Пользовательский поиск

Книга В пылающем небе. Содержание - Герои живут вечно

Кол-во голосов: 0

Ночью немецкие прожекторы, как огромные огненные сабли, рассекали темноту, освещая пролив, и стоило им обнаружить цель, как тут же артиллерийские снаряды вздымали над проливом массу столбов воды, взрывались с людьми баржи, плоты…

Баржи отходили от берега, погруженные далеко за ватерлинию, а люди бросались в воду и цеплялись за их низкие борта. Катера, баржи, буксиры, лодки, самодельные плоты, подручные средства – все использовалось для эвакуации войск под губительным вражеским огнем с воздуха и земли.

В этой обстановке не командами, а самостоятельно переправлялись техники и «безлошадные» летчики полка. Только через неделю весь состав был в сборе.

20 мая 1942 года бои на Керченском полуострове закончились. Часть наших солдат и офицеров, не успевших эвакуироваться, ушли в отряды крымских партизан, другие – вместе с жителями окрестных населенных пунктов (это были старики, женщины, дети) скрылись в катакомбах Аджимушкая.

…А товарища выручай!

Получив недостающие самолеты, полк перелетел на аэродром Староминская и вошел в оперативное подчинение 236-й истребительной авиадивизии. Перед летчиками была поставлена совершенно новая нелегкая задача: прикрывать южное побережье Таганрогского залива от возможной высадки десанта.

Такого оборота дела никто не ожидал, и вначале среди летчиков чувствовалось некоторое замешательство: ведь на морские цели никто не летал. Но приказ не обсуждается – он беспрекословно выполняется. И выполнение его началось с теоретических занятий. За несколько дней надо было разобраться с видами вражеских и наших плавсредств, действовавших в этом районе, научиться опознавать их с воздуха, освоить тактику и особенности боевых действий над морем, а также много других вопросов.

Не всем удавалось быстро усваивать морские науки и некоторые корпели до семи потов, но старались не отставать.

– Вот если бы нам тельняшки выдали да бескозырки, вот тогда бы другое дело. Все пошло бы как по маслу, – шутил распарившийся от нестерпимой жары Емельянов.

Поначалу было трудно, а потом все наладилось, обошлись и без тельняшек. Теперь уже каждый летчик теоретически знал, как с воздуха выглядят катера, мотоботы, баржи, изучил технику борьбы с ними, особенности поиска целей в море и много других, ранее не встречавшихся вопросов.

25 мая Буханов с Поповым первыми произвели ознакомительный и разведывательный полет над Таганрогским заливом. Буханов улетел в приподнятом настроении: в этот день он был назначен штурманом полка.

Снова пошли фронтовые будни. Летчики быстро освоили тактику борьбы с морскими целями. Работа облегчалась тем, что штурмовики и истребители сопровождения базировались на одном аэродроме. А как это важно! Они не только могли перед вылетом между собой обо всем договориться в деталях, как действовать при различных вариантах обстановки. В таком контакте было нечто гораздо большее: личное общение сплачивало штурмовиков и истребителей, рождалась и крепла та фронтовая дружба, при которой человек готов сам погибнуть в бою, но вовремя прийти на помощь товарищу.

14 июня Маслов повел шесть «илов» на уничтожение плавсредств в районе Кривой Косы. Штурмовиков сопровождали восемь истребителей Як-1. Здорово досталось немцам в этот раз: из шести обнаруженных сейнеров два ушли на дно.

Но на аэродром вернулись не все: штурмовики и истребители не досчитались по одному экипажу – не пришел Александр Журавлев и истребитель, фамилию которого, к сожалению, мне до сих пор установить не удалось.

Вечером за ужином вместе штурмовики и истребители, как и повелось на фронте, помянули своих погибших товарищей, и летчики ругали себя на чем свет стоит, что никто не видел их гибели.

Уже давно стемнело, а механик самолета Анатолий Лукшин все не уходил с опустевшей стоянки. Это его командира приняло сегодня море, это он так старательно готовил машину к очередному боевому вылету, который оказался последним: нет ни командира, ни самолета. Еще долго можно было видеть на стоянке неподвижный черный силуэт механика. Затем Анатолий бережно взял самолетный чехол и аккуратно положил его на ящик из-под патронов, заботливо поставил рядом с ящиком тормозные колодки, снял пилотку, еще немного постоял и устало побрел в землянку, в которой жил техсостав. В его сознании никак не могла вместиться мысль, что уже никогда не увидит своего командира. Потерю в бою товарища все переживали глубоко, но вдвойне тяжело ее переносил механик сбитого самолета.

На второй день боевая работа захлестнула вчерашние события, каждый выполнял свое дело.

Но то, что произошло через два дня, ошеломило всех. Находившийся на старте Мироненко глазам своим не поверил, когда увидел идущего на посадку того самого «яка», летчика которого помянули за ужином вместе с Журавлевым. Жестикулируя красным и белым флажками, Павел Иванович приказал севшему истребителю подрулить к нему. Ему не терпелось посмотреть, кто же сидит в кабине. К великому удивлению Мироненко узнал летчика, которого считали погибшим, его охватила несказанная радость. Павел Иванович вскочил на плоскость самолета и не успел наклониться в кабину, как летчик доложил:

– Товарищ подполковник, и Журавлев сегодня будет, он на перекладных добирается!

И в самом деле, к исходу дня прибыл Александр Журавлев. В обоих полках царило такое оживление, что, казалось, люди готовятся к большому празднику.

Командир БАО где-то раздобыл бочку пива, которую открыли перед ужином как дополнительный паек к положенным ста граммам. Летчики пригласили в столовую и своих помощников – техников. Слева от Журавлева сидел спасший его истребитель, справа – механик самолета Лукшин. Сейчас механик был самым счастливым среди однополчан. Ему казалось, что это не его командир, а он сам одиноко плавал в море, и теперь никому иному, а ему, Анатолию Лукшину, такое внимание уделяют товарищи.

Что же произошло в тот вылет на вражеские сейнеры? Вот что рассказали возвратившиеся летчики.

В последней атаке самолет Журавлева был подбит зенитным огнем. Никто, кроме одного истребителя, не видел, как он пошел на вынужденную посадку. До берега оставалось не менее десяти километров, но мотор отказался тянуть, и Александр сел на воду. «Ил» начал тонуть, и за эти короткие минуты Журавлев успел отстегнуть привязные ремни, освободиться от парашюта и надуть спасательный жилет. Он видел, как от сопровождавших истребителей отделился замыкающий и спиралью стал снижаться над местом приводнения. Потом вышел из спирали, качнул крыльями, боевым разворотом взмыл вверх и лег на курс. Журавлев остался один во власти моря. Провожая взглядом уходящий истребитель, он не мог понять, почему тот ушел совсем не тем курсом, что надо. Когда истребитель скрылся из виду, Журавлеву сделалось жутко: вокруг, до самого горизонта, неспокойное море, а волны бросают его то на свои гребни, то швыряют куда-то вниз, словно издеваясь над беспомощностью летчика. Так прошло не менее двух часов. Уже вечерело. Журавлев потерял всякую надежду на спасение. Его тело начала сводить судорога, а в голову назойливо лезла мысль, что отсюда ему не выбраться, и от этого его душа леденела.

А в то время истребитель после посадки на Ейском аэродроме, не теряя драгоценных минут, разыскал базировавшихся там летчиков морской авиации, доложил их командованию о вынужденной посадке штурмовика и попросил немедленно поднять гидросамолет на его спасение. И вот уже МБР-2[18] с летчиком-истребителем на борту – в воздухе. Прилетев к расчетному месту приводнения штурмовика, он начал его поиск способом переменных галсов.[19]

Александр Журавлев видел, как в стороне от него кружился гидросамолет, он знал, что это его ищут, но ничем не мог себя обозначить. Только сейчас себя ругал, что не прихватил ракетницы. Он пытался подскакивать из воды, махал шлемофоном, даже кричал, как будто и в самом деле его могли услышать. Но как мало шансов увидеть с высоты одинокого человека, барахтающегося среди волн сурового моря. Потеряв всякую надежду на успех, экипаж гидросамолета пришел к выводу, что летчик утонул вместе с самолетом, и решил было уходить. Но истребитель упросил зайти еще раз. И надо же случиться такому: при последнем заходе истребитель заметил на воде темную точку. Самолет со снижением направился туда. Со стометровой высоты было четко видно человека, машущего шлемофоном и планшетом.

вернуться

18

МБР-2 – морской ближний разведчик.

вернуться

19

Сущность такого поиска состоит в том, что самолет ходит перпендикулярными курсами по прямоугольной расходящейся спирали, постепенно охватывая все больший район поиска.

31
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru