Пользовательский поиск

Книга Другая Россия. Содержание - лекция пятнадцатая Сексуальная комфортность

Кол-во голосов: 0

Но вернемся к социализму и капитализму. В последней своей книге Сорос — филантроп и финансист, и, как утверждают, отважный и воинственный спекулянт, обанкротивший валюту Индонезии, целой страны, неожиданно выступает почти что врагом капитализма, высказывает сомнения в капитализме. (К сожалению, конечно, ни о каком цитировании книги Сороса не может идти речь. Вчера начальник изолятора отказал мне в настольной лампе, которую я просил позволить привезти мне в камеру с воли.) Во всяком случае он объявляет себя врагом того капитализма, который сложился в России. Одновременно филантроп тратит дикое количество миллионов долларов (сто только на науку!) на поддержку деятельности российских ученых, на издание русских учебников, объясняющих ученикам, как устроен мир согласно Соросу. Это человек с колоссальной манией величия, с желанием навязать себя миру. И с огромными деньгами, которые делают его желание выполнимым.

В конце той пресс-конференции Сорос произнёс речь. При этом он смотрел на меня. Потому что я бесцеремоннее, чем Дугин, сказал ему, что он наш враг, и мы будем с ним бороться. Сорос говорил как Зюганов. В его речи вся терминология была социалистическая, марксистская, как в словаре Petite Robert. В такт его речи мистически и радостно улыбался Пётр Авен, мерцая глазами сквозь затемнённые толстые очки, такие же как у Сороса. (Тут, мистически, как по заказу, «Русское радио» объявило, что Сорос сегодня выступил на пресс-конференции в Москве и возмущённо потрясал циркуляром Академии Наук, обязующим учёных хранить свои тайны при общении с иностранцами.)

Ещё в 1993 году, баллотируясь в Тверской области по 172-му избирательному округу, я отвечал на вопросы избирателей: за частную ли я собственность или против? Не коротким «нет» или «да», но отвечал, что я за эффективную форму собственности. Важно, чтобы завод, фабрика приносили доход, чтобы и рабочим была хорошая зарплата и государству бы налоги были заплачены, а кто владелец завода, один ли это человек, или рабочий коллектив, или акционеры, — безразлично. Я и сегодня стою на той же позиции, в том что касается этих жутких бетонных (или старых кирпичных) корпусов, обыкновенно находящихся на окраинах города, называемых заводами или фабриками. В юности я отдал часть жизни, рубил, грузил, таскал металлы и руду внутри таких корпусов, потому я их очень хорошо знаю. По доброй воле туда, в эту жару, или холод, химическую вонь и сквозняки, никто не пойдёт. Посему обсуждать надо бы не проблему собственности (этому господину в полосатых штанах или этим десяткам типов в джинсах принадлежат акции предприятия), а проблему избавления человечества от такой мерзости, какими являются заводы и фабрики.

Я писал о проблемах экологии ещё в 1988 году в «Дисциплинарном санатории», я предвидел даже появление радикальных экологических групп, которые станут с оружием в руках защищать свои убеждения. Хотя такие агрессивные группы пока ещё не зарегистрированы ни правительствами, ни СМИ, я уверен в моём предсказании будущего. Также я уверен, что вопрос формы собственности предприятий, заводов и фабрик, средств производства не только перестал быть революционным (выше я уже говорил, что под лозунг «Фабрики — рабочим!» сегодня никто не придёт), но и стал вопросом схоластическим, бессмысленным.

Ничего удивительного. Нравы человечества меняются. Законы Ману за самовольный перенос межевого камня (граница между двумя участками земли) карали смертной казнью. Сейчас подобные проблемы решаются обменом взаимными ругательствами в сельской администрации и только.

Столкновение капитализма с социализмом с самого начала было фикцией, придуманной профессором Марксом, на базе уже имевшихся экономических знаний + ведро фантазии. На самом деле практику, конквистадору Марксу нужен был революционный класс (или избранный народ, что по сути дела одно и тоже). Ведь если ты сам себя выведешь из пустыни, это банально, и такой поступок никого не удивит. Но вывести целый народ из пустыни — это подвиг.

Ясно, что пролетариат, наёмные рабочие, когда он только возник, был плохо оплачиваем и жил ужасно бедно. Но ясно было и то, что это проблема временная, так как все проблемы подобного рода (больше зарплаты, больше часов, количество рабочих дней) — решаемы и решаются в практике отношений. Поудобнее устроиться в жизни помогла рабочим на Западе, кстати говоря, «пролетарская» революция в России. Она стала мощно давить на психику западных работодателей и правительств европейских стран. И они всеми силами старались не доводить наёмных рабочих до крайности. А то будет пролетарская революция.

Интересно сравнить лозунги французских рабочих и студентов в мае 1968 года. Рабочие выступали под лаконичными лозунгами: «40» «60» «1000». Хороший стиль, скрывающий пресное жлобство, узость кругозора, когда видны лишь края корыта. Имели они в виду сорокачасовую рабочую неделю, выход на пенсию в шестьдесят лет и минимальную заработную плату в тысячу франков.

Студенты выдвигали лозунги поистине гениальные: «Ни Бога, ни господина!» «Будьте реалистами, требуйте невозможного!» «Запрещается — запрещать!» «Воображение к власти!»

Сейчас, когда и Зюганов и Сорос говорят одним языком о собственности, когда транснациональной какой-нибудь корпорацией владеют столько тысяч акционеров, что она вполне может считаться коллективной собственностью, грани между социализмом и капитализмом не существует. Да её никогда и не было. Как не было капитализма, а сейчас нет социализма. Умный «мавр» всего лишь придумал терминологию. А то, что Ленин победил над флагом марксизма, ну что можно сказать, развести руками и сказать: гениальный маргинал, — собравший бесценный человеческий материал под своим началом, он победил бы под любым флагом. И ещё одно замечание. Я прожил во Франции полтора года при правом голлисте Жискар д'Эстене, а потом ещё десяток лет при социалисте Миттеране. Единственная заметная разница между двумя режимами состояла в том, что при Жискаре, «Фигаро» аккуратно печатала на последней странице фотографии гильотинированных только что преступников. При социалистах ввели мораторий на смертную казнь, и фотографии исчезли.

Ещё интересный факт. Как выясняется из опубликованных в последние годы различных воспоминаний, оказывается немногие из соратников Ленина прочли первый том «Капитала» до конца. Узнав об этом, я обрадовался, потому что подозревал всегда, что не прочли. Мозгосжижающие эти выкладки профессора Маркса не нужны были им, людям действия. Им нужен был азартный, красивый флаг и несколько лозунгов. Что может быть азартнее красного флага?

Почему выродились коммунистические и социалистические партии? Потому что они оперируют теми же категориями, что и либералы, призывают к тем же целям. Но если наши идеологические враги проповедуют производительность труда, то глупо проповедовать ещё большую производительность труда. К тому же доподлинно зная, что у них лучше получается с механическим трудом и производительностью. Надо проповедовать нечто иное, совсем-совсем иное. Братство людей, свободу человека от механического труда. Сексуальную комфортность. Право на войну.

29
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru