Пользовательский поиск

Книга Катастрофа на Волге. Содержание - «Сталинградская крепость»

Кол-во голосов: 0

Паулюс кивнул.

— Будем верить, господа, что главное командование вовремя подбросит резервы.

Обратившись ко мне, Паулюс сказал:

— Командование армии уже представило группе армий «Дон» свои предложения относительно прорыва из котла. Эльхлепп вас ознакомит с ними.

С этими словами Паулюс поднялся с места. Мы простились с ним. Я проводил начальника оперативного отдела в его убежище, расположенное всего в нескольких шагах.

Была морозная зимняя ночь. Эльхлепп заметил скептически:

— Откровенно говоря, я не возлагаю больших надежд на операцию Гота.

— Вы же были здесь с самого начала, Эльхлепп, в непосредственном контакте с войсками. Для меня все еще непостижимо, почему армия тотчас же не пробивалась на юго-запад. Это ведь, безусловно, еще было возможно первые два-три дня.

— Мы этого именно и хотели. Вы не пережили здесь вместе с нами эти страшные дни. День за днем мы просили по радио разрешения на прорыв. Группа армий «Б» поддержала наше обращение. Гитлер и Главное командование сухопутных сил его отклонили. В конце концов группа армий «Б» поддержала приказ высшего командования. Это было настоящее соревнование в силе между армией и высшими инстанциями. Будучи слабее, мы проиграли. Главное командование сухопутных сил претендует на то, что оно может лучше оценить обстановку в котле, чем 6-я армия, которая в нем застряла. Гитлер точно определил, где должна проходить западная и южная линии обороны котла. В линии обороны, обозначенной в приказе Гитлера, ни один окоп, ни одно селение, ни один рубеж нельзя оставить без его разрешения. Мы теперь лишь хорошо оплачиваемые унтер-офицеры.

В своей рабочей комнате полковник протянул мне папку с бумагами:

— Читайте.

То были упомянутые Паулюсом предложения армии. Содержание их сводилось к следующему:

1. Видимо, 4-я танковая армия не располагает достаточными силами для того, чтобы полностью разорвать кольцо вокруг Сталинграда. Если же она не достигнет своей цели, то шансы на прорыв значительно ухудшатся. Хотя бы по причинам, связанным со снабжением, 6-я армия не сможет долго оказывать сопротивление.

2. В данный момент нельзя предвидеть, как и когда стабилизируется наш прорванный фронт на Дону. Даже если наступление 4-й танковой армии будет удачным, армии Гота угрожает опасность оказаться отрезанной.

3. Основываясь на такой оценке обстановки, командование 6-й армии просит разрешить прорыв из котла на юго-запад, согласованный во времени с наступлением 4-й танковой армии, с которой она соединится юго-западнее Сталинграда. По своей боеспособности 6-я армия может справиться с этой задачей, захватив с собой раненых. Высшее командование получит в свое распоряжение резервы для развертывания нового фронта.

То была, на мой взгляд, верная, реалистическая оценка ситуации. Я сказал об этом Эльхлеппу, но выразил сомнение: можно ли теперь еще осуществить пункт третий.

— Этот вопрос, конечно, трудно решить, — ответил начальник оперативного отдела. — Представляя наши предложения, мы хотели прежде всего добиться, чтобы там снова тщательно продумали все намеченные мероприятия. Я просто не могу поверить, что верховное командование по легкомыслию подвергает смертельному риску армию из 22 дивизий. Меня, однако, тревожит, что армия Гота не была усилена хотя бы одним батальоном, а мы по-прежнему должны здесь выжидать. Как солдат, я всегда буду соблюдать приказы высших командных инстанций. Но, кроме этого, я хотел бы и их понимать. Откровенно говоря, последнее время мне это иногда плохо удается. Я относился к Манштейну с величайшим доверием. Но разве это не просто смешно, когда фельдмаршал при таком отчаянном положении отделывается стереотипными ссылками на фюрера: фюрер то-то и то-то приказал! Не следовало ли ему действовать гораздо более согласованно со штабом нашей армии? Прочтите еще вот это.

«Сталинградская крепость»

Полковник показал мне несколько радиограмм из ставки Гитлера. По штампам можно было определить, что они поступили непосредственно после возникновения котла. Трудно было поверить тому, что там было написано: отныне 6-я армия именуется «Сталинградской крепостью».

Эльхлепп заметил озадаченное выражение моего лица.

— Что? Вы удивлены? Теперь вы по крайней мере знаете, где вы находитесь. В «Сталинградской крепости».

— Если бы я сам этого не прочел, я заподозрил бы, что вы меня хотели разыграть. «Сталинградская крепость». Что говорят об этой бессмыслице Паулюс, Шмидт и другие генералы?

— То же, что и вы, — бессмыслица. Понятие «крепость» неприменимо даже к территории города. Ведь даже там нет единой сети коммуникаций. Там же нет ни бомбоубежищ, ни долговременных бронированных укреплений, ни подземных ходов, ни заграждений. Развалины домов и подвалы могут лишь служить укрытием от осколков снарядов или от непогоды. Не может быть и речи о создании каких-либо запасов на длительный срок. Впрочем, вы все это знаете по собственному опыту.

— А как обстоит дело на новых участках фронта — западном и южном, Эльхлепп?

— Тут уж наименование «крепость» звучит просто как издевательство. Там нет ни окопов, ни убежищ, одни норы, кое-где выкопанные ночью в совершенно промерзшей и покрытой снегом земле. Снежные ямы. Они служат нашим солдатам боевой позицией и местом отдыха, немного защищают их от пронизывающего степного ветра. Это все. Более сильная атака русских — и наши изголодавшиеся, полузамерзшие и переутомленные солдаты не удержат своих позиций. Все это, — заключил начальник оперативного отдела, — нечто такое, что мне трудно одобрить. Но в конце концов мы ведь солдаты и знаем, что такое приказ.

Уже было поздно. Я пожал Эльхлеппу на прощание руку. По дороге ледяной норд-ост хлестал мне в лицо, проник сквозь одежду. Вдали слышались разрывы снарядов. На шоссе Питомник — Сталинград громыхали машины. В воздухе раздавалось гуденье нескольких «юн-керсов-52» или «хейнкелей-111», доставивших нам, к сожалению, лишь ничтожную долю того, что было необходимо, чтобы жить и сражаться.

В эту мою первую ночь в котле, ночь на 13 декабря, я долго беспокойно ворочался на соломенном тюфяке и поднялся, когда еще было темно. Ординарцы уже готовили скудный завтрак. На этот раз было на ломоть хлеба больше обычного — ведь я привез из Морозовска несколько буханок. Я сидел за столом вместе с генералом Паулюсом. Перед каждым из нас стояла чашка горячего черного кофе. Медленно жевали мы три куска солдатского хлеба, которые нам причитались. Взгляд Паулюса был устремлен на оперативную карту, висевшую на стене.

Линия фронта в месте глубокого прорыва Западнее Дона была обозначена в соответствии с мною сообщенными данными. От Котельникова были проведены три жирные синие стрелы в северном направлении.

— Получены новые известия относительно армии Гота, господин генерал? — спросил я.

— Как мне сообщил Шмидт по телефону, операция протекает в соответствии с планом. Со вчерашнего дня мы имеем коротковолновую связь с группой армий «Дон», так что можем получать более свежую информацию, чем раньше. Но пока я настроен еще не слишком оптимистически. Из вашего вчерашнего доклада видно, что обстановка вне котла серьезнее, чем я думал. Взгляните на карту, 8-й итальянской армии создана угроза и с фланга и с тыла. А для того чтобы обеспечить оборону на широком фронте в месте прорыва, фактически имеются лишь боевые группы. Если противник снова перейдет в наступление, произойдет катастрофа еще большая, чем сейчас.

— Я просто не могу себе представить, господин генерал, каким образом собираются стабилизовать положение на фронте. Имеются ли у нас вообще силы для того, чтобы формировать новые армии? Не запоздают ли все мероприятия Главного командования сухопутных сил? Удержат ли итальянцы свой участок фронта на Дону?

— Если 8-я итальянская армия будет отброшена, то и венгры будут вынуждены оставить свои позиции. Тогда возникнет угроза с тыла даже 2-й германской армии на воронежском фронте. Само по себе положение на участке по реке Чир можно было бы стабилизовать в том случае, если Главное командование сухопутных сил располагает оперативными и стратегическими резервами и уже двинуло их по направлению к угрожаемым участкам. На этот счет я не могу вам сказать ничего определенного. Впрочем, после печального опыта последних трех недель я отношусь скептически к компетентности высшего командования и его решениям.

48
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru