Пользовательский поиск

Книга Красавцы советского кино. Страница 27

Кол-во голосов: 0

Тогда все это казалось авантюрой. Мы как-то привыкли, чтобы герой, играющий подобные кинороли, и выглядел «героически» — был высоким, широкоплечим. А здесь невысокого роста человек, неброский внешне. Была сделана первая проба — не утвердили. Вторая — снова отказ… Я принимаю решение снимать третью… Утвердили только шестую, и то мне пришлось уговаривать всю съемочную группу и художественный совет студии дать «добро» под мою ответственность. Так был найден Кольцов…»

А вот что по этому поводу вспоминает сам Ю. Соломин:

«Когда меня несколько раз не утверждали, Ташков уговаривал меня не падать духом. По-моему, я пробовался раз пять или шесть. Практически сыграл все ключевые эпизоды, но все равно не производил должного впечатления на членов худсовета. Евгений Иванович все-таки настоял. Согласились под его ответственность. Так я стал сниматься.

Предложение сыграть роль Кольцова было для меня в известной степени неожиданностью. В театре меня считали актером характерным, а тут вдруг предложили роль совершенно противоположную, героическую — волевого, сосредоточенного человека, умеющего все взвесить, точно и быстро оценить создавшуюся ситуацию…

Один из авторов сценария, Северский, писал, что его авторский стереотип рисовал главного героя былинным витязем или блестящим лейб-гусаром. Только режиссер Евгений Ташков смог сломать этот штамп…»

А вот как подбирали актеров на другие роли. Первоначально на роль бандита Мирона Осадчего был утвержден актер Театра Советской армии Андрей Петров. А роль красноармейца Сиротина досталась Виктору Павлову. Однако последний очень хотел сыграть Осадчего и буквально умолял режиссера отдать эту роль ему. Но никакие просьбы не помогали. И тогда в дело вмешался случай. Когда снимали эпизод объяснения в любви Мирона к Ксении (ее играла Людмила Чурсина), Петрова на съемочной площадке не оказалось. И Ташков попросил Павлова заменить его. Тот же сыграл эту сцену с таким надрывом, что у всей съемочной группы на глазах выступили слезы. Они и решили исход дела: роль Мирона досталась Павлову, а Петров, соответственно, сыграл красноармейца Сиротина.

Кстати, Петров затем «отомстит» Павлову в финале фильма: именно его Сиротин повяжет Мирона на железнодорожной станции и потом застрелит из револьвера, воздав должное за все его преступления. С точки зрения астрологии все закономерно — Коза и Дракон являются антагонистами. Как написано в гороскопе: «Из-за нехватки понимания любые отношения между Козой и Драконом могут быть безвозвратно испорчены…» В фильме эта «порча» привела к убийству одной другого.

На роль сына полковника Львова Юры был выбран 13-летний московский школьник Александр Милокостый. Это была не первая его роль в кино, однако до этого он играл всего лишь эпизоды. А вообще впервые на съемочную площадку он попал в 5-летнем возрасте. Попал достаточно банально. Гулял с бабушкой во дворе, его заметила ассистент режиссера фильма «Я купил папу» и предложила прийти с родителями на пробы. Тот показ завершился неудачей, однако фотографию и домашние координаты мальчика внесли в детский актерский отдел. Вскоре они пригодились: Александра утвердили на эпизодическую роль в фильме «Чемпионы улицы». Затем был фильм «Трое» и, наконец, «Адъютант его превосходительства».

По сюжету, Кольцова угораздило влюбиться в дочь Щукина Татьяну. Эту роль исполняла 23-летняя балерина Татьяна Иваницкая. Ее путь к этой роли тоже был тернист и извилист. Окончив Московское хореографическое училище, она работала в балете Русского народного хора имени Пятницкого. Приглашение попробовать себя в кино было для нее полной неожиданностью, но она пересилила собственный страх и пришла на пробы. Стоит отметить, что ее соперницами были шестеро известных советских киноактрис, каждая из которых мечтала сыграть эту роль. Однако победила никому не известная актриса, причем даже не драматического жанра. Как вспоминает Ташков, Татьяна поразила его на первой же пробе — в эпизоде любовного свидания с Кольцовым в доме Щукиных. Иваницкая сыграла эту сцену настолько целомудренно, что сомнения режиссера отпали сами собой.

А теперь вернемся непосредственно к работе над фильмом.

13 марта на «Мосфильме» состоялось обсуждение актерских кинопроб. Приведу лишь некоторые из высказываний, которые прозвучали на том заседании.

Е. Ташков: «По поводу Соломина у группы сомнений нет — это идеальная кандидатура. Что касается Саши Милокостого… У него трудная судьба — отец ушел из семьи, мальчик озлоблен, но его легко можно растопить, для своих 12 лет он очень глубок. Мы считаем его находкой.

Из многих кандидаток на роль Тани, кроме Иваницкой, никто даже приблизительно не подходит к тому материалу, который написан…

На Май-Маевского кандидатов пока двое: Колчицкий и Стржельчик…»

Л. Трауберг: «Соломин лучше других, но я боюсь, что он эту роль сделает обыденной, обтекаемой. Здесь нужен большой талант, типа Смоктуновского, Качалова…»

И. Болгарин: «Соломин один раз без усов еще как-то человечен, а с усами просто белогвардеец. Образ, сыгранный им, не будет новым…»

Э. Барабаш: «После первых проб я была категорически против Соломина. Но сейчас его досняли, и в маленьких эпизодах я увидела какие-то потенциальные возможности…»

С. Колосов: «По поводу Иваницкой налицо отсутствие доверия в профессиональном плане к ее актерским способностям. Она мышечно скованна, непластична. Давайте поищем еще. И Колчицкий, и Иваницкая неприемлемы. Надо на эти роли искать значительных артистов…»

Как мы теперь знаем, несмотря на активные возражения ряда членов худсовета, Ташкову удалось-таки взять на роли тех исполнителей, которые нравились прежде всего ему.

Эпизодическую роль ювелира Исаака Ливензона восхитительно сыграл Борис Новиков. В роли его жены Софы снялась актриса Елизавета Ауэрбах. Позднее она вспоминала:

«Меня поразил режиссер Евгений Ташков: он сам повел меня примерять костюмы и, пока мы шли до костюмерной, рассказал мне ситуацию моего эпизода. Затем мы пришли на съемочную площадку, раза три-четыре прорепетировали мою сцену. И тут Ташкова позвали к телефону. Когда он вернулся, я спросила, когда будет съемка. Он очень удивился и сказал, что все уже снято, и пожелал мне всего хорошего.

Когда я рассказываю коллегам, как в течение максимум двух часов режиссер снял эту сцену, мне не верят, говорят, так в кино не бывает. Но у меня есть свидетель — сам Евгений Ташков, он не откажется…

Этот мини-эпизод принес мне макси-популярность, и теперь я в концерте не могу уйти со сцены, не сказав мою единственную фразу: «Исаак, не валяй дурака, им нужен Федотов».

Съемки фильма начались 17 марта 1969 года. Снимать начали с павильонных эпизодов: в частности, сняли приход Мирона Осадчего к Оксане с сообщением, что ее жених Павло погиб в бою («Сам я Павла не видал… Но ты не надейся… Казак один… зарубил… шашкой… напополам…»). Однако из-за брака пленки 28 марта этот эпизод пришлось переснимать.

В эти же дни конца марта — начала апреля сняли эпизоды в хате батьки Ангела: Ангел беседует со своим адъютантом Тимкой; Ангел допрашивает пленных (это там Тимка коверкает слова и вместо «конфискация» произносит «коньфиксация», а вместо «эксперимент» — «экскремент»); гибель Ангела и Тимки.

После двух недель работы в павильоне группа отправилась в свою первую экспедицию — в Новороссийск, где были сняты объекты «железнодорожный комплекс в горах» и «порт». После 15 апреля киношники переехали в Киев. Там снимали следующие эпизоды: лесная батарея, село батьки Ангела, погоня за тачанкой (все съемки велись у деревни Ходосеевка), улицы старого Киева, железнодорожная станция и др. В Киеве группа пробыла до 17 июля, после чего возвратилась в Москву, чтобы возобновить работу в павильонах. Здесь к приезду группы декораторы успели возвести сразу несколько декораций, в том числе и самую крупную — комплекс «ставка Ковалевского».

8 августа на «Мосфильме» состоялся просмотр отснятого материала. После него режиссер Сергей Колосов написал Ташкову письмо, где делился своими впечатлениями от увиденного. Цитирую:

27
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru