрения же сексуальной комфортности, вступив единожды в брак, мужчина и женщина обречены всю жизнь видеть стареющие лица друг друга и выносить интимную близость друг друга вопреки понятному и давно объяснённому сексологами и психологами закону: сексуальное влечение проходит в среднем через два года. Российская семья — как бы смирительная рубашка, а точнее — пояс девственности и на женщине и на мужчине. Только совместное убогое имущество, главным образом квартира, и привычка удерживают супругов вместе. И страх одиночества.

С точки зрения деторождения много более здоровой чем русская является семья мусульманская: по Корану мужчине разрешено иметь четырёх жён: каждая из них соответствует одному из мужских семилетних возрастов наилучшего деторождения. Мусульманская семья куда более плодоносна, она многолюдна, она удовлетворяет сексуальные потребности, по крайней мере мужчины, более полно чем российская или западная семья. Но в мусульманской семье, увы, обделённой радостями любви остаётся женщина. То есть задача деторождения решается, а задача удовлетворения сексуальной комфортности — потребности женщины в любви — нет, не решается. Промискуитет (но в добавление к нему введение обязательного возраста деторождения от 25 до 35 лет) представляется высшей формой сексуального общежития. Ведь сексуальное удовольствие не есть надоедливый грех, который усиленно изгоняли из социальной жизни, а необходимое условие счастья, показатель степени радости жизни, показатель её качества. В здоровом обществе надо начинать секс не позднее 13 лет, как уже указывалось, а в случае опоздания следует лишать девственности торжественно, в день рождения. Новая цивилизация будет позволять все формы сексуального общежития, в том числе и семью (до тех пор, пока партнёров связывает любовь), но поощрять семью не будет.

Деторождение в здоровом обществе — обязанность женщины, как обязательная воинская обязанность — обязанность мужчины. Однако воспитание и содержание детей должно быть вынесено из семьи. Лучший репродуктивный возраст женщины — от 25 до 35 лет. В этот возраст каждая здоровая психически и физически женщина обязана будет родить для Родины не менее четверых детей. Если женщина имеет детей раньше — пусть имеет, и сдаёт их в коммуну. В таком случае в возрасте от 25 до 35 лет часть обязанностей по деторождению будет уже выполнена. Аборт чаще всего не есть боязнь самого акта рождения как такового, но боязнь последующих унылых годов содержания, воспитания и образования ребёнка, которые у нас в России затягиваются в среднем до четверти века. Аборты будут запрещены.

Сексуальная комфортность новых естественных отношений мужчины и женщины подымет мораль общества: станет много меньше недовольных лиц и самоубийственных голосов. Люди будут начинать жизнь пола лет на пять раньше и заканчивать её позже. Подобные новые нравы будут способствовать поднятию здоровья нации. Сегодня в школах сидят на партах такие 13-летние и 15-летние «девочки» — что парты трещат от расцветших телес. Им не место на партах — им место в постели. Человечество давно вышло из холодных пещер, оно живёт в тепле, обильно питается, потому дети созревают много быстрее. Девочек нужно быстро переводить в девушек, — пусть совокупляются, — результат будет разительным. Результатом будет не расшатывание общества, а напротив — общество успокоит свои неврозы. Появится чувство удовлетворения, и энергия. Даосы в Китае уже тысячу лет практикуют секс даже в очень преклонном возрасте, как способ зарядиться энергией. Западные учёные недавно всё же сподобились открыть, что постоянная и длительная сексуальная жизнь и в преклонном возрасте возможна и способствует сохранению здоровья и долголетию.

30
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru