Пользовательский поиск

Книга Солдатский долг. Содержание - Вперед!

Кол-во голосов: 0

Бедный Говоров не мог вымолвить ни слова. Побледнев быстро ретировался.

Действительно, в этот день с утра противник, подтянув свежую моторизованную дивизию к тем, что уже были, перешел в наступление на участке 5-й армии и продвинулся до 15 км. Все это произошло за то время, пока комфронтом и командарм 5 добирались к нам. Здесь же, у нас, Жуков получил неприятное сообщение из штаба фронта.

После бурного разговора с Говоровым пыл комфронта несколько поубавился. Уезжая, он слегка, в сравнении со своими обычными нотациями, пожурил нас и сказал, что едет наводить порядок у Говорова.

Это тоже был один из его методов руководства и воздействия – противопоставлять одного командующего другому, играть на самолюбии людей. (ВИЖ 1989 №6)

Вперед!

Так и не сумев прорвать оборону наших войск под Москвой, немецкие ударные группировки полностью израсходовали все резервы. И вражеское командование вынуждено было подумать об обороне. Все мы это чувствовали. Активные действия противника в последние дни нашего оборонительного сражения были всего лишь попыткой выиграть время, чтобы закрепиться и во что бы то ни стало удержаться на достигнутых рубежах вблизи Москвы.

Этот план нужно было сорвать. И такое решения своевременно было принято Ставкой Верховного Главнокомандования. Контрнаступление под Москвой не оставляло врагу времени для того, чтобы организовать оборону.

Еще до перехода в контрнаступление Ставка сочла нужным несколько подкрепить оборонявшиеся войска, выделив часть сил в распоряжение командования Западного фронта. Из них в нашу армию были переданы три стрелковые бригады. Фактически каждая представляла собою не больше, чем усиленный стрелковый полк. Но это все же подкрепляло армию, и мы были рады.

В контрнаступление войска наши перешли без всякой паузы. В районе Красная Поляна, Льялово, Крюково бои вообще не прекращались. У Крюково они были особенно ожесточенными. За Крюково немцы цеплялись, как только могли. Здесь наступали части 8-й гвардейской дивизии, усиленные танковым батальоном, 17-я стрелковая бригада и 44-я кавдивизия с двумя пушечными артиллерийскими полками и двумя дивизионами «катюш».

К 8 декабря в результате почти трехдневного боя, доходившего часто до рукопашных схваток, а также обхода города с юго-запада сопротивление противника было сломлено. Оставив Крюково и ряд других окрестных селений, немцы бежали на запад, бросая оружие и технику. В бою за Крюково наши части захватили около 60 танков, 120 автомобилей, много оружия, боеприпасов и другого военного имущества.

В селе Каменка враг бросил два 300-миллиметровых орудия, предназначавшихся для обстрела Москвы.

Перешли в наступление и главные силы армии на истринском направлении. Нанеся удары по фашистам, не успевшим еще, к нашему счастью, организовать оборону, войска сломили упорное сопротивление врага и начали преследование. Глубокий снежный покров и сильные морозы затрудняли нам применение маневра в сторону от дорог с целью отрезать пути отхода противнику. Так что немецким генералам, пожалуй, следует благодарить суровую зиму, которая способствовала их отходу от Москвы с меньшими потерями, а не ссылаться на то, что русская зима стала причиной их поражения.

При отступлении немецкие войска делали все, чтобы затормозить наше наступление. Они густо минировали дороги, устраивали всевозможные минные ловушки. Штаб армии старался быть поближе к головным частям, и приходилось часто обгонять войска, продвигаясь там, где наши саперы еще не успели снять минные препятствия. Ощущение, скажу, не из приятных… А задерживаться, пока все дороги и обочины станут полностью безопасными для движения, не позволяла обстановка: нельзя было допустить, чтобы противник успел оторваться от преследующих войск и прочно встать в оборону.

На своем пути гитлеровцы сжигали все деревни. Если где-либо сохранялась изба-другая, то она обязательно была заминирована. Помню, как-то мы с Лобачевым, Малининым и еще несколькими товарищами расположились обогреться в уцелевшем домике. Надо было срочно принять решение и подготовить распоряжение войскам для действий на следующий день. Дом, конечно, уже был разминирован, что подтверждали лежавшие рядом обезвреженные мины. Только собрались мы приняться за дела, как вошли сначала корреспонденты, а затем еще несколько человек с киноаппаратами. Помещение заполнилось людьми. В таких условиях не до работы. Пришлось невесело пошутить насчет минной опасности, и довольно скоро изба опустела.

С вводом в промежуток между 16-й и 30-й армиями войск двух армий резерва, переданных Западному фронту Ставкой ВГК, полоса наступления у нас значительно сузилась. Это позволило создать второй эшелон, чтобы наращивать силу удара там, где противник оказывал особенно сильное сопротивление.

Наступление развивалось успешно.

Соседняя справа 20-я армия, правда, медленно, но шла вперед на солнечногорском направлении. Соседняя слева 5-я армия также начала продвигаться на запад, имея задачей сковать как можно больше сил врага и этим помешать ему подкреплять направление, где наступали главные силы фронта.

Штаб фронта информировал нас и об успешном наступлении 30-й и 1-й Ударной армий, а также о том, что Ставка приказала перейти в наступление левофланговым соединениям Калининского фронта.

У меня в этой обстановке наибольшее беспокойство вызывало следующее обстоятельство: на пути наступления нашей армии был естественный рубеж – река Истра. Чтобы не дать врагу закрепиться на нем, соединения армии получили указание стремительно продвигаться вперед и форсировать реку. Мы заблаговременно подготовили соответствующую группировку войск для обхода Истринского водохранилища с севера и юга на случай, если противник взорвет шлюзы.

Бои уже шли на подступах к истринскому рубежу. Чувствовалось, что сопротивление врага усиливается и преодолеть рубеж с ходу не удастся. Поэтому все наше внимание было обращено на усиление обходящих групп – правой под командованием Ф.Г. Ремизова и левой под командованием М.Е. Катукова.

Гитлеровцы подорвали дамбу водохранилища. Хлынувшая вода образовала мощный поток, который создал огромные трудности для наших войск. Вот тут и сыграли большую роль подвижные группы. Своими ударами с севера и с юга Ремизов и Катуков облегчили выполнение задачи стрелковым дивизиям, вынудив противника к отступлению. Исход сражения был решен в нашу пользу.

На моих глазах сибиряки А.П. Белобородова в сильный мороз под огнем врага форсировали бушующий ледяной поток. В ход были пущены все подручные средства – бревна, заборы, ворота, плоты из соломы, резиновые лодки, – словом, все, что могло держаться на воде. И вот на этих подручных средствах сибиряки преодолели такое серьезное препятствие и обратили противника в бегство. Штурм хорошо обеспечивали артиллеристы и минометчики, прикрывавшие нашу пехоту во время переправы.

Артиллерия и минометы как в обороне, так и в наступлении оказались на высоте. И я считаю своим долгом это подчеркнуть. Еще задолго до начала Великой Отечественной войны наша партия и ее Центральный Комитет, предвидя значение и роль артиллерии на полях сражений, приняли надлежащие меры для обеспечения Вооруженных Сил страны артиллерийским и минометным оружием совершенных образцов. В целой сети учебных заведений (артучилище, артиллерийская академия, курсы усовершенствования и переподготовки) ковались высококвалифицированные командирские кадры. К чести лиц высшего командного состава, возглавлявших артиллерию Красной Армии, нужно сказать, что наша артиллерия по своим качествам, по уровню подготовки офицеров и всего личного состава была намного выше артиллерии армий всех капиталистических стран. И она это доказывала на протяжении всей Великой Отечественной войны.

Начиная с первых же боев основным средством противодействия вражеским танкам, которые подавляли своей массой и подвижностью, являлась прежде всего артиллерия. Неувядаемой славой покрыла она себя в битве под Москвой. В частности, это полностью относится к тем артиллерийским частям, которые входили в состав 16-й армии или взаимодействовали с ее соединениями. Твердая вера в мощь своего оружия удерживала личный состав батарей у орудий, несмотря на явное численное превосходство врага и нависавшую угрозу быть раздавленными надвигавшимися на артиллерийские позиции танками. Артиллеристы, где этого требовала обстановка, вели огонь до последнего снаряда и до последнего орудия, успешно отражая яростные атаки врага.

30
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru